Чтение онлайн

Уже кажется не таким сложным, и мысль об этом делает меня счастливой.

Одно сразу же… Я ломаю себе голову. Гм… я правда могу это сделать?

Я нерешительно беру мобильный телефон и пишу сообщение для фрау Шустер. Она удивится, ведь уже почти четыре часа утра, но, пожалуй, так моя болезнь будет даже более правдоподобной.

«У меня болит живот, завтра не приду. Всего хорошего».

Этого должно хватить. Я прячусь под одеяло, и тут меня озаряет. Я снова хватаю телефон и пишу Кате:

«Я завтра не иду на работу, не буди меня, пожалуйста, спасибо».

Жизнь может быть такой простой? Чудесно! Я засыпаю с улыбкой на лице.

Я проснулась около одиннадцати и чувствую себя прекрасно. Сегодня у меня будет и правда классный день – без работы и без утренних проблем с Катей. У меня мурашки по всему телу, так я взволнована. Я читаю в своем смартфоне язвительный Катин ответ, пришло сообщение и от фрау Шустер, но они меня не задевают. «Сегодня я воин, никто мне ничего не сможет сделать», – думаю я с усмешкой. Я борюсь за свою прекрасную жизнь. Прежде чем встать, я просматриваю свой список и ставлю галочку напротив первого пункта. С ума сойти!

Читаю дальше: «Пробежка». Мое тело почему-то кажется более легким, чем когда бы то ни было, поэтому я вскакиваю с кровати, надеваю спортивный костюм и сверху толстовку с капюшоном, чтобы меня никто не узнал. Я же вроде как больная. Не успеваю передумать, как уже бегу по парку. Мне немного неловко. Что, если меня поймают? Но поскольку каждый нормальный человек в это время на работе, со мной ничего не должно случиться. На всякий случай я опускаю капюшон на лицо, хотя от этого потею еще сильнее. Я продвигаюсь медленно, а временами просто быстро иду, но мне не обязательно становиться лучшей в мире бегуньей после такого долгого перерыва. Я начала, и это главное, и сегодня меня распирает не от злости, а от гордости. Сомневаюсь, что мне вообще знакомо это чувство. После успешной пробежки я возвращаюсь домой, принимаю душ и иду на кухню. Мне плевать на Катин ножик для джема, я кладу его в посудомоечную машину и завариваю кофе. Только для себя, а не для кого-то еще. А перед тем как взять в руки телефон, делаю себе булочку с нутеллой. Остался еще один пункт в списке, и я немного волнуюсь. Я ищу в интернете уроки пения в моем районе – дешево и желательно прямо сегодня, потому что не уверена, что завтра не стану прежней. И действительно, в конце концов я нахожу женщину, которая предлагает пробные уроки по средам. И живет она всего в получасе ходьбы отсюда, а цена вполне приемлемая. Да ладно, я ей сейчас просто напишу… У нее, наверное, все равно времени нет, а я выполню свое последнее задание. Я печатаю сообщение преподавательнице вокала, убираю посуду после завтрака и включаю свой плейлист, чтобы во все горло подпевать любимым песням и танцевать при этом. Почему-то у меня даже есть желание убраться в квартире. Это странно? Какая разница, время у меня есть, почему бы не устроить уборку.

Телефон подает сигнал. Преподавательница пишет, что у нее есть время сегодня в семь часов вечера. О боже мой… Это все взаправду, и я так волнуюсь – невозможно себе представить.

Я продолжаю энергично убираться, чтобы подавить волнение. Я бы очень хотела почитать дальше книгу, но там написано, что до вечера нельзя. Так что я держу свои руки подальше и разминаю голос перед предстоящей авантюрой. Репетирую свои любимые песни и весело напеваю, пока не настает пора выходить (и уйти как раз вовремя до возвращения Кати домой).

В сообщении говорилось, что мне надо позвонить доктору Йода. Чего? Кабинет лор-врача… Но именно это указано в сообщении. Нажимаю на звонок, и тут же гудит механизм открывания двери. Прохожу через ворота во внутренний дворик с небольшой детской площадкой. Несколько шалунишек съезжают с горки и качаются на качелях. Уже довольно поздно, разве им не пора идти спать? Это район, где у людей есть деньги и дети, и когда-нибудь мне бы тоже хотелось здесь жить. Только сомневаюсь, что я когда бы то ни было смогу себе это позволить – я даже не могу заплатить за обычный еженедельный урок пения. В конце двора я дохожу до коридора, где в дверях стоит красивая женщина – моя сегодняшняя преподавательница вокала. Ух ты, эта женщина излучает столько жизнелюбия, что у меня мурашки по спине. А сердце выскакивает из груди.

