Чтение онлайн

Отчаявшись, Костыль прибегнул к радикальному средству. С утра он натянул самые старые свои зимние сапоги, а потом заклеил на них молнии мощным клеем. Язычки у замков снял плоскогубцами, чтобы вообще расстегнуть нельзя.

Отмазка была, конечно, гниловата. Это понимал сам Костыль, это понимали все остальные ученики. Но ничего лучшего он придумать не мог.

ТТ долго стоял над Костылем, раздумывал, сжимал правой рукой кольцо эспандера. Затем спросил змеиным голосом:

— Значит, заклинило, говоришь?

— Угу, — вздохнул Костыль, — заклинило…

— Сейчас поправим.

ТТ присел на скамейку напротив Костыля, схватил его за пятку. Костыль запоздало подумал, что надо было приклеить сапоги к ногам. ТТ мощным рывком растянул замок сначала на правой ноге, затем на левой. Все.

— Все, — сказал он, — иди, Мешок, разминайся. Сегодня сдаем прыжки.

Уже говорил, что книжку про школу стоило написать хотя бы из-за одной физкультуры. Посему в самой книжке физкультура заслуживает отдельной главы. Это не случайно. Поскольку физкультура — это не просто второстепенный урок в школьной программе, физкультура — это, не побоюсь сказать, культурное явление.

Объясняю, почему.

Физкультура фигурирует в большинстве кинематографиче-

ских и литературных произведений для детей. В фильмах и в книжках. Не математика, не иняз, а именно физкультура. Поскольку у главных героев таких произведений с физкультурой всегда нелады.

Обычно типовой главный герой выглядит так. Умный, благородный, мечтательный. И дохлый. Или, напротив, толстый.

Этакий милый плюшевый неудачник.

Ничего не умеет. В смысле «быстрее, выше, сильнее». А хочет быть ого-го! И вот каким-нибудь чудесным образом он этого «ого-го» добивается.

Заметьте — всегда чудесным — и никогда путем долгих изнурительных тренировок! То его заменяет робот-двойник, то он обнаруживает чудесное снадобье, а то просто становится оборотнем и рвет чемпионов по борьбе, как Тузик грелку. И все! Девочки в восхищении, у глупых качков отваливаются челюсти, а физрук предлагает записаться в секцию и обещает нехилые олимпийские перспективы.

Насколько я помню, всего лишь в одной детской книжке главный герой добивается своих физкульт-успехов длительными тренировками. Во всех остальных все по сплошному щучьему велению.

1$аш сын насьтал в глобус пшено, челл сорвал урок географии.

Запись в дневнике

Иногда, очень редко, герой, напротив, суперменист. Быстро бегает, подтягивается не то чтобы на двух руках, а на одной. Причем столько, сколько другие не подтягиваются на двух. Но, несмотря на все свои физкультурные доблести, супермены как-то сплошняком несчастливы.

Вот и получается, что куда ни плюнь — всюду физкультура. Она занимает так много места в жизни обычного школьника, что пройти мимо нее просто нельзя. Причем не только занимает место в жизни, но еще весьма значительному количеству школьников эту жизнь отравляет. В этом и состоит ее неприятная, даже какая-то парадоксальная особенность. Для тех, у кого с физической формой дела обстоят нормально, физкультуры будто вообще не существует. Физкультура для них — это отдых между занудной историей и еще больше занудной литературой. И эти счастливчики никак не понимают ребят, которые дрожат перед каждым подтягиванием или трехкилометровым забегом. У которых открывается сердцебиение, дрожат коленки, а во рту образуется пункт приема металла. Не понимают тех, кто боится физкультуру, как вампир чеснока. Кто здорово ее боится.

Где-то класса до десятого я сам физру просто не переносил. И каждый урок ожидал как казни смертной. Физкультура гипнотизировала меня, как королевская кобра гипнотизирует какого-нибудь там пустынного тушканчика.

И другие ребята физкультуры тоже побаивались. Вышеупомянутый Костыль, кстати, был моим одноклассником. Он на самом деле чего только ни придумывал, чтобы от физкультуры откосить. И все его придумки разбивались о противотанковость физрука. Честно говоря, страстью к откашивательным придумкам отличался не только он. Многие, многие этим грешили. Мне, например, физкультура до сих пор снится.

Снится.

Как во время забега расслоился растоптанный паркет и в ногу одного мальчика вогналась щепка, так что его даже увезли в больницу на «Скорой помощи».

Как у одной девочки в бассейне разошелся купальник, и все дружно над ней потешались, а она стояла в воде и плакала.

Как однажды физрук разбушевался и отвесил некоему задохлику крепкий подзатыльник.

Снится до сих пор.

Как я подтягиваюсь полтора раза, а потом грузным кулем валюсь на пол. Позорно.

Вообще-то я всегда думал, что физкультуру ненавидят одни лишь мальчики. Не все мальчики, конечно, а мальчики, в чем-нибудь ущербные. Толстые, слабые, ну, и так далее. Однако, к моему удивлению, оказалось, что это не совсем так. Оказалось, что физкультуру не любят и девочки. Причем не любят ничуть не меньше, чем мальчики. Физруки не дают жить и девочкам тоже. Но о физруках мы побеседуем ниже, оставим их на закуску. Для начала обратимся к самой физкультуре.

Кто же конкретно не любит физкультуру? Кто они, эти страдальцы, жертвы неусыпной заботы государства о воспитании сильных, ловких, умелых?

Во-первых.

Подростки, страдающие избытком веса, говоря по-простому, жирдяи (не стоит обижаться на это слово, ибо сам автор был таким в свое время, а значит, имеет выстраданное моральное право на употребление этого слова). Жирдяи как пола мужеского, так и пола женского. Конечно, есть толстяки, которые своим весом ничуть не заморачиваются, но количество их так мало, что ими можно вполне пренебречь.

Участь толстого парня или толстой девчонки в школе вообще незавидна, на физкультуре же вся злоба дней обрушивается на толстяка в стократном размере.

Еще бы. Все остальные ребята прыгают в длину и высоту, лазают по канату, подтягиваются, отжимаются, качают пресс. А толстяки без опозоривания могут лишь пульнуть мячик в баскетбольное кольцо. Ну, еще кое-как построиться.

Остальное ничего не получается.

А если толстяки подходят к канату, то начинается форменная потеха. Толстяк прыгает на канат, раскачивается на нем, а вверх все равно не двигается.

:— Пузо не пускает! — комментируют одноклассники.

— Трудовая мозоль, — сгущает градус остроумия физрук.

— Петров, ты что, беременный? — спрашивает безжалостная Вера Клюквина.

Затем следует коронное, про жиромясокомбинат.

Ситуация усугубляется тем, что избыток килограммов и запись в медкарте «ожирение 2-й степени» не избавляют толстяков и толстушек от сдачи нормативов.

Хорошо, если физрук толерантен и из милости натягивает «трояки». А если нет? Если он обычен? Если это упертый тип и на уступки идти не собирается?

Выхода, кажется, нет…

Выход есть, но он труден.

Надо худеть.

Остальные решения — полумеры.

Похудение, кстати, решит проблемы не только с физкультурой, но и вообще значительную часть жизненных

трудностей. А самое главное — ты перестанешь чувствовать себя вечным изгоем, существом второго сорта. Ведь пребывание во втором сорте затягивает, можно завязнуть надолго. Если не навсегда.