Чтение онлайн

Вот только какую? И не обернется ли все это боком для него, пред-водителя проповедников, столь страстно желающего стать следующим пресвитером?

– О, это всего лишь случайная задержка. Не суди их строго, – улыбка на миг скривила тонкие губы священника, в то время как в глазах отражалось только презрение: он великолепно понимал, чего хотел Влад, но в этой игре, он усмехнулся, все фигуры разыграны уже давно. – Они не привыкли сражаться с кол-дунами в их землях. Да и, собственно, не важно все это: главное, что мы остановили тех, кто решился бросить нам вызов, взяв в руки оружие. С этими же…отшельниками мы рано или поздно разберемся. В конце концов, всегда можно повернуть против них гнев Потерянных душ.

– Нельзя пускать все на самотек. Сол, меня очень беспокоит эта колдовская деревня.

И вовсе не из-за глупых сказок о драко-нах. Их упрямство в своем стремлении сохранить все так, как было раньше, хоть и безнадежно наивно, но заслуживает уважения… Наверно, Создатель хотел бы, чтобы мы были столь же верны ему, как эти колдуны – своим богам, несмотря ни на что… Они опасны, очень опасны, ибо, словно остров в бушующей стихии, притягивают к себе всех, кто страшится перемен, недоволен ими или не видит себе места в мире, который мы собираемся построить… – он словно подог-ревал свою ярость, полнил чашу ненависти. – Я сам поеду туда и возьму эту черную деревню! – Влад резко вскочил со своего места.

– Успокойся, – поморщился секретарь, но в его глазах, за внеш-ним недовольством, скрывались огоньки радости, словно все проис-ходило именно так, как он задумал.

– Конечно, ты сотрешь с лица земли тот островок зла. Это не сложно, когда дети мрака вряд ли ока-жут вам сопротивление, придерживаясь прежних представлений о бла-ге и зле. Было бы в чем сомневаться! Но стоит ли тебе ради этого покидать столицу, когда ты сможешь добиться того же, руководя войсками отсюда?

– Спасибо за поддержку, Сол. Мне приятно осознавать, что ты столь глубоко веришь в мои способности, – его голос потерял все от-тенки чувств, стал серым и холодным, и лишь в словах слышалась ничем не скрываемая издевка. Влад слишком хорошо знал, что единственная помощь, которую он может ожидать от секретаря конк-лава – это подержать веревку, когда проповедник будет совать го-лову в петлю, собираясь повеситься. – Мой же дух не настолько си-лен, чтобы я мог всецело положиться на других, – продолжал он. – А посему я не могу доверить выполнение работы, за которую несу от-ветственность перед богом и людьми, ни воинам, в своей слепоте порою забывающим о Создателе, ни чересчур ревностным и ра-болепным провинциальным священникам, все мысли и чувства которых подчинены желанию выслужиться. Я сегодня же отправляюсь в путь.

– Как знаешь… До встречи. И успехов тебе, – повернувшись, сек-ретарь ушел. Он не только ни взглядом, ни словом не показал своего отношения к решению предводителя проповедников, но даже не стал утруждать себя пояснением, зачем он приходил.

Влад проводил его взглядом, поморщился, словно у него разбо-лелся зуб, и склонился над картами, раздумывая, как мак-симально сократить путь и, в то же время, извлечь из дороги всю возможную выгоду.

Но внезапный визит Сола, заявившегося во Дворец проповедни-ков непосредственно перед прибытием командующего армией (и как только узнал, старый лис? неужели и здесь у него есть свои шпио-ны?) оставил слишком много вопросов, которые не позволяли Владу сосредоточиться на грядущем дне.

В гневе отбросив сломавшийся грифель, он впился взглядом в замерших у дверей стражей. Его ноздри раздулись, как у хищного зверя, вынюхивавшего свою добычу…

"Кто же доносит обо всем секретарю? Стражи? Чушь. Они немы и глухи. И если не от природы, то волей Святой церкви… Но кто тогда?" – он нахмурился.

В той игре, которую Влад вел на протяжении последних пяти лет, шпион, вернее, сведения, им добытые, могли дать противнику огромные преиму-щества, открыв до срока замыслы и позволив переиграть в решающую минуту. А посему шпиона, раз уж он появился, а в последнем Влад не сомневался, следовало не просто поскорее выявить, но и не упустить, взять живым, чтобы его можно было напоследок расспро-сить обо всем.

