Чтение онлайн

Мы встречаемся в «Приключениях Пиноккио» с такими предупреждениями: «все ленивые мальчишки, которые отвернулись от книг и учителей и проводят свои дни в играх и развлечениях, рано или поздно должны стать ослами, все без исключения» [9] .

Иногда назидательность доходит до крайности. Когда Пиноккио в гостях у Феи с лазурными волосами отказывается принимать лекарство, она велит внести для него пустой гроб (!). После же того, как он уступает, между ними происходит следующий диалог:

«– Почему же ты так долго заставлял себя упрашивать?

– Потому что мы, дети, всегда такие. Мы больше боимся лекарства, чем болезни.

– Стыдитесь! Дети должны знать, что хорошее лекарство, принятое вовремя, может их спасти от тяжелой болезни и даже от смерти».

Подобное нравоучение здесь выглядит неуместным – оно по своей мелочности несопоставимо с глубиной проблематики сказки. Надеяться же на то, что дети после прочтения этой сцены будут безропотно принимать лекарство, довольно наивно.

Финал сказки неоднозначен. С одной стороны, он окрашен в радужные тона. Пиноккио не только получает прощение «за прежние проделки», но и переселяется с отцом в новый уютный дом, потому что «скверные дети, становясь хорошими детьми, обретают способность делать все вокруг себя новым и прекрасным». А в довершение всего герой превращается в настоящего мальчика и очень счастлив. Но вот сцена, когда он смотрит на прислонившегося к стулу деревянного человечка, которым он был совсем недавно, вызывает у многих детей чувство дисгармонии, иногда им даже становится страшно. И эта реакция вполне объяснима. Вот это описание: «Голова его была свернута набок, руки безжизненно висели, а скрещенные ноги так сильно подогнулись, что нельзя было понять, каким образом он вообще может держаться в вертикальном положении». А ведь эта «большая деревянная кукла» – тот Пиноккио, которого уже успели полюбить читатели…

Русскому читателю известно и знаменитое переложение «Приключений Пиноккио» на русский язык, сделанное Алексеем Николаевичем Толстым (1882–1945). «Золотой ключик» и сказка Коллоди, совпадая до определенного момента, сильно друг от друга отличаются. У Толстого это, прежде всего, история о веселом, озорном деревянном мальчугане.

О глубине сказки А.Н. Толстого говорить не приходится, но отсутствие чрезмерной назидательности делает ее едва ли не более приемлемой для детского чтения, чем сказку К. Коллоди.

Безусловно, христианским писателем является живший в Англии Джорж Макдональд (1827–1905). Его сказки можно с некоторыми оговорками назвать нравоучительными проповедями. Так, одна из его лучших сказок «Невесомая принцесса» – история о том, как красивая, но эгоистичная наследница престола, полюбив человека, готового отдать ради нее жизнь, становится по-настоящему прекрасной. К тому же в этот момент разрушается заклятие злой колдуньи, и принцесса теряет свою невесомость и становится такой же, как все люди. Смысл этой аллегории очевиден – сострадание и любовь делают человека человеком, а кроме того, открывают перед ним возможность земного, обычного счастья. Эта сказка (что нельзя сказать обо всех сказках писателя) обладает легкостью, изяществом и остроумием.

«И это притяжение? За что вы его так славите? – сказала она принцу однажды, когда он в очередной раз помог ей встать с пола. – Честное слово, без него мне было гораздо удобнее.

– Нет, это не притяжение. Вот что такое притяжение, – ответил принц, поднял ее на руки и понес, осыпая поцелуями. – Вот это и есть притяжение.

– Так-то лучше, – сказала она. – Против такого притяжения я не возражаю».

Одна из самых известных сказок Макдональда – «Потерянная принцесса». Эта сказка-аллегория, поэтому ее иногда сложно понимать. Автор в конце замечает: «В ней много смыслов, а сколько – разберитесь сами. Если вам покажется, что у нее нет конца, я скажу вам, что не бывает окончательных историй». Писатель считает: «Того, что написано, будет много для тех, кто читает лишь разумом, и достаточно для тех, кто задумается и вздохнет, закрывая книгу».

В центре книги – две гордые девочки: дочь короля – Розамунда и дочь пастуха – Агнес. Первой родители внушают, что она «не кто-нибудь», а второй – восхищаются, что бы она ни сделала.

