Чтение онлайн

– Вот что. Ведите людей вы. Сегодня солнечный день. Держите солнце постоянно за спиной, и не промахнетесь – выйдете точно к болоту. Я пойду вперед и буду ставить вешки. Пойдете по ним. А я вернусь и продвинусь навстречу торквистам. Постараюсь их задержать. Иначе при таких темпах они настигнут нас, едва мы отойдем от берега, и перестреляют, как зайцев в тире. Как бы в подтверждение его слов вдали явственно послышалось отрывистое уханье местного аналога собак.

– Понял, – коротко ответил тот, тревожно оглянувшись. Подобрались и артистки, услышавшие столь явное подтверждение словам странного незнакомца. Алексей стремительно ринулся вперед, срезая на бегу ветки для вешек. «Собаки – это очень плохо», – подумал он. Надежд, что облава пройдет мимо, не осталось. Через десять минут он уже был на берегу Черной топи. Скинув в кусты груз лишнего снаряжения, Алексей ступил в болото, сверяясь с извилистой пунктирной линией брода на плане. Встроенная в каску навигационная система позволяла контролировать своё место с точностью до сантиметра. Он заставлял себя выкладываться по максимуму, и всё же трёхсотметровый путь через болото занял целых двадцать минут, и столько же ушло на обратную дорогу: Алексей не стал прибегать к телепортации, захотев еще раз убедиться в надежности тропы. Первые артисты показались из леса, когда он выбирался на берег. Доставая из кустов снаряжение, Алексей молча махнул им рукой, показывая на четкую цепочку вешек, протянувшихся через болото.

Собачье уханье слышалось уже близко, и тон его изменился: собаки явно взяли свежий след. «Надо продержаться не меньше часа», – подумал Алексей, выдвигаясь навстречу лаю и пытаясь восстановить сбитое дыхание. Сначала он увидел «собак». Они встретились ему в полукилометре от края болота. Десяток зверюг размером с хорошего быка каждая с жутким уханьем неслись по свежему следу прямо на него, оскалив внушительные пасти и разбрызгивая слюну от предвкушения скорой добычи. Алексей открыл огонь, целя прямо между сверкающих злобой красных глаз. Хоровое уханье плавно перешло в одиночное и стихло совсем. Он успел продвинуться еще метров на двести, когда впереди замелькали фигуры торквистских автоматчиков. Он заметил их первым и успел положить восьмерых, прежде чем они поняли, что атакованы. Раздались первые беспорядочные автоматные очереди, но пули пока секли листву в стороне: в камуфляже его очень трудно было заметить на фоне листвы. В то же время защитная униформа торквистов по окраске не слишком подходила к сезонному цвету зелени и довольно заметно выделялась. Это было одним преимуществом Алексея. Вторым – бесшумность оружия. Что касается оптического прицела, то в лесу от него проку было мало.

Алексей перемещался вдоль цепи загонщиков, прикрываясь кустами и стволами деревьев и стреляя навскидку на звук автоматных очередей. На такой дистанции он мог поражать цели на звук в 99 случаях из ста, но в лесу сучья и стволы деревьев резко снижали этот показатель. И все же одна пуля из двух явно находила цель, насколько он мог судить по замолкавшим автоматам и вскрикам раненых. Уцелевшие загонщики залегли, и Алексей позволил себе минутную передышку. Однако она оказалась недолгой. Грамотный командир торквистов разместил за головной цепью мощный резерв, и вскоре поверх голов уцелевших солдат первого эшелона начали рвать воздух трассы нескольких крупнокалиберных пулеметов, а по берегу болота за спиной Алексея захлопали взрывы мин. «Три миномета типа ротного», – определил он. Торквисты по следам колонны оценили её примерную численность и считали, что им противостоит несколько десятков человек, укрывающихся между ними и берегом болота. Они не допускали мысли о возможном форсировании Черной топи: на всех их картах она значилась как непроходимая. Под прикрытием огня резерв начал выдвигаться к полу-полегшей – полу-залегшей цепи. Алексей телепортировался в тыл расчетам пулеметчиков и минометчиков и расстрелял их. Затем, работая в бешеном темпе, открыл из захваченного миномета огонь по накапливающимся для рывка к болоту торквистам, целясь при этом по флангам. Из леса донеслись крики раненых. Командир торквистов решил, что наводчики спутали прицел: из валявшейся рядом с мертвыми минометчиками рации послышались громкие крики и забористый мат. Расстреляв имевшиеся мины, Алексей вошел в темп, сделал рывок в сторону вражеской цепи и, приблизившись к ней с тыла метров на семьдесят, начал забрасывать её гранатами. Он швырял их по высокой траектории через верхушки деревьев. Взрыватели срабатывали ещё в воздухе, метрах в семи – десяти от земли, поражая осколками гораздо б; льшую площадь, чем при наземном взрыве. Уцелевшие и раненые открыли бешеный огонь в сторону предполагаемого противника, целясь в противоположном от Алексея направлении: враг все еще не догадывался, что атакован с тыла. Алексей летел вдоль вражеской цепи, забрасывая её гранатами и размазываясь от скорости в неуловимую тень. Вес снаряжения стремительно сокращался. … – Мой вождь! Сегодня обстрелов колонн пока не зафиксировано. Однако утром мы потеряли на нашем участке девять тяжелых бомбардировщиков. Они были сбиты буквально в течение одной минуты. – Как это случилось?

