Чтение онлайн

У меня не было желанья есть, вкусовые ощущения снова пропали…. В дверь постучали. Вошла Эрибель, как и ее брат, она имела яркие, голубые глаза, цвета небесного залива. Они и правда близнецы, если бы Эрибель не была девушкой, с женской фигурой и длинными темными волосами, их с братом невозможно было бы различить.

Не то, чтобы сходство уродовало их, нет, удивительное сходство было красиво, как с мужской, так и с женской стороны — особенность их медической крови. Они оба были красивы. Эрибель и Максимилиан — ее брат, одного возраста, им двадцать лет, и Максимилиан старший брат, а Эрибель младшая сестра. Если бы не их членство в Имперской Свите, и обязанность время от времени носить форму, я бы подумал, что они оба — современные, стильные, городские студенты. Меньше всех они были похожи на дворян, нет, я бы сказал, вообще никаким видом не имели ничего общего с дворянством. В реальной жизни они оба одевались исключительно в модную одежду, на обоих было полно всяких браслетов, украшений, шарфов, так выделяющихся из толпы. Прекрасно ухаживали за собой, спортивные и жизнерадостные. Максимилиан представлялся мне очень внимательным, общительным, любителем футбола и гоночных машин. А его сестра, любительницей тайн, модных платьев, библиотек и молодежных вечеринок.

Эрибель последние восемь дней пыталась поддержать меня…. Я хотел с благодарностью относиться к вниманию. Но не мог…. Не мог есть еду, которую она приносила, не мог слушать и поддерживать беседу, я ничего не мог.

— Хм… Прости… Я…. думала, может ты попьешь чаю, хотя бы? — у нее приятный, низкий голос, не раздражающий, в отличие от всех девушек ее возраста. Ах да, я совсем забыл сказать… Эрибель — человек, как и я, но об этом сейчас я был не в состоянии думать.

Попытавшись перевернуться, породил цепную волну боли от сердца, уходившую в бока и спину. Слезы текли сами собой, из жалости к своей весьма печальной персоне, но я смахнул их рукавом нашей общей рубашки, в которой мы спали на этой самой кровати. Мне хватало сил доползти раз в день до ванной, налить до краев горючую воду и несколько часов подряд, до одурманивания, лежать в горячей воде…. Будто чувственность от этого может вернуться.

— Эй, Эрибель, скажи мне…? Чего ты так печешься обо мне, мы знакомы всего восемь дней, я, конечно, доверяю тебе, но не столько, чтобы позволить сочувствовать мне…. И нет…. Я не хочу чай…. Он не согревает, а от любой пищи меня сразу же вывернет на изнанку.

— Алексис сильно переживает за вас обоих, но ему нужно вести дела Империи и Армии в твое отсутствие, а Каин сейчас…. Ну…. просто я думала, что тебе тяжело в одиночку делать некоторые вещи…. поэтому….
– мне нравиться непосредственная открытость в ней. Она ничего не скрывала, как медиумы. Человеку с человеком легче найти общий язык.

— Тяжело…. Но, это уже не важно…. Или ты мучаешься чувством вины? Что было в прошлом, то было, будем считать тогда, что мы не могли быть друзьями, на тот момент, когда вы пытали меня….
– она села на противоположный край кровати. Ее настроение изменилось…. Она подавлена словами, может, я перегнул палку?

— На тот момент, нам всем нужно было, чтобы ты призвал и пробудил своего медиума, и поэтому…. Поэтому. Я всегда была против этого метода, и я не могла причинить тебе настоящую боль…. И Алексис….
– Эри затрясло, я всего лишь повернулся в ее сторону, и беглого осмотра хватило, чтобы понять — она и правда сожалеет.

— Эрибель, не мучайся, я все прекрасно понимаю, и соглашусь, пожалуй, жестокость являлась, во все времена, самым эффективным инструментом для достижения поставленной цели. Мне не за что прощать вас… Я просто понимаю. А теперь, извини пожалуйста, но больше думать не могу. Если будем и дальше анализировать наши сожаления, я приду к плохим выводам, поэтому…. Я не говорю — мне нужно время, чтобы считать тебя в достаточной мере своим другом…. Нет, просто сейчас не могу ни о чем думать…. Больно. Эрибель, спасибо, но ты должна уйти….

— Прости…. Я оставлю чай и конфеты…. Поешь, если захочешь…. Мы всегда ждем тебя, спускайся, как только….
– дверь захлопнулась…. И опять тишина…. На что я надеюсь? Что, как обычно, чуть-чуть вздрогну от возбуждения, чуть только теплый шепот Джульетт, коснется моего уха…. Нет, этого больше не произойдет, ведь так!? Во что я должен верить, черт возьми! Во что же?! Эй, извращенка, что ты наделала!? Сначала привязала мое податливое тело своими ласками и мою душу своими сладкими речами, а потом исчезла?

За короткое время я потерял два столпа своей реальности…. Две вехи моей силы сейчас уничтожены. Темный Алхимик умер, Темная принцесса — мой медиум, сошла с ума…. Осталась ли у меня какая-нибудь сила? Могу ли я в себе найти силы на «завтра» на «дальше» и «сегодня»?

