Чтение онлайн

Михаил Щербаков - Я фланирую над миром

(238). "... В этой книге тебе многое или почти все покажется непонятным, странным или даже чужим. Это нормально. Страшно не то, что ты ничего не поймешь сейчас - скорее всего, все так и будет - гораздо страшнее, если бы ты все прямо сейчас и понял... Просто не выбрасывай ее навсегда. Эта книга не обещает никаких великих разгадок великих тайн, хотя в ней есть и тайны и разгадки, равно как не обещает утешения и покоя - хотя в ней есть целые моря утешения и Океан покоя. Просто когда - нибудь придет время, когда открыв ее просто так, ты увидишь вдруг между ее строк давно знакомые зеленые острова с городами и услышишь в переменчивом речетативе ее текста пение птиц на восходе Истории и многоголосый говор человеческой речи на Ее закате. Рассеянные блики смысла обретут очертания - это будут одновременно уже преодоленные тобой границы твоей несвободы и приоткрывшая тебе свою тайну безграничность твоей судьбы..."

Михаил Щербаков - Издалека вернувшись (Избранное 1)

(239). Если не смотреть на номиналы железных дисков, висящих на концах штанги, то можно поднять и удержать гораздо больший вес, чем если знать номиналы и мысленно соотносить их со своими или чужими рекордами. Представление о пределах возможностей, которое живет в мозге, сильно опережает реальные пределы, а может быть даже по какому - то таинственному механизму и предопределяет их. Никто не знает, какие пропасти и бездны он преодолел сегодня, просто гуляя по городу, или делая свою работу, или делая обычные покупки в магазине, или решив проехать на трамвае, а не на маршрутке и т.д. И даже когда жизнь обретает тяжесть, которая давит и пригибает к земле, мы все равно не имеем никакой объективной меры ее величины и это, а часто - только это, помогает держать ее вес без жалоб и сомнений. Это тот случай, когда знание могло бы убить своим первым же озарением, а незнание сохраняет, и его неопределенность парадоксальным образом дает и надежду, и новые силы...

Михаил Щербаков - Дорога

(240). Оглядываясь назад и анализируя те свои попытки в чем бы то ни было, которые потерпели неудачу, я могу указать задним числом исчерпывающий список достоверных причин неудачи. Напротив, я не могу указать ни одной достоверной причины для удачных попыток в чем бы то ни было, - даже задним числом. Таким образом, неудачи тяготеют к логике и анализу, а удачи - просто есть, а логика и анализ похоже тут не причем. Чему же учат современные позитивные методики успеха? Может быть тому, как по - научному попадать во всякие неприятные ситуации - попал, проанализировал и вроде не так обидно А можно ли научить успеху и удаче? Во всяком случае мои органы обоняния улавливают подозрительный душок в любой научно - обоснованной концепции счастья и методике удачи

Михаил Щербаков - Ой, не троньте, отойдите

(241). Борхес + Декарт. У Борхеса есть замечательная короткая новелла "Argumentum Ornitologium" (Орнитологический довод), которая представляет собой еще одно доказательство бытия Бога. Вот весь ее текст: %%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%

Я закрываю глаза и вижу птиц, вижу их меньше секунды. Я никогда не могу сосчитать их. Определенное ли число птиц вижу я, закрыв глаза? Да, если есть Бог, ибо Он его знает точно. И нет, - если Бога нет. Кто же может определить число, не считая? Пусть так. Я вижу птиц. Скажем меньше десятка. Несомненно больше одной. Если число не определено - то это не девять, не восемь, не семь, не шесть и не пять. А также не два, не три, не четыре. Но я вижу птиц. Числом меньше десятка, точно больше одной. Их сколько - то есть! Ergo, Бог существует. %%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%

Математически суть этого доказательства сводится к использованию т.н. аксиомы выбора - краеугольного постулата, лежащего в основаниях теории множеств и вызвавшего много споров. Доказательство Борхеса можно существенно сократить, если использовать формулу Декарта (Cogito ergo sum - Мыслю, следовательно существую), модифицированную надлежащим образом: Eligo ergo Deus est - Выбираю, следовательно Бог существует!

Александр Дольский - Самолет мой

(242). Как то раз, будучи еще студентом, я ради интереса на одной вечеринке попробовал пройтись в женской туфле на высокой шпильке и чуть не вывихнул ногу несколько раз. Хождение на шпильках требует особого искусства и специальной походки, при которой, как того требуют законы физики, проекция центра тяжести не выходит за весьма небольшую для туфель - шпилек площадь опоры. Если учесть, что центр тяжести у женщины находится несколько ниже чем у мужчины, то женщины имеют несколько больший запас устойчивости по природе вещей, но все равно - искусство остается искусством! - А искусство требует жертв. Я смог насчитать три причины, по которым женщины готовы на такие жертвы: 1) Причины геометрические: шпильки добавляют роста; 2) Причины эстетические: высокие шпильки делают рельефнее изящный изгиб стопы; 3) Причины акустические: "Внимание! - Я иду!"

