Чтение онлайн

– Вам лежать надо, а не по улицам шататься, - ответил Шямсяддин, и в голосе у него Гара Башир почувствовал нотки искреннего участия.

– Спасибо за заботу, сынок, но у меня времени мало. Дело есть у меня к тебе.

– Слушаю вас.

– Помоги мне добраться до дому.

– До какого дома?
– удивился Шямсяддин.

– Дом у человека один, там, где он родился. И умирать ему надобно там же. Мне в Казах надо. И ты, если можешь, помоги. Мало мне осталось, боюсь не успеть.

Просьба удивила Шямсяддина, но он ничего не ответил.

– Об этом потом поговорим. Но как вы меня нашли?

– А я слышал, что ты здесь работаешь, вот и выследил. Я уже два дня за тобой слежу. Вчера еще вечером заметил, но не подошел. Боялся обознаться. Хотел удостовериться.

– Удостоверился?

– Да, сегодня утром. Поэтому и ждал тебя здесь.

– А если бы другой кто тебя заподозрил и документы проверил?

– Плохо пришлось бы.

– Кому?

– Ему, конечно, - спокойно ответил Гара Башир.
– Так просто я бы не попался, хотя ...
– Он не договорил.

– А если бы меня здесь не было, так и стоял бы здесь с утра до ночи?

– Нет, у меня столько времени нет. Я бы сдался.

– Кому?

– Вам. Ну, то есть вашей конторе.

– Почему?
– удивился Шямсяддин.

– Но кто-то ведь должен отвезти меня в Казах, - спокойно ответил Гара Башир и улыбнулся.

– Не понял, - удивился Шямсяддин.

– Я сдамся властям, назовусь и попрошу отвезти меня в Казах.

– И вы думаете, они отвезут вас?

Гара Башир посмотрел на Шямсяддина, раздумывая, что сказать, потом, что-то решив, ответил :

– Отвезут сынок, отвезут.

Шямсяддин не стал углублять этот вопрос, видя, что Гара Башир не хочет говорить на эту тему.

– Вам полегчало? Ну тогда встаньте, пойдем ко мне. Здесь уже недалеко.

– Не боишься приглашать меня к себе?

– Вы родственник моей жены, значит, в моем доме вам всегда есть место.

– А что скажет твой начальник?

– В моем доме я начальник.

Шямсяддин опять говорил неправду. Гара Бащира власть Советов искала в свое время повсюду, и никто не снимал этот вопрос с повестки дня. Он хорошо понимал, чем грозит ему и его семье, если откроется правда, что Гара Башир был в его доме. Но отступать он не хотел. Гара Башир тоже все понимал.

– Спасибо, сынок, но не будем рисковать. Я как-нибудь где-нибудь переночую, а завтра встретимся, и ты мне поможешь уехать.

– Документы, деньги есть?

– Деньги есть.

– А документы?

– Нет.

– Как же без документов?

– А кто меня спрашивает. Не видишь разве, что со мной болезнь сделала.

– А вчера ночь где провели?

– На Шамахинке, в лавке чайханшика.

Шамсяддин решительно встал и, застегнув шинель, сказал:

– Ну, вот что, вставайте и пошли. Дома у меня переночуем и обо всем поговорим.

Гара Башир хотел возразить, но новый приступ остановил его. На этот раз возражать он не стал.

– Ну хорошо, объясни мне, куда идти, я сам приду. С тобой вместе я все равно не пойду. Не будем рисковать. И ты не один, Айша с тобой. А дети есть?

– Двое, сын и дочь. Заодно познакомитесь.

– Тем более, не надо рисковать. Я сам приду, позже. Ты объясни мне только дорогу.

Оттуда, где они сидели, дом, в котором жил Шямсяддин, был хорошо виден, и он подробно все объяснил Гара Баширу

Дверь он открыл своим ключом и некоторое время стоял, слушая счастливый смех дочурки, доносившийся из гостиной. Слова, которые она лопотала, он не разобрал, да и не старался делать этого, смеялась она, и это было главное. А смех везде, на всех языках звучит одинаково. И улыбается всякий, если он чист душой, и нет у него подлости на сердце, слыша живой звоночек счастья.

