Чтение онлайн

– Нет! Ты не должна была спастись. Нет, если только ты не одна из… – Зекиэль остановился, его глаза были широко раскрыты и полны страха. – Этого не может быть. Самкиэль должен знать.

Я сделала шаг вперед, а он – два назад.

– Я не могу позволить тебе уйти.

– Ты действительно ничего не знаешь, да? О твоей силе, твоих способностях?

Я остановилась и покачала головой. Его грудь и запястье все еще истекали кровью – и эти раны нанес Каден. Единственное, что могло убить Небожителей, кроме божественного оружия, – мы. Мы были смертельными врагами во всех смыслах этого слова, и, глядя на него сейчас, я понимала, почему. Свет, который так ярко сиял в библиотеке, тускнел с каждой секундой. Он выглядел смертным. Он выглядел так, словно готовился умереть, но я не могла этого допустить. Не раньше, чем мы получим от него необходимую информацию.

– Ты истекаешь кровью, и как только я затащу тебя обратно вниз, Алистер разорвет тебя изнутри за то, что ты сделал. Нет спасения, нет выхода. Нет надежды.

Последние слова выскользнули шепотом, выдавая мой собственный страх.

Он потянулся, схватил одну из своих сережек и сорвал ее с уха. Она засветилась в его руке, прежде чем превратиться в серебряный нож.

Я в отчаянии вскинула руки в воздух.

– Ты серьезно? Сколько у тебя таких штук?

Он не ответил, повернул лезвие к себе и направил его прямо в сердце. Инстинкт взял верх, и я схватила меч до того, как он пронзил им свою грудь. Я держала его руку в своей, и наши глаза встретились – выражение его лица было потрясенным и печальным. Он знал, что спасения нет, и это единственный выход. Я не могла ему не сочувствовать. В тот страшный день у Габби было такое же выражение глаз. Это был взгляд того, кто потерял всякую надежду, отказался от борьбы и смирился со своей судьбой.

– Он не должен заполучить эту Книгу, – сказал Зекиэль едва слышным шепотом. – Ты даже не представляешь, кем был Азраил. Если он сотворил Книгу и спрятал ее, то она точно не предназначена для таких, как вы.

Я попыталась отодвинуть нож подальше от его груди, но даже в его одной руке было достаточно силы.

– И самоубийство это остановит? Ты знаешь, где она находится?

Он покачал головой.

– Нет, но у моей смерти есть смысл. Она вернет Самкиэля.

Мое сердце громко забилось.

– Ты имеешь в виду того Самкиэля?

Он был настоящим? Черт возьми. Зекиэль не ответил, поэтому я снова его встряхнула.

– Разве он не Губитель мира?

Колено Зекиэля взметнулось вверх, коснувшись моего живота. Я согнулась пополам, и он вырвался из моей хватки. Его кулак врезался в мою щеку достаточно сильно, чтобы я отлетела в сторону. Я приземлилась на задницу и повернула голову к нему.

– Атос, Дихсин, Криэлла, Нисмера, Фартар, Ксеор, Унир, Самкиэль, впустите меня в Астераот! – воскликнул Зекиэль.

Астераот? Нет! Это небесное измерение, далеко за пределами времени и пространства. Твою мать!

Он взглянул на меня в последний раз, и я увидела в его глазах слезы. Он запрокинул голову к небу и вонзил кинжал себе в грудь. Через секунду я уже стояла рядом с ним, но было слишком поздно. Мои пальцы едва коснулись серебряной рукояти, прежде чем он повернул лезвие. Его тело напряглось, татуировки на коже загорелись. Свет устремился к центру его груди, а затем взорвался ярким, ослепительно-голубым лучом, устремившись прямо в небо. Я подняла глаза рукой и отвернулась.

Спустя мгновение я оглянулась, ожидая снова увидеть луч, но меня встретила только тьма. Я посмотрела на свою руку и на серебряный клинок, который я все еще сжимала в ладони, – клинок, покрытый кровью человека, которого больше здесь не было.

– Что ты сделала?

Я подняла голову, увидев, что Каден смотрит на меня из разрушенного здания. Он держался за стену дома, его одежда была изорвана после попыток вырваться из серебряной ловушки. То, что я увидела в его глазах, заставило меня сомневаться во всем, что я знала раньше, и наполнило меня ужасом. Впервые за много веков я увидела в его глазах страх.

Останки Раширима за два дня до возвращения

Это происходило почти каждую ночь. Каждую ночь мое тело погружалось в сон вопреки моей воле. Каждую ночь сны атаковали мое сознание. Пока я спал, комната сотрясалась от энергии, исходящей от моего тела. Резная деревянная мебель гнулась, в конце концов разлетаясь на части, щепки и обломки усеивали и без того разрушенную комнату. Я не мог в полной мере контролировать свою силу, и так продолжалось уже некоторое время. Меня одолевали кошмары о прошлых сражениях, давно начавшихся и давно оконченных. Но сегодня все было по-другому. На этот раз обычный сон, начавшийся с залитого кровью поля битвы, перерос в нечто иное.

Броня покрывала меня с головы до ног. Она была достаточно прочной, чтобы выдерживать мощные удары чудовищ, с которыми мы сражались, и достаточно легкой, чтобы нам было легко передвигаться. Земля под моими ногами затряслась, заставив громадных тварей замешкаться. Это длилось всего мгновение, но именно эта секунда решила их судьбу.

Я взмахнул острым как бритва мечом, отрубив головы двум Иг’Моррутенам, принявшим обличие змей. Они упали на землю, из их тел сочилась зеленоватая кровь, а из ран, нанесенных моим клинком, валил пар. Боги-предатели призвали наших заклятых врагов Иг’Моррутенов на помощь в восстании, и это стоило нам многих жизней.

Поле боя было охвачено пламенем, и это лишало меня возможности отчетливо видеть происходящее. Огонь пожирал все на своем пути, и мое сердце обливалось кровью при виде того, во что превращался наш разрушенный мир. Оглушительный грохот ударил мне в уши, сопровождаемый вибрацией некого большого предмета, приземлившегося прямо позади меня. Я развернулся, подняв меч в ожидании встречи с очередным врагом.

Богиня Криэлла заблокировала мой удар своим палашом [5] .

– Отдыхай, Самкиэль.

Она опустила клинок, вытерев его о свою бежевую броню. Ее длинные каштановые волосы выбились из-под помятого шлема. Криэлла была одной из самых свирепых богинь Раширима.

Я опустил оружие, вокруг нас бушевала битва. Я видел на ее коричневой коже брызги серебряной и голубой крови богов и Небожителей – они напоминали первобытный нательный рисунок. Она была залита нашей собственной кровью.

– Сколько?

Криэлла подняла шлем, открывая часть своего лица. Ее взгляд был прикован ко мне, пронзительные голубые глаза смотрели прямо мне в душу. Она покачала головой.

– Очень много. Иди к отцу. Если он падет, нашему миру придет конец.

Больше она ничего не сказала. Ее кожа засияла серебряным светом, и она ворвалась в самое сердце битвы.

Я подался вперед, поймав себя на мысли, что миры рушатся у меня на глазах. Боги умирали, их тела вспыхивали и сгорали, как миниатюрные звезды. Насколько хватало глаз, полыхал Раширим. Когда-то богатые, плодородные горы и долины превратились в безлюдную пустыню. Здания из чистого золота, наши дома и наш город теперь сожжены, разбиты и разрушены.