Мой сон и реальность смешивались…. А если нет разницы, стоит выбрать сон…. Да, пожалуй, я буду спать, во сне боль уменьшается, но никуда не уходит.

Ни во сне, ни в реальности, ее присутствия или хотя бы попытки вернуться ко мне, не ощущается…. Я даже отдаленно не слышал голос. Если подумать, я мог бы простить ей постоянные домогательства, и плохое поведение, игры с Каином…. Они соревновались между собой, кто поглотит душ грешников больше или кто отправит в мир Ночи больше отступников. Как только эти голубки спелись, стали терроризировать Архион каждую свободную ночь. Отчасти, я ревновал, отчасти, просто срывался на нее за такие выходки. Несмотря на мою раздражительность, Джульетт приходила ко мне, обнимала и целовала, какую бы ошибку я не совершил. Думая о прошлом, я мог бы простить, но это не вернет ее…. Может, я был плохим хозяином? Был? С каких пор я начала думать о ней, как о «прошлом факте»? Почему опускаю руки? От чего сдался?

Мм…. Болит, больно дышать и говорить. Дни моего самозаточения, сообщала Эрибель, навещавшая меня, все-таки, по-моему, из чувства собственной вины. На утро десятого дня, у меня поднялась температура, а к двенадцатому дню я был не способен передвигаться без посторонней помощи, терял сознание, к ночи у меня начиналась страшная лихорадка. Каждый раз, когда Эрибель касалась меня, чтобы обтереть пот, меня пронзала дрожь, и тошнотворный комок отторжения подступал к горлу. Эрибель понимала — дело не в ней, руки другого существа не должны касаться открытых участков кожи…. Это позволено только Темной Принцессе.

Джульетт…. Джульетт…. Спаси меня, согрей, заставь влюбиться снова, приручи и никогда не отпускай….

— Там внизу ребята, не хочешь спуститься?

Да, пожалуй, надо спуститься. Ведь если Каин пока вернулся, можно у него что-нибудь узнать. Я мерз, потому закутавшись в три ряда одеял и покрывал, с помощью Эрибель добрался до диванной. Максимилиан — шатен с модной прической. В кожаной куртке и клевых брюках он развалился на диване, читая журнал про автомобили. Алексис разбирал документы, которые аккуратными стопочками были разложены вокруг его кресла. Увидев меня, завернутого в три одеяла, истекающего холодным потом, он изменился в лице. Обеспокоенный, расстроенный, но не удивленный, Маршал понимал, что ничего уже нельзя исправить. Пододвинув кресло рядом со своим, он сбил пару стопок документов, они съехали в пространство между диванами. Темная библиотека опять изменила свою фигурацию, словно выстраивая вокруг диванной защитный круг из нескольких рядов стеллажей. Алексис недолго думая, из бумаг в центре, своим даром сотворил пламя огня, оно ничего не обжигало, зато грело, и усадил меня в кресло перед янтарным пламенем. Максимилиан отложил журнал, садясь и приглашая сестру сесть рядом. Когда они вот так садились вместе…. А чаще всего Эрибель сидела у него на ногах, невозможно было сказать, что вириарды брат с сестрой…. Они воплощали единую пару возлюбленных, но когда же, мои друзья вели себя так, словно заботились друг о друге…. Невозможно было не сказать…. Близнецы, связанные между собой.

— Привет, выглядишь хреново…. — Максимилиан обладал теми же качествами души, что и сестра. Открытость, прямолинейность и доброжелательность. За что и нравился мне, также как и Эрибель.

— Даже не знаю, чем тебе возразить…. А где Каин?

— Собака зализывает свои раны, он за диваном…. — Алексис глазами щелкнул в сторону, где сидели близнецы. Привстав, я увидел Ночного Стража распластанным на полу, в оборванной когтями одежде, без щита…. Чтобы Каин убрал отрицательный щит, скрывающий животную природу? Его хвост — тигриный, длинный, а кожа будто покрыта полосами как у тигра, да еще и кожистые крылья росли из спины, он лежал на них, и они почти закрывали лицо. Он спал или пытался лежать с закрытыми глазами. В своей животной форме, он напоминал мне гибрида летучей мыши из мира Ночи и тигра. Крылья прикрывали ужасающие рваные раны, и лицо с клыками, с которых капала кровь, и я знал, чья она была. Они дрались…. И Джульетт, судя по всему, так и не пришла в себя, уделав Каина почти в хлам.

— Ужасный вид….

— Ему нужно отдохнуть не много, сейчас там Реджина, не переживай. Рафаэль…. Я хотел, чтобы ты пришел. Понимаю, тебе сейчас не до чего, поэтому я взял заботы на себя. Твоя иллюзия прекрасно справляется со своими обязанностями, как и иллюзия баронессы Хелены де Больград. Скажу тебе предельно откровенно, иначе наши отношения, простая выгода. Я возложил на тебя большие надежды, и мне неприятно видеть, как ты сгораешь будто свечка. При этом, я не имею ни капли возможности тебе помочь. Я не знаю, что делать. Я растерян. Но хотел, чтобы ты пришел…. Хочу сделать хоть что-нибудь. Может, я и не могу тебе помочь, но хотя бы попытаюсь.