Чтение онлайн

— Рин, беги! — просипел Коул, скорчившись под ударами пинающих ног.

Оказавшийся за спинами тик-такеров Рин дёрнулся было к выходу, но обернулся, секунду помедлил — и с отчаянным воплем бросился на громил. Тут же его схватили за руку жилистые пальцы.

— Куда собрался? — с гадкой ухмылкой процедил Пижон.

— Пустите! — выкрикнул мальчишка. — Не смейте его бить! — Главарь притянул его к себе, и тогда Рин извернулся, и вцепился зубами тому в запястье.

От вскрика босса громилы замерли. Финн удивлённо глядел на красный полумесяц зубов, отпечатавшийся на коже.

— Ах ты, сучонок, — без выражения промолвил он. И отвесил Рину звонкую пощёчину, так, что у того голова мотнулась. Финн вывернул жертве руку, взглянул на его Часы, и вскинул брови.

— Ого! — протянул он восхищённо. — Ребята, да нам нынче повезло! Ну-ка, второго потрясите.

Коула вздёрнули на ноги. Кто-то обшарил его карманы, другой закатал ему рукав, и разочарованно ругнулся. Один из бандитов подал Финну отнятый нож.

— О, как интересно, — главарь щелчком раскрыл лезвие, покрутил нож в пальцах. — Острая игрушка, парень. Можно и порезаться невзначай… — Он провёл лезвием по щеке Коула. Тот лишь просипел невразумительное ругательство: в голове у него звенело, перед глазами плавали пятна.

— Не надо! — Рин задёргался в руках громил. — Не трожьте его!

— А то что? — хохотнул Финн. — Полицев позовёшь? Думаешь нас испугать? — Он обернулся к бандитам.

— Парни! — выкрикнул он. — В этой дыре меня сегодня оскорбили. Здесь мне не заплатили по счетам! Можно ли простить такое, а?

— Нет! — радостно рявкнули сразу несколько рыл.

— И что мы делаем с теми, кто не платит?

— Наказываем! — заорали уже все хором, вскинув трости. Здоровяк скинул с плеча свёрток, размотал ткань, и в ручищах его оказался молот на длинной рукояти. Финн прищурился.

— А ну, волки, — процедил он, — пляшем!

И начался «волчий пляс».

То есть — погром.

Последние посетители, расталкивая друг друга, устремились к выходу. Навстречу им сбежал по ступеням вышибала, кинулся было на бандитов — но первый же тик-такер встретил его «крюком» в челюсть, а второй добавил под дых и повалил на пол.

Танцовщицы с визгом бросились прочь со сцены, и вовремя: великан с молотом подступил к рампе, и двумя взмахами сокрушил подпорки. Навес рухнул под звон разбившихся ламп, горящий керосин растёкся по полу. Один из тик-такеров перемахнул через стойку, и ударами трости принялся разносить бутылки в баре. Две он кинул верзиле, тот отбил у них горла о стойку, опрокинул обе разом себе в пасть, и мощно рыгнул.

Бандиты пинками опрокидывали столы. Один швырнул табурет в экран над сценой, другой за руку подтащил к столу упирающую танцовщицу, и втащил на столешницу. И пустился с ней в дикий пляс, топоча ногами — под весёлую музычку, как ни в чем не бывало звучащую из клокодеона.

Полюбовавшись, Финн обернулся к обмершим от ужаса друзьям.

— Так что, парень? — Он кольнул Коула ножом в щёку; тот дёрнулся. — Нос? Или ухо? Я сегодня добрый, можешь выбирать! Ну?

— Не надо! — выдавил Рин. Глаза его блестели от слёз. — Пожалуйста, не трогайте его! Я дам вам денег… всё, что есть! — Он зажмурился, и поднял руку. Финн помедлил, и отвёл нож от лица Коула — тот тихо выдохнул.

— Да ты бы и так все отдал. Только вот я сам беру, что захочу. Эй, Доктор! — Кривоногий коротышка с жабьей рожей в котелке суетливо раскрыл тяжелый саквояж, и достал из него предмет, похожий на рыцарскую перчатку из пластин и ремней. Вся она была усажена лампочками, рычажками и украшена алхимическими знаками, а от перчатки в саквояж уходили оплетённые провода. «Рука Мытаря», прибор для насильственного снятия времени с Часов.

