Чтение онлайн

— Твоя кожа такая гладкая, — прошептал он, привлекая ее к себе и поглаживая спину.

— А ты такой… одетый, — пробурчала Джейн.

Отстранившись, он улыбнулся.

— Пожалуй. — Рис сделал шаг назад. — Хочешь это исправить?

Джейн кивнула, отчаянно желая прикоснуться к нему, хотя, когда она взялась за край его свитера, ее пальцы дрожали. Ей удалось совладать с мягкой тканью, потянув ее вверх, дюйм за дюймом обнажая плоский живот и мускулистую грудь. Впрочем, стоило ей поднять свитер до уровня его сосков, выставив напоказ полоску редких волосков между ними, как Рис перехватил инициативу.

Словно загипнотизированная, она смотрела, не в силах оторвать взгляд от его тела, как он стягивает свитер через голову и бросает его все на тот же стул.

Джейн снова восхитилась, насколько красив может быть простой смертный. И тем, что этот красавец принадлежит ей одной.

Медленно вытянув руку, она попыталась расстегнуть пуговицу на его брюках, но, случайно задев живот, лишь нервно вздрогнула. Попыталась еще раз, но пальцы казались какими-то чужими и неуклюжими. Когда она вновь коснулась мягких волосков над поясом, у нее перехватило дыхание.

Наконец Рис поймал ее неловкие руки и притянул их к лицу, прижимаясь губами к костяшкам пальцев, все еще горящих от мимолетных соприкосновений с его кожей.

— Почему ты так нервничаешь? — тихо спросил он.

Глубоко вдохнув, Джейн встретилась с ним взглядом.

— Ты хоть представляешь, насколько ты совершенен? Это немного выбивает из колеи.

Он поднял бровь, в его полуулыбке явно сквозил скептицизм.

— Выбиваю из колеи? Я?

— Да, — ответила она, удивляясь тому, что он и в самом деле не представлял, насколько красив. — Ты давно последний раз смотрелся в зеркало?

Рис нахмурился, морщинки сгладили совершенство лица.

— Я не… — Складки на лбу стали глубже, а взгляд — далеким и холодным.

Джейн пожалела о своих словах, не понимая, правда, почему из-за этого замечания он стал вдруг таким отстраненным. Может, потому, что такой красавчик, как он, вдруг начал сомневаться в своем решении завести роман с простушкой-Джейни.

Рис моргнул, и его внимание вновь вернулось к Джейн.

— Я не люблю зеркала.

Такого ответа она не ожидала. Но по тому, как он это сказал — его голос вдруг стал ниже и грубее, — стало ясно, что даже простое упоминание о зеркалах раздражает Риса. Какая странная реакция…

Однако прежде чем Джейн успела обдумать его слова, она вдруг оказалась тесно прижатой к широкой, твердой груди Риса, и он нашел ртом ее губы.

В отличие от поцелуев в лифте или в парке, этот был почти грубым, требовательным, но не менее возбуждающим. В какой-то мере даже более. Этот поцелуй захватил Джейн, овладел ею, она прочувствовала его до самых кончиков пальцев на ногах. Ее руки скользнули по груди Риса, ощущая чуть шероховатый шелк кожи и волос; мышцы — сильные, крепкие — подрагивали под ее пальцами.

Его зубы слегка задели ее нижнюю губу, а язык погрузился чуть глубже. Джейн застонала, открываясь для него, и провела кончиком своего языка по его, упрашивая Риса продолжить исследование ее рта.

Не отрываясь от ее губ, Рис поднял Джейн на руки, шагнул к кровати, и только опустив ее в середину постели, оборвал поцелуй. Он склонился над ней, его глаза светились ярче пылающих углей.

— И это меня ты считаешь совершенством? — прошептал он, проводя костяшкой пальца по всей длине ее бедра. — Такая безупречная бледная кожа, просто сияющая. Я хочу утонуть в этом свете.

Джейн глядела на Риса снизу вверх; неприкрытое желание в его глазах и хриплый от голода голос заставляли ее сердце колотиться чаще.

Он расстегнул пуговицу брюк, позволив им соскользнуть с узких бедер. Когда он выпрямился перед ней абсолютно голый, Джейн распахнула глаза. Хотя они уже занимались любовью, сейчас она впервые получила возможность увидеть его во всем великолепии. А Рис и вправду был великолепен.

Тугие мышцы перекатывались под сияющей кожей, словно у ожившей статуи Давида Микеланджело. Редкие волоски на груди спускались узкой дорожкой к пупку.

Взгляд Джейн переместился на член — длинный, толстый и очень возбужденный, он прижимался к плоскому животу.

«Ну ладно, — выдохнула она про себя. — Может, не совсем, как статуя Давида».

Несмотря на ее священный трепет и все комплименты, которые пришли ей в этот момент в голову, первой фразой, которая сорвалась с ее губ, была:

— Ты не носишь белья.

Рис усмехнулся.

— Верно. Поэтому сейчас уже на тебе слишком много одежды. Давай посмотрим, как можно решить проблему?

Он сел на кровать лицом к Джейн. Вытянув руки, погладил ее плечи; прикосновение было и успокаивающим, и эротичным. Ладони спускались все ниже, пока не стиснули ее запястья, и Рис потянул Джейн к себе, вынуждая подняться. Он принялся целовать чувствительное местечко за мочкой уха, а пальцы нащупали застежку бюстгальтера на спине.

Кончик языка подразнивал кожу шеи, а руки добрались до наконец-то обнаженной груди и принялись теребить и сжимать соски. Казалось, из его пальцев и губ сыплются электрические искры, постреливая по всему ее телу и собираясь в местечке между ног.

В объятиях Риса Джейн чувствовала себя невероятно слабой, неспособной сосредоточиться на чем-то, кроме бурлящего потока в ее венах. Хватая ртом воздух, она почувствовала, как его зубы нежно сомкнулись на коже шеи.

Джейн вновь пронзила молния, и голова безвольно откинулась назад, словно у девушки не оставалось сил удерживать ее на весу. Рис, его губы, руки, зубы и те потрясающие ощущения, которые они в ней вызывали, буквально подавляли ее.

Рис опрокинул ее на спину и последовал за ней, восхитительное мускулистое тело вдавило ее в матрас. Его руки продолжали терзать грудь, а губы нашли ее рот.

Джейн обняла его, чувствуя, как перекатываются мышцы под горячей кожей. Рис прервал поцелуй и опустил голову, добираясь до затвердевшего соска, чтобы тут же втянуть трепещущую вершинку глубоко в рот.

Джейн издала странный звук — то ли вздох, то ли стон, где-то на грани между мучением и экстазом. Рис перебрался к другой груди, продолжая поглаживать руками все ее тело; воздух вокруг них, казалось, потрескивает от напряжения.

Джейн зажмурилась, пытаясь держать себя в руках. Он ведь даже не коснулся ее там, где сосредотачивались эти электрические разряды, а она уже сходила с ума.