"Да, – проповедник вздохнул. Ему вдруг стало жаль, что былые времена остаются позади. – Насколько же было проще бо-роться с колдунами и как трудно противостоять своим братьям по вере! Скоро с детьми черных богов будет покончено, и я с содроганием жду часа, когда мы в полную силу возьмемся друг за друга".

"Трудно быть в постоянном напряжении, следить за каж-дым сказанным словом, за каждым жестом, отмерять каждый поступок по сотне раз, подозревать всех и вся…" – а затем проповедник вдруг усмехнулся своим мыслям. В конце концов, нужно было признать, что все это ему не просто нравилось – доставляло удовольствие. Это был азарт охотника, видевшего свою добычи, ощущавшего запах ее крови… К тому же, он превосходно знал, к чему стремился. И ради этой с каждым годом все более и более достижимой и близкой цели он был готов на все.

Его размышления прервал робкий скрип приоткрывавшейся двери. В залу, словно тень, скользнул человек, с головой укутанный в плащ проповедника. Улыбка тронула губы Влада. Он поднялся навстре-чу одному из своих самых ценных шпионов, махнул рукой, приветс-твуя и приказывая двигаться следом, в кабинет, где они могли ос-таться наедине и спокойно поговорить.

– Какие новости, Стантин? – собственноручно закрыв двери, спро-сил хозяин, с интересом глядя на гостя, который, убедившись, что они одни, снял тяжелый плащ проповедника, под которым оказалась зеленая хламида.

Монах беспечно развалился в кресле. Он занимал довольно вы-сокое положение в своей среде, а потому мог себе позволить не ис-пытывать робости и не демонстрировать смиренного почтения. И, все же, он шпионил для предводителя проповедников и был верен ему, насколько это можно было ожидать от человека, способного, ради собс-твенной выгоды, продать родного отца.

– Тебе известно, что пресвитер болен и, подозреваю я, смер-тельно? – сощурив глаза, спросил он.

– Вот даже как, – проповедник насторожился. – И когда…?

– Ты меня не так понял, – усмехнулся Стантин. – Я имел в виду только то, что сказал, а не то, что ты подумал.

– Значит, он болен не потому, что кто-то хочет приблизить его конец?

– Нет. Если, конечно, под этим "кто-то" ты не имеешь в виду самого пресвитера.

– Самоубийство? Он что, сошел с ума?

– Сдается мне, что более точного диагноза не поставил бы са-мый лучший врачеватель.

– Нет более страшного греха…

– Это так. Но ведь его могут и помочь. И вообще, чем дальше, тем больше мне кажется, что это безумие – нечто весьма заразное. Думаю, ты делаешь очень правильно, отправляясь… Куда ты там едешь.

– Уже знаешь? – вскользь бросил проповедник, на что монах лишь благодушно улыбнулся:

– Так затем я и веду эту игру, чтобы все знать.

– Не боишься, что знание навлечет беду на твою голову? – хмуро спросил Влад.

– Это еще как кости лягут, – хмыкнул тот. – Дураку, конечно, луч-ше так в неведении и умереть, а вот умному… – он развел руками, словно показывая, что для умного и знающего открыты все пути, а жизнь и смерть – что ж, на то воля божья, не человеческая. – Глав-ное, во всем знать меру и осторожность.

– Странно, что я узнаю обо всем этом от тебя. Я должен был бы заметить…

– Ты мне перестал доверять? Не удивительно, принимая во внимание время, в котором мире мы живем, – с губ монаха сорвался смешок. – Сейчас можно быть уверенным лишь в том, кто твой враг. Друзей же меняют как сношенные башмаки.

– И когда же ты предашь меня? – Влад сверлил собеседника взгля-дом, но лицо монаха оставалось абсолютно спокойным, более того, казалось, что подозрения забавляют шпиона.

– Брось, мы же не друзья. Несмотря на всю развязность моего поведения, я прекрасно знаю, кто хозяин, а кто слуга. Я сделал ставку на тебя и меня этот выбор устраивает.