– На месте падения работали эксперты. Только что мне позвонили и сообщили, что все летчики убиты пулями, аналогичными тем, что мы извлекли из тел наших солдат, попавших под обстрелы на дорогах. Причем стреляли с земли.

– Опять супер-снайперы? Это как же надо стрелять, чтобы попасть в летчика летящего самолета! Вам удалось захватить хотя бы одного?

– Пока нет. Однако по докладу командира охранного полка, ведущего прочесывание местности в том районе, его люди обнаружили группу в нескольких десятков человек и вступили с ней в боестолкновение. Он докладывает о крупных потерях и отмечает одну странность: командиры его подразделений не слышат ответного огня противника.

– Бесшумные винтовки?

– Очевидно. Я приказал ему направить туда мощное подкрепление. Противник прижат к болоту и не может выскользнуть. Болото непроходимо.

– Где это? Покажите на карте.

– Вот здесь.

Командир группировки некоторое время изучал карту.

– Организуйте выброску десанта из сотни человек вот сюда, – показал он. – Если все же они каким-то чудом преодолеют Черную топь, мимо этого места им не пройти. Я хочу быть уверен, что с данной проблемой покончено раз и навсегда. Отдайте приказ хотя бы часть взять живыми. Мы должны выяснить, где их готовят.

– Будет исполнено, мой вождь.

…Гранаты закончились. Уцелевшие торквисты и не думали о продолжении наступления. В шевелящихся от собственных пуль кустах им мерещились фигуры вражеских солдат, и они бешено отстреливались, вжавшись в землю. Воздух наполняли стоны многочисленных раненых.

«Пятьдесят минут прошло», – отметил Алексей, решивший позволить себе небольшую передышку после вхождения в темп. Но тут из тыла торквистов послышался далекий пока еще шум продвижения крупного воинского отряда. «Ещё подкрепление», – мелькнула у Алексея мысль, и он поспешил к одному из подавленных ранее крупнокалиберных пулеметов торквистов. Заправив свежую ленту, он встретил подходящий резерв длинной, на всю ленту, очередью в сто пятьдесят патронов. Большинство из них нашли свою цель. Противник залег. Новых врагов было слишком много, и вокруг начали посвистывать пули. «Пора», – точно уловил момент для отхода Алексей. Он телепортировался к началу обозначенной вешками тропы через болото и начал переправу. Артистов уже не было видно. Ненужные более вешки он выдергивал и отбрасывал в сторону. Алексей торопился изо всех сил, понимая, что отдельные торквисты могут просочиться к берегу болота в любой момент. Это и случилось, когда он преодолел две трети расстояния до противоположного берега. Он определил это по зачмокавшим невдалеке о болотную воду автоматным пулям. Двое торквистов добрались-таки до берега болота метрах в трехстах от него и пытались достать его из автоматов. «Триста метров – это для автоматов многовато, парни», – прокомментировал их попытку Алексей, мгновенно разворачиваясь и посылая в ответ две пули из винтовки. Оставшиеся сто метров болота он преодолел без приключений.

