Книга Атлантиды
Шрифт:
Ирландские монахи присутствовали при вулканических процессах и землетрясениях, сопровождавших процесс гибели остатков Атлантиды, о чем свидетельствует несколько рассказов, вкрапленных в ткань «Жития». Прежде всего, это случай с Ясконтием, гигантским морским чудищем, на спине которого якобы неоднократно останавливались путешественники, принимая его за остров. В первый раз эта остановка едва не закончилась трагедией:
«Когда они прибыли к другому острову, корабль стал прежде, чем они смогли достичь гавани. Святой Брендан повелел братьям сойти с корабля в море, что они и сделали. Они тянули корабль с двух сторон при помощи веревок до тех пор, пока судно не вошло в гавань. Был остров этот весьма каменист, и на нем не росла трава. Лес рос там редко, и на берегу острова совсем не было песка. [116] Братья провели ночь снаружи в молитвах и бдении, человек же Божий сидел внутри корабля. Ведь он знал, что это за остров, но не хотел говорить братьям, дабы они не испугались.
Когда наступило утро… начали братья вытаскивать из корабля наружу сырое мясо, чтобы засолить его впрок, а также рыбу, которую они привезли с собой с другого острова. Сделав это, они поставили котелок на огонь. Когда дрова занялись огнем и котелок стал нагреваться, принялся остров двигаться, словно волны… Оставив все, что принесли на остров, они отплыли. Вслед за тем остров исчез в океане».
116
Отсутствие песка означает, что береговая линия была недавней, так как для возникновения песчаных отмелей или пляжей необходимо немалое время. Мелководье у берега также свидетельствует о предшествовавшем погружении острова.
Брендан рассказал спутникам, что они находились на спине Ясконтия, самого большого из всех существ в океане, которое «постоянно пытается соединить свой нос с хвостом, но не может из-за своей длины».
Позже путешественники увидели
«…остров, весь покрытый камнями и металлическим шлаком, неприветливый, лишенный трав и деревьев, на котором повсюду стояли кузницы… Когда же они с поспешностью проследовали мимо, до них донеслись звук кузнечного меха, подобный брошенному камню, а также удары, подобные грому молотов по железу и наковальне».
Метафора, при помощи которой древнейший рассказчик пытался изобразить гул и гром, предшествующие извержению вулкана, в тексте составителя «Жития» превратилась в кузницы. Обитатели кузницы (косматые, пылкие и мрачные) пытались забросать корабль святых пилигримов «кусками пламенеющей докрасна железной руды» — что может быть описанием вулканического взрыва, во время которого из жерла горы разлетаются мириады «бомб», являющихся остатками породы, препятствовавшей лаве и газам вырваться наружу. О наличии газов, сопровождающих извержение, свидетельствует упоминание автором «Жития» сильного зловония от обитателей острова кузнецов, которое ощутили странники.
Уже на следующий день корабль Брендана оказался близ горы, словно окутанной туманом, поскольку ее вершина сильно дымила. Это вход в ад, по склонам которого снуют демоны, сжигая вечным огнем грешников (не образ ли это лавы, истекающей из жерла вулкана?).
«Затем попутный ветер понес их на юг. Когда издалека они обернулись назад, чтобы посмотреть на остров, то увидели, что рассеялся дым вокруг горы, которая извергала пламя до самого неба и снова вдыхала его обратно, так что вся гора до самого моря превратилась в один костер».
Однако самым фантастическим выглядит рассказ об огромной колонне, соединявшей небеса и землю. Можно только воображать, что на самом деле довелось увидеть ирландскому страннику:
«Однажды днем, когда они справляли мессу, появилась перед ними колонна посреди моря, и казалось, что она находится недалеко, но они смогли доплыть до нее не раньше чем через три дня. Когда же человек Божий <то есть Брендан> приблизился к ней, то, пытаясь рассмотреть ее вершину, он не смог сделать этого из-за величины колонны. Ибо она была выше, чем небо. Она была покрыта крупной сетью. Настолько крупной, что корабль мог пройти через ее ячейку. Не знали они, что за создание выткало эту сеть. Была она цвета серебра, однако на прочность казалась тверже мрамора. Колонна же была из чистейшего кристалла…»
После семи лет странствий Брендан наконец достиг Обетованного острова и наслаждался его плодами вместе со своими спутниками в течение сорока дней. Над этой землей не заходило солнце, а полноводная река не давала переправиться на другой берег и узнать, где лежит предел земного рая.
