Чтение онлайн

Я еще раз прошлась по номеру, оглядев все углы. Никакого намека на одежду: ни юбки, ни платья, ни даже трусов. Между тем я точно помнила, что девушка утром лежала в постели обнаженной.

Выходило, что либо она сама по какой-то причине избавилась почти от всех своих вещей, либо их забрал с собой убийца. А если лишил девушку жизни кто-то из постояльцев, не исключено, что вещи до сих пор находятся в гостинице. Следовало срочно предупредить Антона. Сам он, похоже, не врал: вместе с рукой у него пострадали и мыслительные способности. Иначе мне сложно было объяснить, как он мог не заметить отсутствие в номере какой-либо одежды. Или умолчать об этом.

Я хотела было отправиться на его поиски, но столкнулась с Селивановым в дверях, не успев покинуть номер.

– В первом и третьем ничего не видели, в пятом – никого.

Я выглянула из-за плеча Антона. Двести пятый номер был прямо напротив.

– Не слышала, чтобы ты стучал, – кивнула я на закрытую дверь.

– Хочешь, попробуй сама, – он посторонился.

– Что думаешь про одежду? – предприняла я робкую попытку разбудить наблюдательность коллеги.

Он внимательно оглядел меня с ног до головы, надолго задержав взгляд в районе шеи.

– Очень симпатично, – кивнул он. – Только не люблю вот эти вот высокие воротники, – он провел рукой по собственным ключицам и сморщился. – Понимаю, что тепло, удобно, но мне больше красивые глубокие вырезы нравятся.

– Не сомневаюсь. А про одежду Суховой что скажешь?

Антон равнодушно пожал плечами. Перевел взгляд на вешалку, потом на пустующую кровать. Смачно выругался и даже хлопнул себя по лбу пухлой ладонью, видимо, с целью подчеркнуть всю нелепость момента.

– Где все ее шмотки? – ахнул он.

– А они утром в номере были?

– Нет.

– Тогда у меня тот же вопрос.

Селиванов прошел в номер, тяжело опустился на стул, свесил голову и пробормотал.

– Устал я что-то…

– Перетрудился, бывает. Что там по внешним признакам?

– На шее следы от удавки, вероятно, от удушья и погибла. Следы борьбы, во рту кровавое месиво. Ну и воспользовался барышней кто-то против ее воли аккурат перед смертью. Может, познакомилась с кем-то из спортсменов, но вечер перестал быть томным.

– И раздевались они в соседнем номере?

– Почему нет. Начали развлекаться, а тут сосед явился. Пришлось быстро перебегать в комнату дамы сердца.

– В таком случае ищем одежду. Неплохо бы мусорные баки снаружи проверить.

– У меня рука болит, – простонал Селиванов, но, быстро поняв, что может лишиться моей помощи, добавил совсем другим голосом: – Но я сильный, я справлюсь.

– Правильно. Ты почаще себе эти слова повторяй.

– Зачем? – удивился он.

– Аутотренинг.

– Киберспорт, аутотренинг, тьфу, – сплюнул в досаде Селиванов.

Киберспортсмены нас действительно ничем не порадовали. Как, впрочем, и мусорные баки. Ни у тех, ни у других ничего похожего на женские вещи не обнаружилось. Полезных наблюдений молодые люди ни ночью, ни накануне, ни в течение сегодняшнего дня сделать также не сумели.

– Похоже, их, кроме компьютера, вообще ничего не интересует. У них под носом человека убили, а им хоть бы что, – сетовал Селиванов в коридоре, покидая очередных собеседников.

– Профдеформация, – развела я руками.

– У нас?

– У них. Убивают целыми днями монстров. Не исключено, что связь с реальностью у них немного притупляется.

– И то верно, – почесал подбородок Селиванов. – Найдем гаденыша, спуску не дам. Спортсмены, чтоб их…

На четной стороне остался лишь один номер, в котором я не успела побывать, специально оставив его напоследок – тот, что находился через стенку от комнаты Суховой, двести четвертый.

Как только я переступила порог, поняла, что, кажется, не зря приберегла его на десерт. Несмотря на открытую дверь на балкон, в помещении не до конца выветрился не только дым, но и запах. Совсем недавно здесь курили травку. Невероятная наглость со стороны двух парней, которые к этому часу, разумеется, были в курсе того, что произошло у них под носом. Даже если эти двое не покидали номер, друзья по команде наверняка сообщили им, что вскоре следует ожидать гостей в лице нас с Селивановым.

Я застала парней за компьютерами, а следовательно, тренировкой. Плотный парень с длинной челкой сидел за крепким столом, что тянулся вдоль стены, и даже не поднял на меня взгляд. На голове у него были огромные наушники с микрофоном. Тот, что открыл мне дверь, по габаритам был заметно меньше первого. На вид ему было лет шестнадцать. Теперь он стоял посреди комнаты, нервно косясь на экран своего ноутбука, но не решаясь за него вернуться.

– Зовут как? – спросила я.

– Я – Егор, а это – Серый. Слышь, – обратился он к товарищу, хлопнув его по плечу с огромной для своей комплекции силой. – Пришли тут, не видишь?

– При всем уважении, – ответил парень, не отводя взгляда от экрана, – три минуты, девятнадцать секунд осталось…

– Ну рассказывай, – обратилась я к Егору, привалившись к стене и оглядывая номер. – Симпатичная соседка вам досталась, говорят.

– Ага, – радостно согласился парень. – Очень.

– Значит, вам стало скучно, и вы решили развлечься.

Егор дернул правой бровью и отшатнулся, будто я только что сообщила ему, что являюсь мессией во плоти. На помощь ему пришел Серый, который как раз отодвинул стул и снял наушники.

– Нужны мы ей, – хмыкнул он.

– С балкона видели, – пояснил Егор.

– Когда травку курили?

– Мы? – хором спросили они.

Притворство явно было не их коньком.

– Ах да, вы же спортсмены, забыла, – я махнула рукой, а парни переглянулись. – Жду подробностей, – добавила совсем другим тоном. – Не о пагубных привычках, как вы понимаете. Они меня меньше всего интересуют.

Я прошла через всю комнату к выходу на балкон, сдвинула колышущуюся занавеску и вышла на свежий воздух. От соседних номеров справа и слева балкон отделяли бетонные перегородки, которые едва доставали мне до груди. Таким образом, ни о какой приватности речь не шла. Стоя я могла легко видеть, что происходит на балконах соседей.

– Она вышла, когда я после обеда вот тут стоял, на вашем месте, – услышала я голос Егора из комнаты. – Красивая, – мечтательно добавил он. – Волосы длинные, ноги длинные…

Он замолчал, я услышала шепот Серого и поспешила вернуться в комнату.

– Больше двух говорят вслух, – напомнила я молодым людям о правилах хорошего тона.

Парни переглянулись, но ничего не сказали.

– Продолжай, – вздохнула я. – Долго она там пробыла?

– Пару минут. Посмотрела вниз, на меня глянула… – он осекся. – Ну и осталась стоять, облокотившись о перила. В телефоне что-то смотрела.