Чтение онлайн

В течение всего своего пребывания в Лиге наций Нансен вел активную пропаганду против войны, против политики силы и стре­мился к тому, чтобы Лига наций выполняла свои функции по сохранению мира. Выступая на заседаниях Ассамблеи Лиги наций по вопросам репатриации военнопленных, помощи беженцам или борьбы с голодом и болезнями, Нансен указывал, что причина всех этих человеческих бедствий — войны и гонка вооружений. Нансен был страстным борцом за мир и разоружение. Однако буржуазное мировоззрение не позволяло ему понять, что причины, порождающие войны и гонку вооружений, кроются в самой капи­талистической системе с ее антагонистическими противоречиями. Не мог Нансен понять и того, что демагогические речи о мире и разоружении произносятся государственными деятелями в Лиге наций с целью обмана широких народных масс, что на самом деле англо-французские империалисты стремятся использовать Лигу наций в своих корыстных интересах, прежде всего в борьбе против Советской России, объединив через Лигу наций в антисоветский блок все силы империализма.

Последние десять лет своей жизни Нансен был не только делегатом Норвегии в Лиге наций, но и верховным комиссаром Лиги наций по различным международным вопросам. Человек большой энергии и настойчивости, обладавший настоящим орга­низаторским талантом, имевший непоколебимый авторитет и ши­рокую международную известность, Нансен как никто другой мог решать сложные международные задачи огромного гуманистиче­ского значения.

В 1920 г., когда перед Лигой наций встал вопрос о репатриации военнопленных, сотни тысяч которых еще пребывали на чужбине, заниматься этой проблемой пригласили Нансена. Принимая на себя обязанности верховного комиссара Лиги наций по делам военнопленных, Нансен руководствовался не только стремлением помочь людям, попавшим, в беду, но и желанием показать воз­можности Лиги наций в решении международных вопросов. Одна­ко в тот момент Лига наций находилась в стадии организационного оформления и не имела ни персонала, ни средств, поэтому много­численные технические и финансовые трудности сложной задачи репатриации Нансену пришлось преодолевать лично, полагаясь на собственные силы.

Занимаясь репатриацией военнопленных, Нансен в 1920 г. впер­вые посетил Советскую Россию. Несмотря на огромные трудности, Советское правительство оказало Нансену всестороннее содействие и, взяв на себя определенные обязательства по репат­риации военнопленных, неуклонно их выполняло. В связи с тем, что Советское правительство не было признано Лигой наций, оно вело переговоры с Нансеном не как с представителем Лиги наций, а как с самостоятельным юридическим лицом. Таков был авторитет Нансена, и таково было уважение к нему Советского правительства. Это сотрудничество укрепило взаимопонимание и доверие между Нансеном и Советским правительством. Благо­даря деятельности Нансена около 450 тысяч военнопленных 27 различных национальностей вернулись домой.

Выступая против политики «санитарного кордона», проводимой Антантой в отношении Советской России, критикуя политику вмешательства во внутренние дела молодого государства, Нансен считал необходимым предоставить народам России возможность самим решить свою судьбу. Нансен выступал за признание Со­ветской республики и уже на первой Ассамблее Лиги наций вы­разил сожаление по поводу отсутствия представителя Советской России. В своем отношении к Советской России Нансен руковод­ствовался тем, что вопрос государственной власти — это дело народа, проживающего в стране, а действия народа должны оцениваться с позиций этого народа. Того,что Октябрьская ре­волюция начала новую эпоху истории, Нансен, безусловно, не по­нимал, так же как не понимал сущности коммунизма, на путь строительства которого вставал народ Советской России. Комму­нистическое общество Нансен уподоблял первобытному коммуниз­му эскимосов, который он наблюдал в Гренландии.

В 1921 г. Лига наций назначила Нансена верховным комис­саром по делам русских беженцев, т. е. белоэмигрантов, которых в результате разгрома Красной Армией белых войск и интервентов оказалось за границей около полутора миллионов. Если буржуаз­ные правительства, стремясь организовать помощь белым эмигран­там, рассчитывали использовать их либо для новых авантюр против Советского государства, либо для борьбы против национальных рабочих движений, либо в качестве дешевой рабочей силы, то Нансен видел свою задачу в организации помощи белоэмигрантам прежде всего в налаживании их возвращения на родину. А нужно сказать, что насильственно уведенная за границу рядовая казачье-крестьянская прослойка белой эмиграции, введенная в заблуж­дение контрреволюционными генералами и испытывающая тяже­лые лишения, стремилась вернуться на родину. Однако из-за про­тиводействия капиталистических государств основная работа Нан­сена пошла не по пути возвращения белоэмигрантов на родину, а по линии их размещения в капиталистических странах и трудо­устройства.