– Привет, рада тебя видеть.

– Привет, – и больше я не издаю ни звука. Что я могу сказать такой красивой женщине? Мне не по себе. Что я тут забыла? Опозорюсь по полной. Может, быстренько убежать?

– Волнуешься?

Я киваю. Как неловко, я и правда не могу ответить. У меня шок.

– Это нормально. Я заварила нам чай. Можешь повесить здесь свою куртку.

Она мягко толкает меня в дверь и ведет в один из кабинетов.

– Я делю помещение с подругой. Она когда-то отказалась от искусства и предпочла солидную работу, и хотя я время от времени ей помогаю, в основном зарабатываю на концертах.

Она протягивает мне чашку чая:

– Кстати, я Макси.

Даже имя у нее красивое.

– Все картины здесь нарисовала доктор Йода. Если хочешь, можешь осмотреться.

Я пользуюсь случаем, чтобы оторвать от нее взгляд и рассмотреть картины на стенах. Ничего себе, я окружена искусством.

– Очень красиво.

– Да, она и правда невероятная. Она берет отпуск, чтобы с утра до вечера заниматься своей страстью – живописью.

– Она жалеет?

– О чем?

– Что стала врачом. Это, видимо, было непростое решение.

– Нет, я так не думаю… но, в конце концов, а что легко…

Макси смеется и поворачивается к картине, так что я могу спокойно посмотреть на нее со стороны. У нее стрижка боб разных оттенков синего. Я считаю, что эта прическа великолепна, но сама бы никогда не осмелилась на такую. Во-первых, мне тогда пришлось бы укладывать ее каждый день, а это не по мне, а во-вторых, никто в офисе этого бы не одобрил. А что бы сказал Эрик, если бы его девушка пришла с короткими синими волосами? Хотя он, наверное, даже не заметил бы. У Макси на запястье штук двадцать серебряных браслетов. Ее глаза сильно накрашены, а губы нежно-розового цвета. Загорелое лицо выглядит очень мягким. В этот момент она поворачивается ко мне и улыбается. Зеленые глаза излучают то, что трудно выразить словами. Страсть? Энергию?

– Хочешь рассказать мне немного о себе? Например, почему ты здесь?

Мои ладони взмокли, и я осторожно вытираю их о штаны.

– На самом деле я и сама не знаю.

– Все так говорят, но при этом знают совершенно точно. Доверься себе. Первый шаг самый трудный, но ты смелая – ты здесь, даже если тебе кажется, что ты очень боишься.

– Но я понятия не имею, почему мне так страшно.

– Мы всегда немного боимся вещей, которые несут с собой перемены. Но я думаю, где-то внутри себя женщина точно знает, какие решения в жизни правильные, а какие нет. Мы это чувствуем. И даже если заблудимся, то выйдем обратно на правильный путь.

– И пение для тебя – часть правильного пути?

Глупый вопрос, Юля, – она профессиональная певица.

– Конечно. Я думаю, что творчество – это наша неотъемлемая часть. Если мы отсекаем ее от себя, потому что думаем только о деньгах или обязательствах, кусочек нас тоже умирает. Мы теряем интерес к жизни, в какой-то момент впадаем в депрессию, потому что выбираем неправильные вещи, а потом срабатывает детонатор. Сегодня мы называем это выгоранием… В это время мы часто возвращаемся к искусству. Есть много способов. Арт-терапия, игра на музыкальном инструменте, пение в хоре или сочинение стихов. И именно так мы находим путь обратно к жизни. Если нам удастся восстановить эту творческую часть, мы останемся живы – все довольно просто. Если мы забудем о ней и снова ее подавим, депрессия очень быстро вернется.

– Ничего себе. Никогда не смотрела на это с такой стороны.

– Большинство из тех, кто приходит сюда, всегда хотели петь, но им никогда не хватало смелости, потому что быть верным своему творчеству не считается нормой в нашем обществе – в отличие от спорта. Или они пели раньше, а потом их кто-то раскритиковал, и им стало так стыдно, что они решили бросить все и никогда больше к этому не возвращаться. Ты принадлежишь к которому из двух типов?

– Думаю, что скорее к первому.

– Это и правда очень здорово, что ты нашла в себе смелость прийти.