Чтение онлайн

Мой нежный-нежный Бог Иисус-тысячи затейливых теремков-избушек, танцующих восхитительный танец Вечности.

THE BEST BOY-FRIEND IN THE WORLD

Я похитила его у тысяч и тысяч девических глаз, рук и губ. И теперь он мой верный друг. А они печально вздыхают о дивной потере.

Мой друг - печально-прекрасный Ангел, золотеющий перьями крыльев на вечерней заре.

Мой друг-это сверкающая прозрачность, пронзенная серебряными копьями-стрелами моей любви.

– Совершенное исполнение святой лазурности.

– Корзина с веселыми, играющими гномами.

Мой друг - это палитра, на которой стоят коробочки с пестрыми красками, и я макаю туда свою кисточку и рисую мультики.

Мой друг - это цветение узоров в насажденном саду. И я своей ручкой сплетала эти узоры. А он был тих и кроток, когда я пальчиками касалась серебряных нитей его благоуханной души.

Мой друг - это веер дивных чудес, которыми он веет, заключая меня в оковы своей благоговейной нежности.

По утрам он дарит мне утренние колокольчики и целует в губки ангело-клубничным и ангело-цветочным поцелуем.

А по вечерам он приходит и снимает узорный башмачок с моей правой ножки, полный секретов и сюрпризов. Он целует мои реснички поцелуем-пухом. И на моих ресничках оседают золотистые пушинки - сон.

Его слезы - звездный жемчуг. Этим бисером он расшил мой плащ. Он опутывает им меня ночью и баюкает.

То здесь, то там я слышу звон тысяч игрушек, которыми он звенит, завлекая меня.

Мой друг - птица Аргус с тысячью глазами на хвосте. И я каждое утро прошу Господа, чтобы он остановил колесо времени, чтобы я могла перецеловать каждый алмаз его тысяч глаз.

Мой друг - это рыба сплетённых затейливостей-узоров, которые только я и читаю.

У моего друга сердце - браслет-сказка из подвешенных бубенчиков, колокольчиков и драгоценных камушков.

И когда он приближается ко мне, они переливаются нежным звоном при его походке.

Мой друг-это танцующая голубая нежность перед моими очами. И я похитила его у тысяч и тысяч девических глаз, рук и губ. И он прекрасен, мой верный друг. А они печально вздыхают о дивной потере.

* * *

Из нежного божественного бархатного мрака возникли голубые-голубые голуби.

Из нежного божественного бархатного мрака возникли алые-алые цветы.

Из нежного божественного бархатного мрака возникли хрустальные-хрустальные ели.

Из нежного божественного бархатного мрака возникло золотисто-золотое сердце Иисуса.

О, нежная чернота божественного мрака, нежно обволакивающая душу, от прикосновения которого слезы-алмазы души выкатываются на черный бархат мрака.

* * *

В серебряных-серебряных небесах гуляют голубые-голубые голуби.

В зеленых-зеленых стеклышках, обкатанных морем, живут золотые-золотые души эльфов.

В серебряной-серебряной избушке-орехе живет голубой-голубой кот с золотыми усами.

На оливковом-оливковом дереве живет оранжевая-оранжевая птица-странник с глазами-бусинками, как горный хрусталь.

В розовых-розовых нежных раковинах живут древние-древние зеленоглазые чуда.

Оркестр тысяч хрустальных-хрустальных ежиков играет на серебряных-серебряных флейтах.

Веселых-веселых гномов я превращаю в золотые-золотые бусы и нанизываю на серебряную-серебряную ниточку.

* * *

И он придет, мой Господь, перламутрово-розовым закатом.

И нежно-розовая дымка окутает голубое небо и дома.

Его золотой локон упадет на зеленые деревья и обовьется вокруг цветущих алмазным цветом ветвей.

Бисер с его колечка рассыплется и засверкает в весенних лужах.

И улыбка его будет, как голубые играющие дельфины в серебряных волнах.

Он коснется серебряным изукрашенным жезлом наших сердец.

И зацветет там перламутровый закат.

И он придет, наш Господь, тысячью золотых бантиков, расшитых бесценным жемчугом.

И затрепещет, заволнуется вечное покрывало мира, запоет бубенцами и колокольцами. Когда розовым перламутром заката придет наш Господь.

* * *

Сокровенное дерево, воздев к небу руки-ветви, поет псалмы.

А там, в небесах, мой Бог-душа сиреневая, тело серебряное, и от Его волос исходит голубое сияние.

* * *

Тихой поступью виноградных лоз пришел Господь на землю. Вечное и святое солнце мира налилось янтарными ягодами. И что может сравниться с вкушением этих сладчайших ягод.

* * *

Волшебный сад зверей чудных я видела - быть может, наяву, а может быть, во сне.

А посреди этого сада синел замок, где, быть может, жил Иисус.

И я видела Его, быть может, наяву, а может быть, во сне.

А вокруг замка цвело аметистовыми волнами озеро, быть может, наяву, а может быть, во сне.

А в озере жил сказочный сияющий золотой поющий кит.

И я видела его, быть может, наяву, а может быть, во сне.

Среди диковинных камней, быть может, наяву, а может быть, во сне, жил день-цветок.

И цвел он каждый день над садом, замком, озером, быть может, наяву, а может быть, во сне.

А птица, вся золотая, быть может, наяву, а может быть, во сне стерегла диковинные владения: синий замок, волшебный сад, аметистовое озеро. Чудные звери, кит и озеро, быть может, наяву, а может быть во сне поют диковинные песни по утру.

Блаженный отрок Иисус, быть может, наяву, а может быть, во сне подарил мне ключ от Его владений.

И я гуляю там иногда, быть может, наяву, а может быть, во сне.

* * *

Когда выходит Сын Божий на вечернюю прогулку, то за ним по небесному своду, как послушные овечки шествуют тысячи и тысячи серебряных звездочек. И еще имеет Сын Божий при себе лук и колчан со стрелами. И когда увидит Господь дитя на земле, то натянет Он на лук тетиву и пустит стрелу в направлении звезды. Нежно коснется стрела лучика звезды. И тогда звездочка, повинуясь Божьей воле, соскользнет легко и, медленно, и кружась в танце, будет опускаться на землю. И прямо в нежные ручки ребенка упадет эта звезда.