Чтение онлайн

***

Настя шла по коридору служебного помещения и тщательно запоминала все, что смогла увидеть. Профессиональным взглядом Рембо зафиксировала две камеры видеонаблюдения с вполне работающими индикаторами. Хотя в отчете федералов была информация об отсутствии работающих камер в прачке. По обе стороны коридора располагались закрытые двери без табличек. Их было по две с каждой стороны. Одна дверь была приоткрыта и на долю секунды промелькнула стена комнаты, вдоль которой располагались металлические шкафы, напоминающие банковские ячейки с трехзначными номерами.

Затем коридор закончился и уперся в просторное помещение прямого назначения. Несколько промышленных стиральных машин, еще какие-то устройства, видимо сушки. Пара гладильных досок, за которыми наглаживали и отпаривали еще две женщины. Пожилой мужчина, лет шестидесяти сидел за столом и разгадывал кроссворд. Стиральные машины мерно жужжали, пар шипел — в общем, прачка, как прачка, за исключением интригующего коридора.

Настя завернулась в предложенную простынь, отдала свой сарафан и села за стол, рядом с мужчиной. Мужчина был щуплый, небольшого роста, в очках и с «танцполом» на макушке, на блестящей поверхности которого выписывали брейкдэнс три с половиной волосины.

— Ух ты ж, Гренадер! — мужчина восхищенно прокомментировал Настину стать.

— Ага, — рассмеялась Настя — и коня на скаку, и в горящую избу.

— Кроссворды любишь?

Настя кивнула в знак согласия. Периоды задумчивости над вопросами можно было бы использовать для осмотра помещения, не привлекая внимание. А, как минимум, одну камеру она заметила прямо напротив стола. На столе трямкнул допотопный мобильный. Михалыч, так звали любителя кроссвордов, взял телефон:

— Да, — ответил он и простецкое выражение лица мгновенно приобрело необъяснимую жесткость. — Не суетись!… Нет, пусть ждет.

Михалыч отложил телефон и вернулся в исходное состояние «простого мужика без изысков».

— Ну-с. Начнем. Остров в Норвежском море, 10 букв на «В» начинается на «Н» заканчивается.

— Ээээ… — Настя округлила глаза и приоткрыла рот от удивления, затем повертела головой и увидела небольшую дверь, судя по расположению окон, которая должна была вести или на улицу, или в подвальное помещение. — Понятия не имею. От слова «вообще».

— Ладно, тогда — плоскодонное парусное судно типа баржи, 3 буквы.

— А… — вовремя остановила себя Настя. Она решила поддерживать образ большой глупышки. А такая девушка точно не будет знать, на чем перевозили вина в средние века. — А попроще вопросов у вас там нет?

— По проще я и сам знаю, — хохотнул Михалыч.

В течении часа Настя отгадала только одно слово, которое было до тошноты очевидным, чем привела в неописуемый восторг Михалыча. Во время раздумий, на глаза попался небольшой люк под одной из гладильных досок, отлично замаскированный в кафельном полу. Если бы не легкое колебание доски во время глажки, заметить его практически невозможно.

В итоге, вопросов к этому Царству чистоты было много, а ответов — ни одного. Настя переоделась в чистый, идеально выглаженный сарафан и поблагодарив всех присутствующих, удалилась в сопровождении Михалыча. Ничего нового на обратном пути разглядеть не удалось. Единственная дверь, которая была приоткрыта час назад — была плотно закрыта.

Сусанин сидел на диване и рассматривал рекламные буклеты. Настя и Михалыч вышли из недр прачечной улыбаясь и желая друг другу всего самого наилучшего. Девушка приемщица подскочила со своего места и вытянулась по стойке смирно с виноватым выражением лица. Михалыч даже не взглянул в ее сторону. Зато он вцепился взглядом в Сусанина.

Офис детективного агентства «Бюро добрых услуг» располагался на первом этаже административного здания и занимал несколько комнат первого этажа и практически весь цоколь. В цоколе обустроились Дзен со своей лабораторией, химик, которого все называли Колдун и странная личность по прозвищу Ноль.

Ноль был программистом, хакером, абсолютным интровертом с легкой примесью социофобии. Единственный человек в команде, который жил на работе в прямом смысле этого слова. Свое жизненное пространство Ноль разделил на две части. Одна представляла собой рабочее помещение с массой программируемой техники. Вторая была в два раза меньше и являлась домом. В доме была кровать, шкаф с одеждой, полки с книгами и небольшой стол с ноутбуком.

Так как Ноль практически не выходил из своего ореола обитания, то вид у него был достаточно забавный. Увлечённый своими мысленными процессами, он мог целый день ходить в пижаме и тапочках, забыть причесаться или умыться. Единственное, что он никогда не забывал, так это свой любимый яблочный сок.

МСК и Ноль двенадцатый час к ряду отсматривали видео с камер наблюдения и фото/видео с телефона Андрея Караваева. Перечитывали аналитику ФСБ и снова пересматривали. Ноль писал программы, прогонял по ним видео, снова писал и снова прогонял. Программы представляли собой алгоритмы поиска и отсева данных. Ноль оцифровал все протоколы опроса жильцов и проанализировал информацию на поиск нестандартных ситуаций.

В итоге нашлась не то чтобы нестандартная, но все-таки выбивающаяся из повседневной жизни ситуация. Примерно за 35 часов до самоубийства, в одну из квартир дома приехала скорая помощь. Одинокую пожилую женщину забрали с сердечным приступом в клиническую больницу и в момент самоубийства в квартире никого не было. Федералы проверили, что женщина действительно в больнице и действительно с сердечными проблемами.

— Давай глянем, как там ее скорая забирала. — предложил МСК.

Ноль отмотал запись, и парни уставились в монитор. Вот подъезжает к подъезду скорая помощь, затем открывается водительская дверь, выходит водитель, курит. Машина стоит таким образом, что подъездную дверь не видно, а также не видно кто выходит из машины. Проходит 13 минут, и водитель оборачивается, видимо на звук открывающейся подъездной двери. Водитель садится за руль, еще несколько секунд и скорая уезжает.

— Мне кажется? Или это очень быстро — подняться на 9-й этаж, осмотреть пациента, принять решение о госпитализации, спуститься с больным, выйти на улицу и все это проделать за 13 минут? — озадачился МСК.

Ноль налил в стакан яблочный сок и молча уставился в пустоту. Затем лихорадочно застучал пальцами по клавиатуре, переехал на стуле к другому компьютеру и опять застучал по клавиатуре. МСК молча ждал, пока мысли компьютерного гения обретут результативную форму.

— Светлана Павловна Коврова, 1956 года рождения, провела в городской клинической больнице 5 дней с диагнозом желудочковая тахикардия. Выписана спустя двое суток после самоубийства. Проверка выездной бригады скорой помощи не производилась. Проверка вызова скорой не производилась. Есть протокол опроса лечащего врача, который подтвердил наличие Ковровой в больнице и ее диагноз. Опрос Ковровой не производился. И это странно. — на одном дыхании выпалил Ноль.

— Хм… — отреагировал уставший МСК. — Давай остальное завтра думать. Надо поспать.

Ноль молча кивнул, и так же молча удалился в свой «дом» за ширму, которая отгораживала рабочее пространство от домашнего.

— И тебе спокойной ночи. — фыркнул МСК и поехал в комнату отдыха, которую часто использовали для ночлега, когда был аврал.

МСК не вписался в дверной проем комнаты отдыха и с грохотом шарахнулся об косяк.

— Зараза!