Чтение онлайн

Ему тоже было знакомо это чувство. Но такое отношение было таким же фальшивым, как тонкая корка снега, скрывающая бездонную расщелину.

– Это довольно просто, - сказал Эван.
– Тебе придется выбирать между принятием себя и тем, чтобы другие принимали тебя.

Она обхватила себя руками.
– Ой.

Когда-то, давным-давно, они поклялись никогда не причинять друг другу боль. То, что они сделали с этим обещанием, было отвратительно. Но само обещание…

– Есть одна вещь, которую ты должна знать.

– Нет даже необходимости говорить это. Если я причиню боль твоей Элейн, ты больше не будешь иметь со мной ничего общего.

– Это было не то, что я собирался сказать.

Она подняла голову и впервые встретилась с ним взглядом. Она выглядела усталой.

– Ты была моим первым настоящим другом, - сказал он.
– Я всегда знал, что ты никогда бы намеренно не пожелала мне зла. Ты сестра, которой у меня никогда не было, и если ты думаешь, что я отвернусь от тебя, ты глубоко ошибаешься. Друзья не отпускают своих друзей. Даже если станет трудно. Даже если дорога станет каменистой. Даже если кажется, что другого выбора нет.

Она шмыгнула носом.

– А что, если ты женишься на женщине, которая наверняка будет моим смертельным врагом?

– Даже тогда.

Он встал, и вокруг него были разбросаны подушки.

– Но я думаю, ты обнаружишь, что большинство людей могут быть удивительно снисходительными.

Она посмотрела на него снизу вверх, ее глаза были широко раскрыты и печальны.

– Даже ты?

Он подошел к ней и опустился рядом на колени.

– Особенно я, - сказал он. И когда она прислонилась к нему, он крепко обнял ее.

Глава 11

Пока Элейн не вошла в бальный зал той ночью, она не осознавала, как много в себе она заперла. Она всегда стояла в сторонке, одетая в цвета, которые не привлекали внимания.

Сегодня вечером, в самый первый раз, на ней было бальное платье из красного атласа. Оно облегало ее талию, а затем расклешивалось поверх множества нижних юбок. Вырез облегал верх ее корсета, кокетливый, но не переходящий в область провокации. Покрой был прост - настолько прост, что все было подогнано за считанные часы. Подол все еще был приколот на месте, а не пришит.

Платье было простым, и все же, когда она посмотрела на себя в зеркало перед выходом, она не смогла отвести взгляд. Вот кем она могла бы быть. В течение многих лет на подобных собраниях у нее была одна цель: заставить всех отвернуться от нее.

Сегодня вечером она хотела, чтобы они смотрели на нее. Она стояла на краю полированного деревянного пола, чувствуя себя кораблем, пристающим к берегу. Там, среди толпы, были волны, штормы и монстры. Здесь, по краям, была безопасность. Ее первый шаг к середине комнаты был самым трудным. Второй дался легче. С третьим люди начали смотреть на нее и перешептываться за поднятыми веерами.

Леди Элейн Уоррен не носила красного. Она не выходила в центр комнаты. Она скрывала все, что касалось ее самой.

Больше нет. На этот раз этот шепот не заставил ее дрогнуть. Они заставили ее поднять подбородок и сделать более широкие шаги. Четвертый шаг был самым легким, а на пятом…

На пятом она увидела Эвана. Он стоял у стены, одетый в темно-коричневое. Его золотистые вьющиеся волосы были укрощены, но когда о повернулся к ней, в выражении его лица появилось что-то немного дикое. Его взгляд опустился, и, возможно - она не смогла удержаться от ухмылки - его челюсть тоже опустилась. Совсем чуть-чуть. К тому времени, как его глаза встретились с ее, его улыбка соответствовала ее, широкая и неудержимая. Он направился к ней.

Она не могла бежать. Не с этими туфлями на ногах. Если бы она побежала, цветы упали бы с ее волос, а иголки, удерживающие подол на месте, расстегнулись бы. Но ее шаги становились все быстрее. Она не пыталась скрыть свое предназначение. Они встретились в центре толпы. Он протянул к ней руки, и она взяла их. Он притянул ее к себе, а затем, на глазах у всех, поцеловал. Крепко.

Возможно, даже с языком. В конце концов, он отстранился от нее.

– Эван, - сказала она, - мне так жаль... этим утром я...

Он приложил пальцы к ее губам.

– Что я тебе говорил?

– Ты сказал, что когда угрожала опасность, ты искал кого-то, кто держался бы за тебя и не отпускал. И я—

Он криво глянул вниз, где его рука все еще держала ее.

– Ты отпустишь меня?

– Нет, но этим утром я...

– Элейн, - повторил он, - ты отпустишь меня?

– Нет, - прошептала она.
– Нет. Я люблю тебя.

Его улыбка стала шире, и он наклонился к ней.

– Все люди попрой спотыкаются. Вот почему я буду рядом с тобой, а ты будешь рядом со мной. Я не ожидаю совершенства. Я хочу тебя, и ты в тысячу раз лучше.

Ее сердце бешено колотилось. Она смотрела ему прямо в глаза. В комнате воцарилась выжидательная тишина—

Подождите, в комнате было тихо? Впервые с тех пор, как его руки соединились с ее, она огляделась вокруг. Толпа вокруг них действительно притихла - и подобралась совсем близко. Все смотрели на них. Каждый в комнате.

А почему бы и нет?

Улыбка Эвана просто стала шире.

– Я люблю тебя, - сказал он достаточно громко, чтобы по ожидающей толпе прокатился ропот. А затем он взял ее руку под свой локоть и указал на толпу.

– Разойдитесь, - сказал он командным голосом.
– Если я не найду лорда Стокхерста и не попрошу руки его дочери в ближайшие пять минут, у нас будет скандал. И никто из вас этого не хочет.

Теперь улыбался не только Эван. Повсюду вокруг них люди ухмылялись. А затем, один за другим, члены толпы начали хлопать.

На другой стороне зала Диана высоко держала голову, заставляя себя не расплакаться.

Что бы ни говорил Эван, она не верила, что они смогут остаться друзьями - по крайней мере, если она продолжит в том же духе. Странно; она никогда раньше не нервничала в толпе. Но прямо сейчас она чувствовала свою собственную уязвимость. Впервые она была кроликом. И вот, здесь было так много волков.

Она заметила мисс Марию Уолтон в дальнем конце комнаты. У мисс Уолтон была куча денег, но все они были получены в результате торговли. Когда она говорила, она демонстрировала хороший ум. И вот в прошлом месяце Диана назвала ее самонадеянным маленьким синим чулком. Название прижилось. Было так легко оттолкнуть девушку в угол комнаты.

Диана пересекла комнату и присела в легком реверансе.

– Мисс Уолтон.

– Леди Косгроув, - осторожно ответила молодая женщина.

– Это...