Михаил Щербаков - Волхонка

(243). Уровень благосостояния любой общеобразовательной школы можно легко оценить по ее отношению к начальным классам и выпускным классам, причем отношение к выпускным будет определяющим. Состояние общества в любом государстве можно легко оценить по его отношению к новорожденным и старикам. Жизнь - школа, поэтому, как это ни парадоксально, отношение к старикам снова будет определяющим...

Александр Дольский - Старики

(244). Практической эссенцией всех духовных истин является благодарность. Благодарный не может быть завистливым, злым, жестоким или жадным. Напротив, неблагодарность питается этими и еще многими другими пороками. Способный благодарить может принимать дары разной формы и размеров от других людей, следовательно он не имеет преград к этому в виде гордости и тщеславия. По закону взаимности умеющий принимать дары умеет и делать их другим. Благодарность имеет память и создает потенциал притяжения в обществе. Напротив, неблагодарность обрывает цепочку связей при всяком своем проявлении и создает потенциал отталкивания и отчуждения. Трудно сказать, является ли благодарность началом изменений в человеке и обществе или их завершением, но если люди не умеют благодарить друг друга - они живут в темном и холодном подземелье...

Александр Дольский - О, жизнь моя, как ты мгновенна...

(245). В мою бытность школьником в Магадане главной культурной ценностью каждого дня была возможность гулять на дворе и в его окрестностях. При этом формы гуляния ранжировались по степени важности и интереса примерно следующим образом: 1. Поход на городскую свалку. Это было событие N1, которое предпринималось нечасто - приблизительно раз в месяц. Поход туда делался на "пешкарусе" около двух часов в одну сторону, поэтому выход планировался с утра в одно из воскресений. Сколько там было чудесных и интереснейших вещей: мы бродили на этом Клондайке цивилизации часами, выискивая свои сокровища, и находили их! 2. Лазание по вентиляционным ходам в кулинарном техникуме, который стоял по соседству с моим двором. Мы знали там все ходы и выходы и чувствовали себя как боги, хотя обитатели техникума не раз пытались поймать нас и даже пару раз вызывали милицию, но потом махнули рукой. 3. Прыжки по гаражам. Гаражи делились на легкие, средние и трудные. Я был адептом средних. Однажды зимой подскользнулся на заснеженной металлической крыше и даже вывихнул ногу. Это был наш самодеятельный вариант современного паркура 4. Водные приключения. За моим двором почти всегда стояла большая и довольно глубокая лужа, по которой можно было плавать на плотах - деревянных, пенопластовых, пластмассовых. Заодно мерялись высотой резиновых сапогов - у кого выше, тот круче 5. Пошухарить. Сюда входили разные варианты: поорать в вентиляционные решетки того же техникума, попроситься зимой погреться у вахтерши кулинарной общаги по соседству, а потом по команде залпом обстрелять ее снежками, обстрелять сырыми яйцами проходившую классную руководительницу за неуды из окна 5 этажа друга, поставить большой ящик от телевизора где - нибудь в темной подворотне, залезть в него втроем и внезапно выскочить, когда мимо проходит прохожий, привязать за нитку набитый птичьими какашками кошелек и угорать из - за кустов, перебросить через лужу доску и просить 10 копеек за вход и выход у прохожих (часто давали!), пробраться на какой - нибудь охраняемый объект мимо охранников незамеченными и стащить что - нибудь просто так, для поднятия престижа и т.д. 6. Костер с баллончиками. Просто так жечь костер было как - то не принято, а вот повзрывать в нем баллончики с дихлофосом, лаком для волос, стеклоочистителем и т.д. - это было одно из любимых занятий! Если обеспечить правильный наклон и правильно оценить массу, то полетом взорвавшегося баллончика можно было даже управлять: однажды мы таким образом разбили окно одному пацану, который чем - то нас не устраивал. 7. Разумеется дворовые игры: "Казаки - разбойники", войнушка на стройке, футбол - хоккей (без коньков). 8. Зимой походы на лыжах и на городской каток. На лыжах лично я любил не бегать (хотя бегал неплохо), а кататься с гор. Я забирался в заснеженные карьеры и гонял оттуда, иногда отрываясь от поверхности (чем не слалом?). На катке любимым занятием было сбивание с ног девчонок, или даже еще интереснее - их более взрослых чем мы парней, которые плохо катались. 9. Эксклюзивным врямяпровождением были поездки на море на дачу к моему другу по субботам - воскресеньям. Это - особая статья, там было все: маленькая дача с гаражом на берегу, овчарка, швертбот с парусом, моторка, рыбалка, ягоды - грибы, дикая малина, самостоятельность и... романтика! 10. Посиделки в подъезде. Они делались зимними вечерами. Лист фанеры в подъезде под лестницей в темноте отгораживал небольшой закуток, куда могло набиваться 2 - 7 человек. Покупалась четвертинка или половинка хлеба, все усаживались, жевали хлеб и рассказывали страшные истории про "ковер с синими галочками" или травили анекдоты, из которых большая часть была с нецензурной лексикой. Когда кто - то заходил, мы замолкали как мыши и нас даже не замечали. Были молодежные клубы и секции, но в моем кругу и у меня самого они не пользовались популярностью или любовью: вольная жизнь и приключения были предпочтительнее Хотя в 6 - ом классе я все же стал регулярно посещать секцию классической борьбы... Сейчас большая часть наших пунктов немыслима или даже невозможна в той форме, которая была у нас. Мы знали меньше, чем современные сверстники, наверное в каких - то отдельных организованных видах досуга и умели меньше (паркур и скейтбоардинг - мы даже не знали про такое!), но в целом, если один на один с улицей и природой - мне кажется мы дали бы фору современникам

