Книга Азраила
Шрифт:
– Если ты сосредоточишься, то сможешь их почувствовать. Они сделаны из частиц того же хаоса, что и все в мире.
Крики смертных, испуганных и раненых, стихли. Я навострил все свои чувства, превратившись в живой капкан, и услышал стук каблуков. Дрожь пробежала по всему моему телу, заставив низ живота заныть. Я ненавидел это чувство. Оно напоминало мне об ужасах войны. Я оттолкнул эти воспоминания – она была совсем рядом. Мои глаза распахнулись, и я откинул голову назад, подняв взгляд к потолку.
Найти ее.
Серебряное сияние моих глаз озарило темное, залитое водой помещение. Я сосредоточил свой взгляд на потолке и присел на корточки. Мощным толчком ног я взмыл вверх с невероятной скоростью. Пробив несколько слоев камня и мрамора, я остановился несколькими этажами выше. Передо мной тянулся длинный коридор, а слева и справа располагались большие обугленные арки. Лестница была сломана, ступени уходили в воздух. Эта женщина была живым воплощением хаоса.
Легкими шагами я шел вперед по коридору. Я почувствовал ее раньше, чем услышал, мои инстинкты подсказывали мне идти влево. Подкравшись ближе, я выглянул из-за полуразрушенной стены и увидел, как она выбрасывает из комнаты вещи. Что она делает? Я крепче сжал пылающий меч и двинулся вперед. При каждом шаге мои ботинки издавали слабый скрип, но прятаться не было смысла. Это был единственный вход в комнату.
Что-то тяжелое ударилось о стену, заставив висящие фотографии задрожать. Очередной предмет мебели с оглушительным грохотом влетел в открытый дверной проем и разлетелся на тысячу осколков. Я двигался быстро, опасаясь, что она покинет комнату и продолжит уничтожать все, что видит. Этого я допустить не мог.
Я остановился у входа, под ногами хрустели осколки дерева и стекла. Сорванная с петель дверь отлетела в сторону.
– Кажется, у тебя проблемы.
Она повернулась ко мне и тут же схватилась за большой стол посреди комнаты. Глубокое разочарование исказило ее лицо. Огромные полки вдоль стен была заполнены книгами и другими священными артефактами. Винсент сказал, что здесь они хранят большую часть реликвий, собранных в разных мирах. Я сделал один шаг за порог, затем другой. Она выпрямилась и расправила плечи, но не двинулась с места. Стоит отдать ей должное – большинство существ бежали, как только видели меня с клинком в руке.
Мигающие огни позади меня озаряли комнату слабым светом, но здесь не было ни огня, ни воды. Это означало только одно – что бы она ни искала, она думала, что это находится здесь.
– Что-то ищешь? – спросил я, указывая клинком на груды разбросанных книг, свитков и бумаг.
Она не отрывала свой взгляд от меня и не двигалась.
Интересно.
Ее глаза прищурились.
– Твою мать, а ты крепкий. Я думала, что если уроню тебе на голову три этажа, то смогу выиграть чуть больше времени.
Я сделал еще шаг вперед, и она наконец отступила.
– Времени для чего? Что ты ищешь?
Ее глаза вспыхнули красным – она была недовольна тем, что сдает позиции.
– Мне нравится твой новый наряд и прическа. Итак, огонь обжигает тебя, но не причиняет тебе вреда. Буду иметь в виду.
Эти слова застали меня врасплох. Мои волосы были опалены, но я не мог позволить себе замешкаться. Она проверяла меня так же, как я проверял ее.
– Иг’Моррутены – высокомерная раса, но они не невежественны. Они умны и расчетливы, что делает их серьезной угрозой.
Я хотел продолжить нашу маленькую игру и узнать, что именно она обо мне знает. Может быть, она подскажет мне, кто эти двое мужчин на фотографиях.
– Это правда. Огонь неприятен, но не может меня убить. Ничто не может.
