Чтение онлайн

Более того, убийца перекладывает всю тяжесть греха, а убийство — самый тяжкий грех, на своих потомков. Порой тяжелые заболевания маленьких детей связаны именно с такими наследственно-информационными связями, настигшими семью через несколько поколений.

В данном случае речь, конечно, не идет о солдатах, связанных воинской присягой и вынужденных убивать по воле правителей. Речь идет об убийствах, которые люди совершают по собственной воле, и никакие ссылки на обстоятельства судьбу убийцы не меняют. Горячее и искреннее раскаяние в содеянном не спасет убийцу от кары — полного информационно-энергетического уничтожения его Кокона, но может повлиять отчасти на судьбу его детей и внуков.

В гениальных творениях Уильяма Шекспира безумец и убийца, как правило, — одно и то же лицо. Впору было бы задуматься, чем же они так похожи. Общей скорее всего является причина — искажение информационного поля человека, а значит, болезнь. Вы уже знаете, что информационно-энергетическое поле человека — система открытая, связанная с Полями Энергии Сотворения. Постоянный приток Энергии, 98 % которой состоит из информационных полей, позволяет человеку вести активный и разумный образ жизни. Информационные поля человека, страдающего психическим расстройством, однако, работают, как испорченный приемник, который никак не настроить на нужную частоту, — он ловит обрывки чужих разговоров, выдает коктейль из мелодий, гудения и хрипов. Больной человек либо «настроен» не на свою волну, либо блуждает в хаосе обрывков чужих волн. Он перехватывает куски чужих мыслей, витает среди чужих информационных полей. Отсюда и «голоса», которые звучат в его голове, и общее расстройство мышления и поведения.

Убийца, с точки зрения Информационно-энергетического Учения, тоже болен. Искажение информационных полей прерывает его связь с Космической Энергией, превращая его таким образом в «нечеловека».

Снова возвращаюсь к историческим фактам. Но не для того чтобы подтвердить какие-то положения Информационно-энергетического Учения Доктора, а для того чтобы наглядно проиллюстрировать читателям его слова относительно современных нравов — болезни нашего общества, которое мы считаем цивилизованным.

Для этого снова обратимся к фактам трехсотлетней давности, так хорошо известным нам по книгам — историческим и художественным.

Отец Петра I умер, когда тому едва исполнилось четыре года. Изгнание, смерть на копьях стрельцов наставника Матвеева, произошедшая на глазах у десятилетнего ребенка, попытки сестры избавиться от соперника, постоянная угроза жизни. Даже те из исследователей, кто искренне восхищается талантом Петра и полностью преклоняется перед его гением, не могут не отметить, что детские впечатления наложили неизгладимый отпечаток на развитие его личности. Приступы ярости, нервные тики, изощренная жестокость — все это он носил в себе до последнего часа своей жизни.

Многие из пациентов Доктора тоже носят в себе глубокие кровоточащие раны, нанесенные в детстве. Вам кажется, что времена изменились, что теперь к детям относятся совсем по-другому, что ребенок не может стать игрушкой в руках взрослого неуравновешенного человека? Тогда слушайте и помните: мы говорим о том, что наши болезни могут скрываться в нашем прошлом.

Она была обижена на людей, на Бога — на весь свет. Еще бы, на ее долю выпали страшные испытания: когда ей исполнилось два года, родителей расстреляли. Это случилось в двадцатом, но с тех пор она старалась не вспоминать о них. Хотя напоминало все: воспитатели в детском приюте, учителя в школе, преподаватели в ФЗУ. Везде, где требовалась анкета. Время было такое, тяжелое было время. Но она не на время затаила злобу, на людей: на старшего брата — за то, что не спас от всего, что ей выпало, на мужчину, от которого забеременела. Какая там любовь? Врут все! Прижал в темном углу лишь однажды, да и забыл, как звали. А пузо-то спрятать некуда…

Тогда она собралась с духом и явилась к его матери. Не потому, что любила ее сына, а потому что одной ей, девчонке, было не прокормить ребенка, бьющегося под сердцем. И на этого еще неродившегося ребенка она уже затаила злобу. Мать его пожалела сироту, оставила в доме, пыталась образумить гулящего сына. И образумила.

Всю жизнь они прожили как кошка с собакой. Изменам, скандалам и дракам не было конца. От этой «любви» родилось девять детей, но в живых из них осталось только пять…

Ее тяготило все в этой жизни: несложившееся детство, неудачное замужество, нежеланные дети. А больше всего та, первая девочка, дочка, из-за которой она была вынуждена тянуть лямку с нелюбимым человеком. Ненависти ко всему на свете уже было тесно в ее душе, она искала выхода…

А тут еще война — самое пекло Курской дуги, бомбежки, расстрелы партизан. Сердце ожесточилось в огне войны. А тут еще муж нашел себе другую. Сердце совсем потеряло чувствительность.

Кто же виноват в этом? Кто-то ведь должен быть виноват! Муж, не прячась, уходит на свидание, и нет спасения от жгучей ненависти. И нет ей выхода. А под ногами вертится пятилетняя дочка… О чем она думала — трудно сказать, все свои обиды хотела выместить на несмышленой маленькой девчушке. На этот раз побои были особенно жестокими. Кирзовые сапоги ее тыкались в детское тельце, обжигая непереносимой болью: «Плачь! Буду бить, пока не заплачешь'!» Но девочке не хотелось плакать. За пять недолгих лет своей жизни она привыкла к жестокости матери. Теперь ужас и боль гнали ее — спрятаться, увернуться. «Плачь!»

Вернувшись от любовницы, отец нашел дочку… по кровавому следу. Он вел под кровать, под кроватью девочка забралась под корыто. Зрелище было потрясающее, и теперь пришла очередь матери уворачиваться от ударов отца.

Жизнь тянулась в скандалах и драках. Муж стал пить чаще, она — чаще провоцировать его на «выяснение отношений». Он изменял ей, она — ему. На глазах у детей, с его братом…

Когда дочке исполнилось 15, мать уже не могла поднять на нее руку. Девочка была теперь с нее ростом и вполне могла дать отпор. Тогда она растрезвонила всем, что ее старшая дочка живет с отцом. Не все поверили в эту отвратительную ложь, но девочка была на шаг от того, чтобы свести счеты с жизнью…

Эта история не выдумана. Ее рассказала Доктору та самая девочка, которую избивала мать. Девочка выросла, теперь ей почти 60. Но она все еще носит в своей больной душе события 50-летней давности. Боль физическая прошла, душевная — не отпустила. Постоянство этой боли породило в системе Тонкого тела рану, отток энергии способствовал развитию многочисленных заболеваний. И чтобы вылечить ее от физических болезней, Доктору предстоит сначала избавить ее от муки душевной, стереть кровоточащий след в ее памяти, который тянется из далекого, но незабытого прошлого.

Разумеется, стереть этот след за одну-две серии сеансов не удастся. Этому следу больше 50 лет. И все эти годы он ныл в сердце, постоянно давая знать о себе, втягивая в бездну болезни. Доктор не занимается гипнозом, он не заставит пациентку забыть свое детство в прямом смысле слова, проснуться в один прекрасный день без всяких воспоминаний. Да это было бы и неестественно, а значит, не принесло бы пациентке никакой пользы. Лишить человека памяти, не повредив ему при этом, невозможно. Но можно и по-другому. Можно научить его иначе относиться к своим воспоминаниям. И тогда на смену боли придет мудрость.