Александр Дольский - Баллада о мороженом

(246). Из всех необъяснимых чудес на свете есть одно, которое является в то же время некоторой необъяснимой нормой жизни - это наша любовь! Чудо любви заключается и в том, что начинаясь на малом и конечном она способна подниматься выше всяких пределов и выводить за пределы чувств, мыслей и интуиции. Данте Алигьери любил Беатриче, а когда потерял ее на земле, то его любовь вернула его к ней, проведя через круги Ада и Рая. Любовь - инвариант жизни и смерти, достижимое совершенство, вечная путеводная мелодия и наш шанс...

Ария - Возьми моё сердце

(247). Магия отличается от науки тем, что магическое действо не предполагает понимания того, что происходит - оно ориентировано на результат: если сделать так, то получишь то - то и то - то. В сущности, большинство манипуляций с современной техникой даже у опытных пользователей часто напоминает именно упражнения по магии В мире, к примеру, не существует ни одного человека, который бы понимал в деталях работу всех частей ноутбука, с которого я сейчас набираю этот текст. Возможно с электродвигателем ситуация проще, но большинство пользователей лифтом или феном нажимают кнопки и занимаются магией. Ситуацию с электродвигателем и даже ноутбуком можно в известном смысле "исправить" - достаточно собрать высококвалифицированный коллектив программистов, инженеров, физиков и математиков. При этом, однако, понимание получится все равно лишь до определенного предела - такова природа научного знания. Но если даже в техносфере - малой часть реальности - находится место бытовой магии, то сколько же магии содержится в полной реальности? Всегда ли мы понимаем, как у нас получилось что - то? И главное - всегда ли хотим понять это? И - еще главнее! - всегда ли можем понять? И что для нас важнее - понимание или результат? Кажется, что ответ на последний вопрос разделяет современную цивилизацию на два плохо уживающихся лагеря, у каждого из которых свое прошлое, свое будущее и свои острые камни, о которые легко разбиться, летя на полной скорости...

Михаил Щербаков - Треска

(248). Нет плохих и хороших песен, - есть разные вкусы! Но если общее свойство "плохих" песен все же существует, возможно оно связано с некоторой печатью принуждения, которую оставил творческий процесс авторов. "Хорошие песни" - свободные существа. Они рождаются, оформляются и появляются на свет может быть и не легко, но свободно. Их автор ничего не хотел выразить специально, он никого не хотел ничему научить - он пишет о том, что слышит без искусственных пафоса, надрыва и усилий. При этом строчки текста обладают зарядом здорового смысла независимо от темы, а музыка дает ему его естественную и непринужденную окраску. Песня почти с первых тактов сразу ложится на слух - она может быть интересной, даже если не близка по любимому стилю или жанру. "Плохая" песня - это инвалид творческого труда автора: ведь он (автор) очень хотел написать классную песню, чтобы все ее слушали и пели. Или хотел сказать новое слово в песенном искусстве, или хотел открыть людям последнюю истину, которую вдруг понял вчера, когда гулял со своей девушкой. Поэтому он старался изо всех сил: где надо - добавил, в другом месте - отрезал, текст отредактировал, чтоб необычные символы были, но и не слишком далеко от земли, саундов разбавил пожестче, чтобы сначала било по нервам, а потом - чтоб покой был и т.д. В результате - пернатое длинношеее с кошачим хвостом и крокодильими глазами Музыка по своей природе свободнее текста, поэтому чаще встречаются песни с "плохими" текстами и сносной или даже красивой музыкой, чем наоборот. Но, конечно, и музыку можно упороть по самое не балуйся ... Если человек иногда ощущает себя в тюрьме, он слушает или сам поет песни, в которых надеется ощутить хоть слабый ветерок свободы. Разочарование возникает тогда, когда вместо свободы он получает новую тюрьму из слов, звуков или смысла...