— Нет! — вырвалось у Коула. — Пустите его, чтоб вы сдохли! Пус…! — Один из громил отвесил ему подзатыльник. Рина схватили трое, а Доктор защёлкнул перчатку на его руке и проворно закрутил ручку динамо-машины в саквояже. Раздался гул, засверкали огоньки лампочек — и Рин закричал.

Коул рвался из рук бандитов, но сделать ничего уже не мог. Пытка длилась с минуту, потом гудение утихло, и Рин обвис в руках тик-такеров. Доктор снял перчатку с руки жертвы; циферблат на запястье внука графини горел красным. Вот он мигнул, и раздался писк.

Коул с отчаянием глядел на друга. Когда у него самого на руке защелкнулась перчатка, и пальцы пронзила боль — он стиснул зубы, давя крик…

— Вот и всё, а вы боялись, хе-хе! — прокряхтел Доктор, убирая «Руку» обратно в саквояж. Финн довольно кивнул, взял Рина за волосы и приподнял его голову.

— А теперь, дружок, — ласково протянул он, глядя в вытаращенные глаза мальчишки, — мне надо знать, где вы раздобыли столько славных монеток. Там ведь немало ещё осталось, правда? Потому что я хочу ещё. И ты мне расскажешь, если…

— Э-э, капоре! — неожиданно робко прервал его один из бандитов. Пламя от светильников разбежалось по полу, и уже с треском лизало сцену. Отсветы плясали по стенам и потолку. Финн резко переменился в лице.

— Дерьмо змейское. Валим! — коротко бросил он, и первым пошел к выходу. За ним, выпустив мальчишек, потянулись остальные. Один тащил за руку отчаянно голосившую и упиравшуюся танцовщицу.

— Кха!.. Ринель! — Коул помотал головой, и на коленях пополз к съежившемуся на полу другу. — Ты как? Они тебя… Ох. — Рин мелко дрожал, на подбородке его багровела кровь из прокушенной губы.

— Ну, ну. Давай же, пойдём! — Коул с трудом поднял друга на ноги. И, кашляя и зажимая рты, мальчишки покинули затянутый дымом зал.

Лишь клокодеон всё так же продолжал наигрывать весёлые песенки. Пока подступивший огонь не раскалил его нутро, не выбил стёкла витражей из покривившейся оправы, и не расплавил музыкальные цилиндры в ручейки воска…

***

Хоромобиль подкатил к крыльцу трехэтажного здания с каменными львами на ступенях. Друд открыл дверцу, и сошёл на тротуар.

— Я могу…? — жалко пролепетал усатый водитель.

— Не можешь, — оборвал Друд. — Жди здесь, нам могут понадобиться колёса. Как тебя, кстати? Реджи?.. Вот и молодец, сиди жди. Пойдёмте, Хилл!

Инспектор Хилл хоть и заметил над входом вывеску торгового дома, но промолчал и глупых вопросов задавать не стал.

Внутри их встретили освещённые тусклыми лампами коридоры и мутные зеркала на стенах. Часовой уверенно свернул за угол, ещё раз, предъявил свой значок привратнику в ливрее, и тот молча распахнул перед ними дверь… Наконец в полутёмном закутке Друд нажал на большое зеркало на стене, и оно неслышно отъехало в сторону, открыв потайной ход с винтовой лесенкой.

Два хрониста спустились по ступенькам — и окунулись в свет и шум.

В первый миг это место показалось инспектору Хиллу смесью улья и террариума. Они очутились в тесном лабиринте узких проходов и галерей, соединённых железными лесенками, и бесчисленных маленьких кабинетов за стеклянными стенами. Всё вокруг было залито ярким, неживым светом ламп в плафонах. Одни кабинеты просвечивали сквозь другие, и всё пространство казалось намного больше себя самого, будто в зеркальном балагане на ярмарке. Коридоры сходились в большую комнату, заставленную столами и шкафами; по стенам, увешанным картами и меловыми досками, вились трубы пневмопочты.