Река текла с востока на запад! Человек, знающий географию хотя бы в размерах школьного курса, согласится, что в Атлантическом океане остров с такой рекой найти невозможно. Не относится этот рассказ и к Америке, где полноводные реки, выходящие к побережью, текут либо с запада на восток (Гудзон, река Святого Лаврентия), либо на юг (Миссисипи). Конечно, мы можем заняться символическими истолкованиями, например предполагая, что перед нами — вариация на тему Стикса, [117] несущего души живых существ с востока (европейский мир) на запад (в преисподнюю). Но такие метафоры могут превратить всю историю — и эпическую, и реальную — в аллегорическое описание верований человека в загробное существование.
117
Или какой-либо из библейских рек.
Обетованный остров не удастся найти на современных картах. Однако такого рода река вполне могла существовать на землях, оставшихся от Атлантиды. Рассказ Платона о глубоких каналах, которыми была охвачена центральная равнина этого огромного острова, может свидетельствовать о реках, текших там. Примером того, как античный человек путал создания рук человеческих с творениями природы, служит Нижняя Месопотамия. Уже шумеры считали некоторые из древних каналов, прокопанных их предками, руслами Тигра и Евфрата, а настоящие речные русла полагали каналами.
Тот, кто рассказывал Платону об Атлантиде, мог ошибаться — не преднамеренно, а по той лишь причине, что ко времени пребывания автора «Тимея» и «Крития» в Египте легендарные реки острова Посейдона также стали считать созданиями его жителей — носителей божественной крови.
Плавания Брендана — лишь один из примеров путешествий, совершенных жителями Ирландии в историческое время. У нас сохранились свидетельства о странствиях Брана, О'Хорра, Майль-Дуйна, каждый из которых сообщал о множестве земель, лежащих на западе и северо-западе от их родины. Многие сюжеты перекликаются друг с другом, причем Майль-Дуйн, как и Брендан, проплывал мимо острова с огромной кузницей и великаном-кузнецом (схожий отголосок вулканической активности). К тому же Майль-Дуйн был вблизи не менее странной земли — окруженной вращающейся огненной стеной.
Интересно, что и Майль-Дуйн, и далекий его предшественник, путешественник языческой эпохи Бран, встречали на самых необычных островах людей, с которыми могли изъясняться на одном языке и которые, за некоторыми исключениями (например, люди, чернеющие от горести на
«острове Плакальщиков» из путешествия Майль-Дуйна), вполне походили на их современников — ирландцев или уж по крайней мере европейцев.
Все это можно было бы принять за обычный ход новеллиста, который ради облегчения сюжета не утруждал себя изобретениями средств общения с аборигенами, говорящими на собственном языке, если бы не несколько любопытных сообщений в средневековых рукописях.
Страна белых людей
Эту страну норманны называли Хвитраманналанд, что означает «Страна белых людей». Другое обозначение, которое ей дали, еще более интересно: «Большая Ирландия». Упоминается Страна белых людей в сочинении исландского историка Снорри Стурлусона «Книги земледельцев» (жил в XIII столетии) и в саге об Эйрике Красном, созданной примерно в то же время. Привожу оба фрагмента:
«Морское течение отнесло Ари в Страну белых людей, которую многие именуют Большой Ирландией. Эта земля находится в море на западе близ славной Виноградной Земли (Винланда). Говорят, что она лежит в шести днях плавания к западу от Ирландии. Из этой страны Ари не смог вернуться и был там крещен. Впервые об этом рассказал лимерикский мореплаватель Храфн, долгое время живший в Лимерике, в Ирландии…»
«Плывя из Винланда при южном ветре, они попали в Маркланд. Там они встретили пять скрелингов [в данном случае — эскимосов]: одного бородатого мужчину, двух женщин и двух детей. Люди Карлсефни схватили мальчиков, остальные же скрелинги убежали и скрылись под землей. Мореплаватели увезли с собой обоих мальчиков, обучили своему языку и окрестили их. Мальчики называли свою мать „фетхильди“, а своего отца — „уфеги“. Они говорили, что в стране скрелингов правили короли: одного зовут Афальдамон, другого — Афальдида. Мальчики рассказывали, что там нет домов, а люди живут в пещерах или норах.
Они говорили, что против страны скрелингов лежит другая земля. Там жили люди, которые ходили в белых одеждах, громко кричали и носили шесты с привязанными к ним флагами. Полагали, что это была Страна белых людей, или Большая Ирландия».