В то же самое время, несмотря на огромные препятствия, которые чинили верхушка белой эмиграции и иностранные поли­цейские власти, Нансен оказывал всемерную поддержку возникав­шим среди рядовой массы белоэмигрантов «Союзам но возвра­щению на родину». Ведь не случайно, когда в июле 1923 г. контрреволюционеры убили в Болгарии уполномоченного одного из «Союзов по возвращению на родину», Советское правительство обратилось именно к Нансену. В посланной ему телеграмме гово­рилось: «Дело огромного гуманного значения, как репатриация русских граждан, налаженное при Вашем самоотверженном содей­ствии, погибает... Российское правительство всецело рассчитывает в этом случае на Ваше содействие и, пользуясь случаем, еще раз благодарит Вас за Вашу помощь в деле репатриации». Ответ Нансена говорил сам за себя: «Сделаю все, что смогу». При непо­средственном содействии Нансена большое число трудящихся казаков и крестьян в 1921 —1925 гг. возвратилось в СССР, где было восстановлено в правах гражданства.

Неурожай в 1920 г. и страшная засуха на Волге в 1921 г. создали катастрофическое положение в Советской России. На­двигался голод. В июле 1921 г. Максим Горький обратился через зарубежную печать к лучшим слоям человечества с призывом по­мочь предотвратить надвигающуюся катастрофу. Международная конференция представителей Красного креста, обсуждавшая в августе 1921 г. в Женеве вопрос об оказании помощи голодаю­щим в России, предложила Нансену взять на себя руководство международной кампанией по оказанию помощи голодающим в России. Нансен, на которого выступление М. Горького произ­вело большое впечатление, с присущей ему энергией и настойчивостью взялся за порученное дело.

Переговоры Нансена с Советским правительством и подписа­ние двух соглашений с Советской республикой о мероприятиях по организации помощи голодающим, наконец, выступление с программой помощи в Лиге наций вызвали волну клеветнических нападок на Нансена как со стороны белоэмигрантов, так и со сто­роны западных правительств. Но это не могло остановить Нан­сена. Он продолжал борьбу. Сколько человеколюбия в его вы­ступлениях в защиту миллионов голодающих русских крестьян и сколько презрения в его словах к тем, кто ради своекорыстных целей обрекал на гибель миллионы людей!

Лига наций отказала Нансену в поддержке его плана помощи голодающим в России, и тогда он развернул широкую кампанию по сбору частных средств. Советский народ высоко оценил чело­веколюбивые стремления Нансена. IX Всероссийский съезд Сове­тов в декабре 1921 г. единогласно принял благодарственное по­слание Нансену, в котором говорилось: «IX Всероссийский съезд Советов, ознакомившись с Вашими благородными усилиями спасти гибнущих крестьян Поволжья, выражает Вам глубочайшую при­знательность от имени миллионов трудящихся населения РСФСР. Русский народ сохранит в своей памяти имя великого ученого, исследователя и гражданина Ф. Нансена, героически пробивав­шего путь через вечные льды мертвого Севера, но оказавшегося бессильным преодолеть безграничную жестокость, своекорыстие и бездушие правящих классов капиталистических стран».

Несмотря на все нападки, интриги и противодействие, Нансену удалось организовать сбор средств и наладить доставку продовольствия в голодающие районы России. В проведении работы по оказанию помощи голодающим Нансен проявил всю свою на­стойчивость и упорство, силу воли и мужество, продемонстриро­вал одно из своих высших качеств — человечность и человеко­любие.

Нансеновская миссия помощи голодающим, действовавшая на благотворительные средства, работала в Советской России с сен­тября 1921 г. по август 1923 г. и спасла от голодной смерти 6,4 миллиона детей и 400 тысяч взрослых. В июле 1923 г. по случаю окончания работы Нансеновской миссии Совет Народных Комис­саров принял специальное постановление, в котором выразил глубочайшую благодарность Нансену, подчеркнув при этом, что Нансен организовал «широкую самоотверженную кампанию за оказание помощи голодающим в Советских республиках» и вел «неутомимую борьбу с противниками этой помощи».

Хотя Нансен во взаимоотношениях с Советской Россией вы­ступал не от имени Норвегии, а как самостоятельное лицо, тем не менее можно с уверенностью сказать, что позиция Нансена по отношению к Советской России, его выступления против блокады и интервенции, организация помощи голодающим сыграли свою роль в том, что Норвегия, первой из скандинавских стран, в сентябре 1921 г. заключила государственный договор о торговле с Россией, не только означавший признание Советского прави­тельства де-факто, но и представлявший существенный шаг к пол­ному дипломатическому признанию, который Норвегия предпри­няла в феврале 1924 г., опять-таки первой из стран Скандинавии.