Чтение онлайн

Нельзя одновременно войти в две открытые двери. Один момент несёт в себе ограниченное количество возможностей. Только наш страх и желание постоянства мешают нам принять изменение своей жизни после ухода любимых. Этот же страх не позволяет измениться нам самим, превращая нас в рабов обстоятельств и узников отношений.

Молитва — это не упражнение. Молитва не может быть обязанностью. Молитва — это потребность, зов из глубины сердца, это ответ на осознание величественности Существования. Молитва возникает внезапно, спонтанно, она льётся подобно сильному горному потоку или красивой песне. Слова приходят сами, они обрамляют энергию, изливающуюся из глубины нашей души; иногда слов нет, и остаются только слёзы, слёзы благоговения.

Через молитву мы ищем и находим связь с Творцом. Открывая свое сердце, мы становимся доступными, мы позволяем Его любви войти в нас.

Молитва учит нас доверию, через неё мы очищаем своё сердце от гнева и страха, через неё утоляется наша печаль и приходит блаженство, она приносит экстаз.

Когда в молитве мы падаем на колени и простираемся ниц, нам открывается возможность сдачи Воле Его. Когда мы не находим слов для выражения своего восторга и признательности, мы познаём разницу между сердцем и умом, И разница эта кроется в том, что ум не может молиться.

Ум может жалеть себя и жаловаться, ум может стенать и клянчить, он готов унижаться, чтобы его пожалели и обратили на него внимание; если этого не происходит, он тут же постарается унизить в ответ.

Именно поэтому многие так называемые верующие склонны богохульствовать по всякому поводу.

Ум полон желаний. Будучи под властью очередного, самого сильного на этот момент желания, он готов просить, сулить взамен что угодно (т. е. торговаться) принимать обеты (платить за исполнение своей прихоти, опять же торговаться), клянчить и унижаться. Забавно то, что не всегда можно внешне различить человека, чья молитва песня сердца и того, кто молится своим желаниям.

Эго не может молиться, для него молитва превращается в торговлю или самоуничижение с преувеличенным восхвалением милости и сверхкачеств Бога.

Конечно, существует ещё эго больших религиозных деятелей, которые чувствуют своё превосходство над окружающими, потому что молятся чаще и громче остальных, и, когда они простираются ниц, всем сразу видна их преданность и покорность Воле Его.

Молитва — не упражнение, однако молитвенное состояние может быть достигнуто через практику повторения различных канонических молитв. Такая практика по сути своей — упражнение, которое, при правильном к нему отношении, может стать величайшим благом.

Если ищущий повторяет молитву искренне, устремляя все свои чувства, всё свое существо к Богу, то постепенно у него вырабатывается навык полного обращения себя к Всевышнему.

Повторение молитвы со всей возможной самоотдачей и устремленностью подобно трению двух кусков дерева друг о друга — чем оно интенсивнее, тем больше выделяется тепла, и в конце концов возникает огонь. Выполнение молитвы дает ищущему опыт концентрации и объединения всего своего существа, всех его слоев для достижения единства с Ним.

Молитва очищает сердце от страстей и питает его, удовлетворяя ту невыразимую потребность в тепле, душевном покое, насыщенности бытия, в которых мы все нуждаемся.

Молитва связывает нас с Невыразимым, с Источником Бытия и открывает нам глубины нашего сердца, где познаётся тайна жизни и смерти.

Тот, кто искренен и упорен, достигнет. Рано или поздно наступит момент, когда молитва как упражнение перестанет иметь для него смысл. Вся его жизнь, каждый вдох станет молитвой, исполненной благодарности и благодати; молитва эта будет спонтанной и беспричинной, таинственной и радостной, как песня, возносящая человеческий Дух выше небес.

Я слышал, что у некоторых людей, не совсем правильно уяснивших себе взаимосвязи, существующие в Божьем мире, возникают трудности с молитвой. Впитав в себя идеи о том, что Волей Его пронизано всё вокруг, решив, что Его дыханием пронизаны небеса, земля и воды, узнав о некой искре, существующей внутри каждого человека, человек думает, что трудно выбрать направление для посыла молитвы. У них складывается впечатление, что Господь и так всё видит и принятие Его Воли делает молитву как бы ненужной и бессмысленной.

Чтобы понять ситуацию, возьмём клетку человеческого тела. Она существует как отдельная обособленная единица, являясь в то же время частью органа, который, в свою очередь, включён в работу определенной системы. Функционирование клетки, органа и системы происходит по своим законам. Согласно этим законам, клетка выполняет работу, соответствующую её природе, и получает всё необходимое для здорового существования. Через биохимические реакции клетка осуществляет связь с органом и рецепторами нервной системы. Пока всё нормально, жизнь клетки идёт своим чередом, соответствуя всём имеющимся необходимым законам. Если же ситуация ухудшается, не важно где: в самой ли клетке или во всём органе, сигнал, посылаемый ею, меняется, и на него следует ответ, призванный исправить положение. И чем сильнее будет этот сигнал, тем более быстрым будет ответ.

Поэтому если вдруг нам захотелось скомпенсировать иллюзию отделённости путём веры в идею общей взаимосвязанности, мы не должны думать, что весь организм должен быть озабочен состоянием одной клетки. Нам не должно казаться, что взаимосвязь высшего и низшего уровней Бытия будет проявляться в том, что Высшие Силы неотступно станут следить за нашим состоянием. Законы, по которым существует этот мир, вполне позволяют удовлетворить все наши нужды.

Молитва является тем дополнительным сигналом, через который мы осуществляем связь с Сущим. Когда нам плохо и когда нам хорошо, через неё мы можем находить отклик Целого, ответы на свои вопросы и гармонию с миром. Через молитву мы становимся ближе к Нему, молитва помогает нам открыться для благодати Его.

Есть люди, которые считают унижением для себя обращаться к кому-нибудь, всё равно к кому, за помощью. В их системе ценностей просьба о помощи является признанием собственной слабости; тот же, кому адресуется просьба, наоборот, возвышается над просителем.

Такая позиция полна ложной гордости и крайне нерелигиозна, люди, занимающие её, никогда не смогут молиться искренне.

Это крайний случай. Полно и промежуточных ситуаций, в которых просьба о помощи кажется просящему унижением, но само это ощущение не выражено столь явно. Эго формулирует свою трудность следующим образом: «Господь и так знает моё положение и внутреннее состояние, зачем же я буду Его беспокоить и отвлекать своими проблемами?» Таким образом, демонстрируется ложное смирение и принятие. После этого человек может свободно и безбоязненно богохульствовать, говоря: «Господь, видимо, испытывает меня, давая мне всё более тяжёлые испытания» или: «Возможно, Ему не до меня, ведь Он велик, а я — ничтожен». Их гордость в этот момент раздувается вместе с эго.

Другие люди занимают такую же позицию по отношению к Мастеру. Они думают примерно так: «Ну, раз уж ты Мастер, давай, проявляй свои способности, ты же должен видеть меня насквозь… указывай, что мне с собой делать». В этом случае игра эго заключается в проявлении напускного смирения а также оставлении себе лазейки в виде возможности упрекнуть Мастера в том, что тот так и не смог разобраться в сложной внутренней организации ученика и не оказал адекватной помощи.

Непонятно только одно: почему люди, ведущие себя подобным образом, считают, что Господу Богу или Мастеру больше нечего делать, кроме того, как искать способы им помочь? Довольно эгоистично, не правда ли?