Чтение онлайн

— Поможешь нам? Отправишься в центр? Заодно информация, полученная тобой, поможет расшифровать твои видения.

— Да, — ответила я. Не столько от стремления помогать Иванычу, сколько от желания понять, что со мной происходит, и жажды мести организации за украденную у меня жизнь. А ведь если я действительно вижу будущее, они будут пытаться найти меня и дальше. И не Сергей Иванович виноват в том, что со мной случилось, а именно организация. Чертовы пришельцы.

— Тогда нам нужно приготовиться, — сказал Иваныч. — Тарпакианский контроль может опознать тебя. Нужно ввести изотоп, от которого ты будешь для них невидимой.

— Хорошо, — уже с уверенностью ответила я.

Черный «Альфа Ромео», ведомый Максом, выехал с антиземли, и я застыла от удивления. Машина неслась по воде! Словно катер! Или летела в нескольких сантиметрах над водой. Что за черт! Под нами была покрытая мелкими волнами водная гладь, и на миг я подумала о том, как буду выбираться, если «Альфа Ромео» начнет тонуть.

Резиденция находится в антиизмерении реки Тибр? Кажется, да!

Нас тряхнуло, и я поняла, что автомобиль выехал на небольшую улочку, плотно прилегающую к реке.

— Нижняя часть машины все еще находилась на антиземле, верхняя — уже в нашем мире, — усмехнулся сидящий рядом Иваныч.

Почувствовав легкие встряхивания машины на мощеной камнем дороге, я перевела дух и успокоилась.

Рим был покрыт низко нависшими серыми тучами, которые, казалось, касались куполов высоченных соборов. Словно сам Бог не захотел смотреть на то, что творилось внизу, и поставил облачную завесу. Послышались удары капель дождя по крыше. Небо плакало.

Я вспомнила, как все это началось. То самое недостроенное здание на окраине Москвы, в котором мы со Стасом ловили мнимых наркоторговцев. Тогда тоже шел дождь. Даже ливень. Все началось с небесного плача, возможно, все им же и закончится? Хотелось бы надеяться, но что-то подсказывало мне изнутри, что это не конец. Скорее — начало.

К площади Святого Петра мы подъехали через двадцать минут, и она по сравнению со вчерашним днем показалась пустой. Только редкие люди, которых не останавливал дождь, бродили по площади с зонтами, разглядывая памятники истории и архитектуры.

— Главное — проехать через тарпакианские этажи, — сказал Иваныч. — Постарайся дышать как можно реже. И не двигаться. Замри. Любой вздох, любое движение может тебя выдать. Здесь Стас сказал правду — тарпакианцы запоминают движения, мимику, жесты, а не внешность. Поэтому будь осторожна.

Я кивнула. Надеюсь, это окажется несложным.

— Дальше все по плану, проезжаешь через человеческие, тарпакианские и манианские этажи, к орлам поднимаешься по технической лестнице, не забудь о таблетке, которую я тебе дал, она скроет тебя от зрения орлов. И потом наверх по такой же лестнице. Схему помнишь?

Я попыталась воспроизвести в памяти все эти переплетения лабиринтов на этажах орлов, местоположение лестниц.

— Кажется, помню, — ответила я. Но разве такое запомнишь?

— Не забудь выбросить телефон перед тем, как подниматься к орлам. Они чувствуют электронику. Хорошо, удачи, — сухо сказал Иваныч. — После всего мы заберем тебя здесь.

Я молча кивнула. Что-то мне не нравилось в тоне Иваныча. Он всегда был суховатым и жадным на эмоции, если не пытался выдавливать их силой. Но сейчас, мне показалось, в его тоне проскочили нотки волнения. Хотя и для него это вполне оправдано. Тоже беспокоится, наверное.

Я не стала долго прощаться. Нужную информацию мне дали, вшили в руку передатчик, с помощью которого я смогу скачать данные из главного компьютера. Молча вышла из машины и открыла зонтик. Активировала входной звукокод, и туманная башня организации выросла передо мной, словно вынырнув из-под земли.

Опять появилось чувство, что она наблюдает за мной. Я помнила это чувство, хотя была не собой, когда ощутила его впервые. Словно тысячи глаз впиваются в меня взглядом, пытаясь понять, кто я и что здесь делаю.

Я окинула взглядом башню, вершина которой тонула в облаках, а подножье мягко касалось центра площади. Люди просто проходили сквозь этот монументальный исполинский столб, ничего не ведая и не замечая. Интересно, они чувствовали этот хищный взгляд на себе? Может, у них проявлялось какое-то беспокойство? Волнение? Ощущение чего-то странного?

Впрочем, неважно. Я направилась к башне, только сейчас понимая, насколько одежда Габриэллы Ульрихт неудобна. Как я могла раньше ходить в этом тесноватом пиджаке, еще и в туфлях? Впрочем, это была не я, и повторять ту самую походку и жесты для меня было проблемой.

Перед глазами резко потемнело, я уже была в длинном полутемном коридоре организации. А вот и робот, проверяющий ДНК. Теперь я немного боялась, а по телу гуляла мелкая дрожь.

«Это робот. Всего лишь робот. Он только проверяет ДНК», — успокаивала я себя, но занервничала еще больше, вспомнив, что сейчас мне предстоит миновать тарпакианские этажи.

— Можете пройти в лифт, госпожа Ульрихт, — сказал робот, и вот здесь я действительно занервничала. Коленки затряслись, тело покрылось холодным потом, кабинка показалась маленькой и неудобной. Она словно сжималась, с каждой секундой становилась меньше.

Нужно срочно успокоиться.

Я оперлась на прозрачную стенку лифта, сосредоточив все внимание на своей руке. Просто подумать о чем-то отвлеченном. Буська. Интересно, как она там? Хорошо ей с Наташей? Думаю, хорошо. Да и сама Наташа, скорее всего, изменилась. Уже не та параноичка, которой была раньше. Интересно было бы увидеть её вживую.

А вот и тарпакианец со своим кристаллом.

Я всеми силами пыталась его не замечать, вспоминая прошлое, думая о будущем, представляя себе природу, лес, море, Наташу Перунину вместе с её книгой, кошку Буську, что угодно. Но это было трудно. Тарпакианец словно разбирал меня на части своим взглядом, если это можно было так назвать, и я это чувствовала. Будто каждую молекулу моего тела пристально осматривают со всех сторон.

Лифт плавно взлетал вверх, а я пыталась не смотреть по сторонам, на кажущиеся зловещими кристаллы, шпили и выглядящих ленивыми исполинских инопланетян, расположившихся между ними.

Еще пару секунд. Вот-вот.

Кажется, один из них повел в мою сторону своими усиками, и я вздрогнула.

Все. Надеюсь, не заметил.

Я перевела дыхание. Теперь миновать этажи людей с кучей следящих систем, но это, кажется, проще. От людей хоть знаешь чего ждать, видишь эмоции на их лицах, слышишь интонацию в голосе, чувствуешь их.