Обе они считают, что «их капризы и прихоти важнее всего на свете». Обе попадают в дом мудрой женщины, которая, чтобы помочь им избавиться от гордыни, заставляет пройти через множество испытаний. Принцесса, гордость которой наяву, снаружи, и которая так привыкла к тому, чтобы быть плохой, «что не отличала добро от зла», в конце понимает, что была нехорошей, и называет себя «жалким, гадким, грубым, капризным созданием». Для нее это только начало пути, на котором она «должна делать добро, когда не хочется, и не должна делать зло, когда хочется», пути к той Розамунде, какой она должна быть, какой сотворена Богом.

Агнес же, в которой главным было «уверенное самодовольство», остается такой, какой была, и мудрая женщина от нее отступается – человек ведь свободен, и против воли спасти его невозможно. Хотя это утверждение в сказке звучит довольно мрачно. Финал тоже не оставляет радостного чувства.

«Потерянная принцесса» – сказка, которая заставляет задуматься об очень серьезных вопросах. Хотя иногда размышления Макдональда слишком сложны для понимания, а аллегорический смысл остается неясным. При этом сказка изобилует авторскими разъяснениями происходящего, их нравственной оценкой. Это выглядит нарочито и портит сказку. Так, в тексте можно встретить рассуждения о «ветхом, призрачном “я” человека, о том, что у гордой девочки “нынешнее тело выросло бы красивым с виду, но другое тело, невидимое – то, что выйдет на свет после смерти, – искорежилось бы словно куст, который сотни лет уродуют и бьют соленые морские ветры”. Эти мысли представляются недоступными для детского понимания [10] .

Аллегории и размышления писателя оказываются такими же сложными, как сложны, а порой и пугающи, испытания Агнес и Розамунды.

Но есть в сказке Макдональда и простые, ясные мысли, которые доступны пониманию и взрослого, и ребенка. Трудно не согласиться, например, со следующей фразой: «Никто не может стать настоящей принцессой, пока не сумеет научиться властвовать собой, другими словами – делать то, что делать не хочется. Да, пока нашими действиями правит настроение, мы – рабы, а не властители» [11] .

В своем творчестве английский писатель Оскар Уайльд (1854–1900) декларировал принципы эстетизма. «Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги хорошо написанные или плохо написанные. <…> Не приписывайте художнику нездоровых тенденций: ему дозволено изображать все». Это утверждение бездуховности искусства, равно как и принципы аморализма, которые Уайльд исповедовал в повседневной жизни, не могли не сказаться и в его сказках.

Хотя есть у него и сказки, близкие христианству – «Счастливый принц» и «Великан-эгоист». Однако и в них присутствует какой-то трагический надлом, ощущение неизбывного одиночества. Даже эти произведения, наверное, не стоит читать детям. Лейтмотив «Счастливого принца» – людские страдания, которые, по мысли писателя, есть «самое удивительное в мире». Статуя принца, отдающая все свои сокровища беднякам и отправленная в переплавку, и птица, ради любви к принцу не улетевшая в теплые края и погибшая, оказываются для Бога самым ценным, что есть в городе.

В сказке «Великан-эгоист» за эгоизм человек наказывается пустотой сердца, а доброта получает заслуженную награду. Хотя следует заметить, что в этих сказках присутствуют излишняя сентиментальность и эстетическое любование страданием. В частности, в «Великане-эгоисте» говорится о мальчике с ранами на теле от гвоздей, которые «породила любовь». Этот несколько странный образ напоминает читателям о Христе, но производит болезненное впечатление.

В сказке «Мальчик-звезда» себялюбивый, гордый и жестокий по отношению к людям и животным герой, который «точно околдован своей красотой», не слушает слов священника: «Кто ты такой, что осмеливаешься приносить страдания в сотворенный Богом мир?» Он отрекается от матери, пришедшей в образе нищенки, и сам становится безобразным. Теперь от него отворачиваются птицы и звери, а люди потешаются над ним. Мальчик у всех спрашивает, где его мать, но узнает лишь, сколько горя он принес в этот мир. «Ты убил мою мать, может быть, ты разыскиваешь свою, чтобы убить ее тоже?» – так отвечает ему Белочка.