Легкий изгиб ее губ был единственным признаком того, что мои слова произвели на нее какое-то впечатление. Она отошла от стола. Это был небольшой шаг в сторону, но я увидел, как она поставила одну ногу чуть позади другой. Для неопытного взгляда это мало что значило, но я знал, что она готовится к нападению.
– Я слышала об этом. Говорят, тебя нельзя убить, но я не думаю, что это правда. У всех есть своя слабость, даже у тебя. Если бы это было правдой, то где сейчас остальные боги?
На ее лицо вернулась улыбка – та самая, которая заставила меня стиснуть зубы. Она бросалась своими пропитанными ядом словами, словно копьями. Это был способ отвлечь врага – умная тактика. Если ваш противник позволял своим эмоциям взять верх, это давало вам огромное преимущество.
Я бы солгал, если бы сказал, что ее слова не причинили мне боль. Эта тема была для меня открытой кровоточащей раной, которая никогда не заживала. Единственная проблема заключалась в том, что сегодня это только подпитывало мой гнев и решимость. То, что, как она предполагала, ослабит меня, лишь делало меня сильнее.
На ее лице застыла улыбка, и она высокомерно подняла голову, постучала по щеке единственным накрашенным ногтем, а затем указала им прямо на меня.
– Видишь ли, думаю, я смогу тебя убить. Мне просто нужно немного постараться.
Моя рука крепче сжала рукоять клинка.
– Многие думали так же. И сейчас эти многие мертвы.
Продолжая улыбаться, она бросилась на меня. Она оказалась быстрее, чем я ожидал, и в долю секунды она метнула в меня кинжал. Я отклонился, и лезвие просвистело мимо. Она замолчала, ее глаза расширились от разочарования и гнева – она поняла, что я больше не собираюсь стоять на месте. Ее глаза вспыхнули алым светом, и она снова попыталась меня атаковать. Я поднял клинок, и кинжал врезался прямо в мой меч. Не опуская свое оружие, я рассмотрел ее кинжал.
– Неприкаянный клинок, – прошипел я. – Как он оказался у тебя?
Клинок был сделан Первородными и передан четырем королям многие столетия назад. Это было оружие из костей и крови, созданное для уничтожения богов. С хищной улыбкой она попыталась приблизиться ко мне, но безрезультатно. Она действительно собиралась биться со мной? Убить меня? После всего, что она узнала? Здесь, в месте, куда Винсент или Логан могут прийти в любую секунду?
– Не знаю, что именно повлияло на твои сегодняшние решения – невежество или глупость.
Она отпрыгнула назад, перехватив оружие в другую руку и метнув его ко мне. Я вздохнул и снова заблокировал удар. Она попыталась ударить меня ногой, но я оттолкнул ее, лишив ее равновесия всего на долю секунды. Она тут же приняла боевую стойку, отбросив волосы с лица и держа перед собой лезвие.
– О, не притворяйся, будто хочешь меня понять. Мы с тобой совсем не похожи, – рявкнула она, снова бросаясь на меня.
Она не сдавалась, сколько бы раз я ни блокировал ее, ни сбивал ее с ног. Она была жестокой, готовой использовать любой доступный предмет в своих интересах. Я потерял счет тому, сколько столов и стульев я разрубил – она использовала их как щиты.
Мы снова и снова скрещивали наши мечи, но она не собиралась сдаваться. Она была быстрой, и в какой-то момент я начал понимать стиль ее битвы.
– Ты сражаешься, как одна из Лиги.
Она сделала кувырок, вскочила на ноги и подняла клинок, чтобы атаковать меня еще раз.
– Тебе это нравится? Я быстро учусь, а Зекиэль был очень любезен, показав мне кое-какие приемы, прежде чем превратиться в пепел.
– Я не впечатлен. Ты медлительна и неэффективна. Глупо сравнивать тебя с кем-то из них.