Чтение онлайн

– В активном поиске, – чуть ли не по складам прочитал Артур. И даже перечитал, чтобы удостовериться.

С некоторых пор до него дошло, что самые важные перемены в жизни девушки словно лакмусовая бумажка отражает соцсеть. Не каждой девушки, но большинства.

Да, ему было дело до Цаплиной. Потому что никакая другая барышня заменить её не могла. Куда им всем до Василисы. Ведь это она – звезда школы. И то, что его звезда с каким-то новеньким, Артура никак не устраивало. Он бы набил Донецкому морду, но… Как бить-то, если у соперника чёрный пояс? Ещё неизвестно, кто в итоге будет светить фонарём под глазом. И потом – даже если врезать Донецкому, то как это гарантирует возвращение Василисы?

Казалось, выхода нет, и тут такой подарок.

«В активном поиске»!

Что там любят девчонки? Романтику? Красивые жесты? Всякую ерунду, которую можно сфотографировать и выложить на своей страничке?

Артур вылетел из дома со скоростью ведьмы на реактивной метле. В ближайшем киоске он купил какое-то неведомое плюшевое животное с огромными грустными глазами и кривым сердечком в лапах, далее – цветочный магазин – громадный букет одуряюще вонючих, но очень эффектных белых лилий… Через полчаса он уже решительно звонил в двери Цаплиной. В конце концов, если она в поиске, то лучше его всё равно никого не найдёт.

Про Киру Артур даже не вспомнил. Какая Иванцова, когда тут жизнь налаживается?!

В пять Кира начала названивать Князю на мобильный. Вне зоны. К домашнему никто не подходил.

Что-то случилось! Что-то страшное, непоправимое… В мозгу пронеслись таблички: «больница», «морг», «похищение».

Наспех накинув плащ, девушка побежала в школу. Зубы стучали, сердце, наоборот, билось как-то заторможенно, голову стиснул колючий шипастый обруч. Почему она направилась именно в школу? Наверное, потому, что там были Лёня и Андрей. Только их можно было попросить о помощи. Ведь Артуру наверняка нужна была помощь.

Цаплину с Князем она увидела почти сразу. Они обжимались среди вешалок в гардеробе. Кира, может быть, вообще пронеслась бы мимо, если бы не ярко-алая куртка Артура, такая характерная, такая приметная.

Она не успела ни обрадоваться, ни расстроиться. В груди словно что-то щёлкнуло, и эмоции перестали вырабатываться. Вата, сплошная вата, а в ней хрупкий стеклянный шарик – девочка Кира.

– Ой, Иванцова, извини, – махнул ей рукой Князь. – Забыл предупредить, я на дискотеке с Василисой.

Цаплина презрительно скривила красивые губы и победоносно пришлёпнула Киру взмахом густых ресниц.

Вот так тебе, Иванцова.

– Ага, – равнодушно кивнула Кира, быстро разделась и побежала в зал. И какая теперь разница, обаятельная она или нет, эффектная или нет? Ни-ка-кой. Когда до этого нет дела человеку, которого любишь, то и красота ни к чему.

Наверное, надо было заплакать, может быть, стало бы легче. Но почему-то слёз не было. Лишь лихорадочное желание сделать что-то такое… Нет, не сделать, выяснить, почему так… Нет, не то. А что? Просто смотреть, как им хорошо вместе, и страдать? Вряд ли. Так, может, уйти, пока не поздно?

– О, Кирюха, – обрадовался Лёня. – Какая ты нарядная.

– Да, я такая, – согласилась Кира. Внутри по-прежнему было пусто-пусто. Как в старой скорлупке, орех которой давно истлел и осыпался пылью.

– А Князев где? – не унимался болтливый Лёнчик.

– В Караганде, – терпеливо просветила его Кира.

Она тоскливо обвела взглядом зал. Всё как всегда. Счастливые пары танцуют, стесняющиеся парни робко жмутся к стенам и нервно ржут, исполненные надежд одинокие девушки старательно делают вид, что им плевать, пригласит их кто-нибудь или нет.

На вошедших в зал Князева и Цаплину смотрели все. Парни завидовали, что у него такая шикарная девушка, девчонки вздыхали, что этот красавец достался не им.

– Лёнь, – Кира дёрнула Мазаева за рукав. – Хочешь потанцевать?

– С кем? – испугался Лёня. – С Василисой? Нет уж, не надо меня на амбразуру…

– Боже, – простонала Кира. – Что у тебя в башке? Со мной потанцевать хочешь? Вот просто взять, пригласить меня на медленный и станцевать? Хочешь?

– Вообще, нет, – подумав, осторожно признался Мазай. – Я танцевать не люблю, если только быстрые, и то без фанатизма. Но если надо, чисто по-дружески…

– Я хочу с тобой потанцевать, – влез Донецкий. – И танцевать я люблю, но не умею. И вообще, раз уж у вас тут такие порядки, могу быть твоим парнем. А то у тебя такой вид, словно тебе ворота дёгтем намазали.

Они её жалели! Кира просто на сто процентов была уверена, что оба этих дурачка её жалели. Романтики, рыцари, просто друзья. Если б они только знали, как больно ранит жалость. Иногда даже больнее, чем предательство.

– Не, парнем – не надо, достаточно танцев. А то глупо стоять, раз пришли на дискотеку, – пробормотала Кира.

– Как скажешь, – не стал настаивать Донецкий. – Слушай, ты что, плакать собираешься?

– Не заплачу, не бойся, – мрачно утешила кавалера Кира.

– Да я не боюсь. Знаешь, не моё дело, конечно, но я всё же скажу. Если парень доводит тебя до слёз, он тебя не стоит. Дорогому человеку никогда не сделают больно.

– Угу, это точно не твоё дело, – засопела Кира. – Пляши молча.

Танцевал он действительно не очень. Да и Кира была та ещё балерина, так что оба друг друга стоили. Андрей исправно тёрся рядом, видимо, всё же решив соответствовать роли её парня. Наверное, это было к лучшему, так как Цаплина бросала в их сторону испепеляющие взгляды.

Ну, хоть так…

Кира, поймав её очередной убийственный взор, взяла Донецкого под руку и, сладко улыбаясь, шепнула ему на ухо:

– А целуешься ты так же ужасно, как танцуешь?

Это выдало её подсознание. Просто требовалось срочно изобразить воркование для медленно закипавшей Цаплиной, а больше ничего путного в голову не пришло.

Донецкий очумело уточнил:

– Ты проверить хочешь или вопрос чисто теоретического толка?

– Вообще забудь, – отпрянула Кира. Василиса уже отвернулась, повиснув на своём Князе, поэтому дальше можно было представление не продолжать.

– Нет, почему же, – оживился Донецкий.

– Потому, – огрызнулась Кира, наблюдая, как обнявшиеся Князев и Цаплина стремительно удаляются из зала.

Отчего-то показалось, что непременно надо побежать следом и узнать, что будет дальше.

Вот правильно говорили мудрые – меньше знаешь, крепче спишь. Но когда в душе булькает коктейль из оскорблённого самолюбия и женского любопытства, любая мудрость отходит на второй план.

Бросив недоумевающего Андрея, она ломанулась следом за парочкой.