А вот и отец пришел.
– Сказала дочери Айша, выглянув в прихожую.

Шямсяддин подхватил вбежавшую дочку на руки и высоко поднял над собой.

– Ах ты, моя шалунья, а где брат твой?

Сын стоял у дверей и, улыбаясь, смотрел на отца. Нигар была любимицей всей семьи, и, кроме того, Аслан считал себя уже достаточно взрослым, чтобы вот так вешаться на шею отцу.

Когда дети угомонились, и Шямсяддин, сняв пальто, прошел в комнату, Айша почувствовала, что он чем-то озабочен.

– Что-нибудь случилось? На работе?

– Нет, все хорошо, не бойся.

– Чего не бояться?

– Гость у нас сегодня будет, Айша. Приготовь ему постель в комнате детей. А им постели в нашей комнате.

– Что за гость?

– Просто гость, Айша.

– Я его знаю? Кто он?

– Придет, увидишь.

– Но он может не прийти?

– Может и не прийти.

– А ты как хотел бы, чтобы он пришел или нет?

– Я не знаю.

– Неужели это так серьезно?

– Это самый важный день в моей жизни.

– Но если он не придет, ты скажешь мне, кто это был?

– Нет.

– Никогда?

– Может, когда-нибудь, но пока я не готов.

Ничего не сказала больше Айша, приготовила все, как просил Шямсяддин. Дети, узнав, что спать будут в комнате с родителями, радостно запрыгали, даже Аслан забыл, что он уже не маленький.

Время шло медленно, дети уже уснули, и Шямсяддин, не раздеваясь, прилег рядом с ними. Айша молча сидела в кресле, спицы так и летали в ее руках, предчувствие ее никогда не подводило, она была уверена, что кто бы сейчас ни пришел, человек этот будет из ее прошлого. Когда раздался тихий стук в дверь, они оба вздрогнули. Шямсяддин первым оказался у двери.

– Добро пожаловать, - сказал он открыв дверь, и посторонился.

– Здравствуй, доченька, - раздался знакомый голос.

И пусть вошедший высокий, худой мужчина был ей не знаком, голос этот она ни с одним другим бы не спутала.

– Дядя Башир, - вскрикнула Айша.

Глава одиннадцатая.

Когда все успокоились и Гара Башира уложили в приготовленную для него постель, Шямсяддин кому-то позвонил и попросил подъехать его к дому, затем, одевшись, шепнув что то на ухо Айше, он, тихо прикрыв за собой дверь, вышел на улицу.

Только когда Гара Башир, после стольких дней напряжения, наконец, прилег в приготовленную для него постель, и тепло начало медленно разливаться по его телу, он понял, насколько ослабел за эти дни. Там, в Анкаре, где он, написав записку сыну и внукам, в которой прощаясь с ними, одновременно просил у них прощения за внезапный отъезд, он не предполагал, что возвращение окажется столь тяжелым. Записку он оставил на видном месте, чтобы родные могли сразу ее найти и не волновались. Дорогу домой он мысленно уже проделал множество раз, пытаясь предугадать все возможные варианты. И все складывалось относительно удачно, он без проблем добрался до Мазандарана, провинции Ирана, на берегу Каспийского моря. Здесь контрабандисты обещали ему, конечно, за солидное вознаграждение, переправить в Азербайджан, а там он уже сам должен был добираться в Казах, куда так стремился. В Казах Гара Башир решил поехать сразу же, когда понял, что неизлечимо болен и жить ему осталось всего ничего. Умереть он хотел там, где прошли все лучшие годы его жизни, где он, четырнадцатилетний, но не по годам взрослый юноша, впервые увидел Бадисабу. И хотя старше была она его на четыре года, полюбили они друг друга. Всю жизнь он был верен ей, любил ее и не скрывал этого от нее. Бадисаба оказалась мудрой женщиной, и хотя все знали, что Гара Башир никогда не ослушается ее, доверяя ее совету, на людях Бадисаба-ханум ни разу не перечила мужу, всячески подчеркивая свое уважение к нему.