Чтение онлайн

Через минуту за оградой опять послышался стук, теперь ближе, почти рядом. Впечатление, будто кто-то забрался на лодку. Пул сжал руку Талы, чтобы не шевелилась; потянулись секунды томительного ожидания. Вдруг девочка, легонько задев Пула локтем, указала на ровные ряды картошки. Сначала мальчик не понял, куда смотреть, но затем разглядел. От стены на грядку двумя разными по плотности линиями падала тень. В одном месте она приобретала вытянутые к середине огорода очертания, и Пул догадался, что это разбойник, стоя на лодке, перегнулся через ограду и осматривает участок. Показалось, что они слышат над собой его тяжелое дыхание.

К счастью издали крикнули:

– Эй, Фат, видел кого-нибудь?

– Нет, – раздался над головой беглецов юный голос.

– Тут открытая калитка. Думаю, они ушли в переулок. Пойдем, там поищем?!

Тень пару секунд хранила молчание, потом отозвалась:

– Пойдем.

Приглушенно громыхнула лодка, тень исчезла.

Четверть часа молодые люди прислушивались. Собачий лай стал прерываться, утихать, затем вовсе умолк.

– Развитие событий вышло из-под контроля, – с облегчением вздохнула Таля.

– Причем, давно. Что предлагаешь делать?

– Во всяком случае, не отступать. Да и отступать нам с тобой некуда, наши дома оккупированы противником; выходы в город, думаю, перекрыты. Хорошо бы отчим не вернулся домой до утра; грабить у нас нечего – все ценное я забрала. Кстати, где моя сумка?..

– Здесь, не волнуйся!

– …А старика будет жалко, если с ним расправятся. Он часто не ночует дома, хорошо бы и сегодня загулял.

Таля подтянула сумку, расстегнула молнию.

– Предлагаю, подкрепиться для начала. Я тут кое-что собрала на скорую руку. Потом отдохнем до утра. Здесь мы в относительной безопасности, а идти куда-то – только привлекать лишнее внимание. Согласен?..

Но у мальчика появилась идея.

– Послушай! Возле моего дома есть заброшенный сад, там на одном дереве я знаю удобное местечко – отличный наблюдательный пункт. Мой двор просматривается, как на ладони. Мы будем в курсе всех перемещений бандитов.

– А если они нас там уже ждут?

Пул пожал плечами.

– Вряд ли! Об этом дереве никто не знает.

– А если они спрятались в саду? – не унималась Таля.

– Тоже вряд ли! Тогда им не будет виден мой двор, там стена, не ниже этой.

Таля заколебалась.

– Конечно, быть в курсе перемещений противника – здорово. Но, отправившись в твой сад, мы рискуем два раза: первый – попасть в лапы бандитов по дороге, а второй, наткнуться на них уже там. По-моему, чересчур?!

Но Пула охватила решимость.

– Ничего мы не рискуем. Во-первых, я знаю дорогу к саду дворами и закоулками, а во-вторых, мы будем осторожными.

И юная журналистка сдалась.

Талина проснулась первой, лишь в небе за домами забрезжил рассвет – конечно, если ту тревожную дрему, в которую она впала максимум на час, можно назвать сном. Ночевать на дереве ей раньше не доводилось, она постоянно боялась свалиться, и, как ни поворачивайся, нестерпимо давили впившиеся в бока кривые сучья. В общем, выспаться не удалось.

Девочка взглянула на нового знакомого. Пул спал, обхватив ствол руками, прижавшись к шершавой коре ухом. Пухлые губы мальчика смешно искривились, и Таля улыбнулась. Теперь она рассмотрела нового друга получше и сочла симпатичным и не таким уж толстым, как показалось накануне. Просто у него плотное телосложение и круглое лицо. Щеки сквозь темный загар алеют здоровым румянцем. Правильный нос говорит о дисциплинированности, а широко поставленные глаза об упрямстве. Общую картину немного портили большие губы, но решительный подбородок сглаживал этот недостаток. Особенно Тале понравились волосы мальчика: черные, волнистые, густые и пышные. Она мечтала, чтобы у нее были такие волосы, но росли почему-то редкие, рыжеватые и прямые – просто катастрофа! – поэтому приходилось стричься коротко.

Девочка осторожно раздвинула листву, осмотрела двор, где должны прятаться разбойники. Как и накануне ночью, она никого не заметила, лишь лохматый пес дремал на крыше деревянной будки. Кажется, Пул сказал, его зовут Диск.

Таля, прикрыв рот рукой, зевнула, вынула из сумки полотенце. Где-то в саду есть пруд – мальчик ходил туда ночью напиться.

С рассветом в кронах деревьев проснулись птицы – весело щебечут, разгоняя утреннюю тишину. Спускаясь, Талина вспомнила, как ночью, карабкаясь на дерево, они с Пулом всполошили стаю птах, испугавшись поднятого ими шума.

Сад на поверку оказался не таким уж заброшенным. Таля догадалась, что это дело рук ее нового знакомого На полянах трава скошена и сложена в аккуратные волки, отчего к запаху цветов и трав примешивается аромат сохнущего сена. На память пришло то золотое время, когда мама была жива. Они часто втроем, включая отчима, ходили в предгорье за грибами, и там тоже пели птицы, пахло цветами и сухими травами. Иногда они заходили так далеко, что домой возвращались к позднему вечеру, делая по пути несколько привалов, потому что у Талы и мамы уставали ноги. Отчим подтрунивал над ними, какие они слабые и ленивые, и называл «кисейными барышнями».

Потом жизнь переменилась. После того рокового дня.

Отчим с утра отправился в море, мама следом ушла на службу – она убирала в доме у одного богатого чиновника. Таля осталась дома одна, но не боялась; ее всегда оставляли дома одну. Перед уходом мама, как обычно, предложила выбор: дом или двор. Разница состояла в том, что если Таля выбирала дом, то ее запирали в доме, если двор – то дом запирали сам по себе, а Талю запирали во дворе. Где она выбирала, ей приходилось играть до возвращения отчима.

В тот день она выбрала двор.

Но не успели наскучить качели и песочница, как неожиданно вернулась мама. Девочка запомнила ее грустные, полные любви глаза; усталый вид. Мама сказала, что у нее разболелся живот; она отпросилась с работы и собиралась пойти полежать. Таля пожелала ей хорошего отдыха, продолжив строить песочные замки. А через час, может, больше, девочку охватила тревога. Пришел необъяснимый страх, словно во двор забрело невидимое чудовище. Девочка заспешила в дом.

Мать лежала на диване, но на зов Талы не откликнулась. Это странное молчание испугало девочку так сильно, что она забралась в чулан и просидела там до возвращения отчима.

Он потом скажет падчерице, что у мамы лопнуло сердце.

…Вода в пруду была красного оттенка; пить ее Таля не отважилась, но слегка освежила лицо. Водоем похож на старый бассейн, округлый, десяти шагов в поперечнике. Рядом саманный, крытый камышом садовый домик, без окон, без двери, с давно небелеными стенами. Пока Таля приводила себя в порядок, ей показалось, что из домика доносится странный звук, то ли рычание, то ли храп или хрюканье.

Девочка вытерла лицо полотенцем, прислушалась.