Артистов он нашел метрах в двухстах от болота в густом хвойном лесу. Обессилившие девушки вповалку лежали на густо усыпанной хвоей траве.

– Ой! Лейтенант Зорро! Вы живы! – воскликнула первая заметившая его девушка. – Как вы уцелели в том аду? Грохотало так, что мы с перепугу проскакали через болото всего за сорок минут. – Остальные девушки зашевелились, обрадованно улыбаясь ему.

– Разве я похож на приведение?

Подошла Ниведа, удивленно и недоверчиво всматриваясь в него.

– На приведение – нет. А вот на лешего – очень.

Девушки засмеялись. Выглядел Алексей действительно впечатляюще: залепленный болотной жижей, исхлестанный об ветки и порванный в нескольких местах камуфляж, растекшаяся от пота по лицу маскировочная краска – все это придавало ему весьма колоритный вид.

– Ну, вы тоже сейчас не похожи на порхающих бабочек, которыми кажетесь на сцене. – Девушки опять засмеялись: их вид мало чем отличался от вида самого Алексея. – Что нам делать теперь? – спросила Ниведа.

– Скоро торквисты убедятся, что на том берегу нас нет, и начнут утюжить лес из артиллерии и минометов. Надо уходить отсюда. Отойдем хотя бы на пять километров – устроим привал. Я понимаю, как вы устали. Я тоже. Но – надо. Через болото прошли без происшествий?

– Почти. Спасибо, что часто расставил вешки. Правда, Алика оступилась и провалилась почти по грудь, но ребята её вытащили.

– Молодцы. Ну, что, готовы? Вперед. Порядок движения прежний.

Девушки с оханьем начали подниматься с земли. Алексей занял своё место в голове колонны. Через полчаса позади них послышались вначале единичные, а затем всё более частые разрывы мин и снарядов. По плотности огня можно было судить, насколько разъярены торквисты. Они потеряли несколько сот человек убитыми и ранеными, не добившись никакого успеха, и теперь в бессильной ярости буквально перепахивали снарядами лес. Некоторые снаряды залетали и в район их нахождения, но, к счастью, рвались в стороне. А потом к артиллерии присоединилась и авиация. Впрочем, с тем же успехом. Побросав беспорядочно бомбы, самолеты вскоре удалились.

К сожалению, из-за мощной вспышки на солнце большинство приборов разведки на «Стремительном» временно ослепли, и Сан Саныч с Идеальной не смогли проследить, что чуть в стороне от бомбардировщиков один из самолетов сбросил отнюдь не бомбы, но сотню парашютистов-десантников. Они десантировались затяжным прыжком, раскрывая парашюты всего в сотне метров от земли, и вскоре кроны деревьев надежно укрыли их.

Участок леса, куда после переправы через болото выбрались артисты и Алексей, вклинивался в Черную топь в виде бутылкообразного отростка, протянувшегося километров на десять от основного массива. В узости, где этот отросток соединялся с большим лесом, и устроили свою засаду десантники. Отряд Алексея устроил привал километрах в четырех от места выхода из болота. Алексей дал на отдых девушкам всего полчаса. Он хотел довести их к вечеру до большого массива, где бы им уже ничего не угрожало. Там, снабдив артистов продовольствием якобы из своего тайника, он планировал оставить их. Однако все получилось иначе.

После привала они были в пути уже часа полтора. День клонился к вечеру. Измученные девушки брели из последних сил, поддерживаемые лишь мыслями об обещанной еде в конце перехода.

Алексей тоже устал смертельно. Тройной рывок через болото, несколько телепортаций и неоднократное вхождение в темп в процессе боя потребовали от него таких затрат энергии, что на восстановление её требовался полноценный длительный отдых. Поэтому он мечтал об окончании перехода ничуть не меньше артистов.

Только этой чрезмерной усталостью и можно объяснить то, что он заметил засаду торквистов слишком поздно. Усталостью, да ещё фоном помех, исходивших от самих артистов.