Чтение онлайн

«Милые братья и друзья, – говорил он, – вы, конечно, знаете, как отец мой нежно любил вас; почитал он вас всю жизнь за братьев и сыновей; вы помните, что бывали с ним в старину во многих битвах и помогали ему покорить те земли, чем он владел, и знаете, что я сын того, кто вас так любил. Я сам люблю вас, как собственное тело. Все, что я говорю, правда; справедливо и разумно, чтобы вы помогали мне против того, кто в противность разуму и истине хочет учинить великое зло, отнять у меня мои земли. И знайте еще, воистину, он не нашего закона; отступился от него, стал сарацином и Мухаммеду молится. Сами вы понимаете, достойно ли, чтобы сарацин властвовал над татарами. Итак, милые братья и друзья, поэтому будьте стойки и не допускайте этого. Умоляю я всех быть храбрыми, сколько есть мочи, биться смело, чтобы наша взяла, и мы, а не сарацины победили; пусть каждый верит, что мы победим в битве: право на нашей стороне, а ложь на стороне врагов. Не стану больше говорить об этом; да отличится всякий из вас». Замолк и больше ничего не сказал.

Когда князья и витязи, что были тут, выслушали хорошие и умные речи Аргона, порешили они, не щадя жизни и сколько есть мочи, стараться победить врага. И вот среди общего молчания встал большой князь и заговорил так:

«Славный государь Аргон, – сказал он, – хорошо мы знаем, что все тобою сказанное правда, а потому скажу тебе напрямик, за всех твоих людей, что пришли сюда биться, не отступим, пока живы, и, не щадя жизни, станем биться; и уверены мы, что победим, потому что великая правда на нашей стороне, а на стороне врага ложь; по-этому мы советуем итти как можно скорее на врага, и прошу я товарищей отличиться так в этой битве, чтобы весь свет о нас заговорил».

Замолк храбрый муж и ничего больше не сказал.

И что вам сказать? После него никто не хотел говорить, а все были с ним согласны и ничего так не желали, как сразиться со врагом.

На следующий день Аргон и его воины встали рано утром и, решив погубить врага, пустились в путь. Скакали они до тех пор, пока не достигли равнины, где враг стоял в шатрах. Расположились они станом стройно и в порядке, в десяти милях от акоматова [ахмедова] стана. Как стали они тут станом, выбрал Аргон двух людей; верил он им крепко и послал их к дяде [Ахмеду] с такими словами, как услышите дальше.

Простились мудрые старцы со своим государем, получили от него приказания и немедля пустились верхом в путь. Пришли они прямо в стан, сошли с коней у ставки Акомата; сидел он там со множеством князей. Знали они хорошо Акомата, и он их. Поклонились они ему честно, а Акомат сказал им весело: «Добро пожаловать»; посадил их пред собой в ставке. Спустя немного встал один из гонцов и говорил так:

«Славный государь Акомат, – сказал он, – племянник твой Аргон дивится тому, что ты сделал: отнял у него властительство, да еще идешь биться с ним не на живот, а на смерть; воистину, совсем это нехорошо, не как добрый дядя поступаешь ты. Наказывает он тебе с нами и, за отца почитая тебя, молит отступить от этого дела, и да не будет ни схватки, ни злобы между вами; говорит он, что готов тебя почитать за старшего и за отца, владей всей его землей и будь царем. Вот что наказывал с нами твой племянник, вот о чем он тебя просит».

Замолкли и более ничего не сказали.

Выслушал Акомат, что наказывал ему Аргон, его племянник, и отвечал: «Господа посланцы, – сказал он, – не дело говорит мой племянник; земля моя, а не его; покорял я ее так же точно, как и его отец, поэтому скажите моему племяннику, коль он захочет, так сделаю я его большим государем, дам ему земли, и будет он вместо сына и старейшим у меня князем. А если он этого не захочет, так пусть будет уверен, что постараюсь-таки его убить. Вот это я готов сделать для моего племянника, и никакой другой уступки от меня никогда не будет».

Замолк Акомат и не сказал ничего более.

Выслушали гонцы речи султана, спросили еще раз, не скажет ли он еще чего.

«Ничего более, – говорил он, – пока я жив, не услышите от меня».

Выслушали это гонцы, немедля пустились в путь и скакали до самого стана своего государя; сошли с коней у его ставки и рассказали Аргону все, что слышали от дяди. Выслушал Аргон, что дядя ему наказывал, разгневался и сказал громко, так что все, кто тут был, слышали:

«Сделал мне дядя большое зло, великую несправедливость; не хочу ни жить, ни землею владеть, коли не отомщу ему так, что весь свет об этом заговорит».

После этих речей говорил он своим князьям и витязям:

«Нечего медлить, пойдемте поскорее убивать изменников и предателей; наутро уже хочу напасть на них и как можно больше перебить их».

И что вам сказать? Во всю ночь они изготовлялись к схватке в открытом поле. А султан Акомат знал через соглядатаев, что наутро Аргон нападет на него, готовился также и увещевал своих храбро и стойко биться.

Настало утро; Аргон вооружился со всеми своими, устроил и расставил их для битвы умно и хорошо; умолял он их биться храбро. Устроил все и пустился в поход на врага. А султан Акомат сделал то же, расставил и устроил своих людей и, не дожидаясь Аргона, пустился в путь со своими воинами; немного прошли они, как повстречали Аргона с его войском.

Сошлись обе рати вместе, и так обеим хотелось драться, что немедля бросились они друг на друга. И видно было, как стрелы пускались и летали повсюду, да так часто, словно дождь с неба. Началась битва злая и жестокая, падали на землю и валялись витязи, слышались и крик, и вопль, и плач на землю павших и насмерть раненных. А когда поистратили они все свои стрелы, то схватились за мечи и палицы и яро бросились друг на друга. Наносили друг другу удары сильные мечами острыми. Рассекались руки и тела, отсекались головы. Крик, шум был такой, что грома божьего не услышать. В недобрый час для обеих сторон началась эта битва; погибло тут много храбрецов, и много жен на всю жизнь остались в слезах.

Аргон отличился в этот день, храбро бился, подавал добрый пример своим людям, да ничего хорошего из этого не вышло; неудача была ему, и судьба была против него; победили его; не выдержали его люди и побежали, что есть мочи, вспять. Погнался за ними Акомат со своим войском, много их побил и много им вреда наделал. И в этой погоне, скажу вам, захватили Аргона и тотчас бросили гнаться за врагом: ликуя и радуясь, повернули в свой стан, к своим шатрам. Приказал Акомат заковать своего племянника и хорошенько его сторожить.

Был Акомат плотоугодник и порешил он вернуться ко двору, к своим красавицам женам, что у него там были; а начальником всего войска оставил большого мелика [владетеля]; ему же приказал сторожить Аргона, чтобы берег его, как собственное тело; говорил он, пусть мелик пойдет ко двору маленькими переходами, чтобы люди не уставали. Отвечал мелик, что государев приказ будет исполнен. Пустился Акомат в путь, ко двору, со многими спутниками.

Вот так-то, как я рассказал, уехал Акомат от своего войска, а начальником оставил мелика. А полоненный Аргон в цепях горевал и смерти желал.