Книги, пронизывающие века
Шрифт:
Типография Медичи в Риме в 1599 г. выпустила великолепное двухтомное (около 900 страниц) издание "Канона", впервые напечатанное на арабском языке по рукописи, хранящейся во Флоренции. Оно было вызвано к жизни возросшими научными требованиями, стремлением, с одной стороны, глубже (а значит, и более критически) взглянуть на "Канон" по подлиннику; с другой стороны, на наш взгляд, оно показало, что "Канон" уже теряет былой престиж, воспринимается отчасти уже как "литературный памятник", хотя он и сохраняет свое прежнее значение еще более полувека.
Одновременно продолжали распространяться, особенно на Востоке, и рукописные копии. Большой объем и высокая цена "Канона" привели к тому, что в широкое употребление вошли разного рода переделки и сокращения его. Наиболее известны из них "Сокращение Канона" ал-Карши (XIII в.) и "Маленький Канон", составленный в XIV в. ал-Джагмини.
Еще сам Ибн Сина подал этому пример, создав "Сокращение Канона" в стихах. Написанное в учебных целях "Сокращение..." имело большой успех. Оно было также впервые переведено на латынь Герардом Кремонским.
В России Ибн Сина под именем Авиценны был известен с XVI в. Следы влияния "Канона" можно обнаружить в русских средневековых "Лечебниках" и "Травниках".
...Ибн Сина родился на территории нашей Родины. Его гений воспитала культура древних народов Средней Азии. Научный подвиг ученого не может не вызывать у соотечественников особого чувства признательности своему великому предку. Одним из выражений такой признательности и свидетельством неиссякаемого интереса к наследию мыслителя явилось издание Академией наук УзССР в начале 50-х гг. полного текста "Канона" в 6 томах на узбекском и русском языках. Перевод для него сделан с одной из древнейших копий - арабской рукописи XII в.
Так произошла перекличка веков. И так продолжается судьба знаменитой книги. Потому что когда мы обращаемся к литературному или научному памятнику, мы не только питаем свою любознательность, но и черпаем из него главное, всегда остающееся современным,- его гуманистическое содержание. В этом единство культуры - той "энергосистемы", в которую одновременно "подключены" и мыслитель, живший почти тысячу лет назад, и мы с вами.
Что читать
Ибн Сина. Канон врачебной науки. Ташкент, 1954- 1956, кн. 1-2.
Воскобойников В. Великий врачеватель (Авиценна). М.. 1972.
Ромадин В. Великий ученый Средней Азии Ибн Сина. М, 1969.
Семенов А. Абу Али Ибн Сина. Душанбе, 1957.
Терновский В. Ибн Сина. М, 1969.
"Книга" Марко Поло
Конец XIII в. Генуя и Венеция ведут длительную кровопролитную войну за господство на море. Разыгрываются морские сражения - большие и малые. В одном из них, не оставившем следа в истории, генуэзцы взяли в плен галеру, которой командовал венецианец Марко Поло.
Для нас Марко Поло - замечательный путешественник, автор книги, обошедшей весь мир, а для победителей он был всего-навсего военнопленным, за которого можно получить выкуп.
...Пленных доставили в Геную и бросили в подвальное помещение дворца. (Эта громада из красного кирпича и камня, увенчанная высокими зубцами, с полукруглыми окнами и открытой аркадой сохранилась до наших дней).
Содержались пленники в ужасных условиях, они страдали от тесноты и плохой еды, их томила неволя и тоска по дому.
Единственное развлечение - воспоминания о прошлом. И здесь-то купец Марко Поло оказался незаменимым собеседником и рассказчиком. Рассказать своим товарищам по несчастью он мог многое. Ему довелось побывать на краю света, познакомиться со многими странами и народами.
...Когда Марко исполнилось семнадцать лет, старшие Поло - отец и дядя - взяли его с собой в далекое путешествие по странам Азии, которое продолжалось четверть века. Из них семнадцать лет Марко Поло находился на службе у великого монгольского хана Хубилая, империя которого раскинулась от Тихого океана до Карпат и от Ледовитого - до границ Индии.
Еще в юности Марко отличался острой памятью и завидной наблюдательностью. Теперь, в плену, выяснилось, что он умеет и увлекательно рассказывать. Он говорил, и перед слушателями возникали разнообразные картины: зеленые долины Афганистана и молчаливые громады Памира, предгорья Тибета и бескрайние пустыни Гоби. Товарищи по несчастью узнавали от Марко о ловле жемчуга у берегов Цейлона и об охоте на тигров...
К занятным рассказам пленника прислушивались и стражники, а потом разносили их по городу. В тюрьму стали наведываться даже знатные жители Генуи, чтобы из уст самого путешественника узнать о диковинных местах. Предание гласит, что Мврко Поло наскучило повторять одно и то же, и он решил запечатлеть свои рассказы на бумаге, чтобы любопытные могли обращаться к рукописи, не беспокоя его самого, господина Марко Поло.
Здесь же, в Генуе, много лет томился в плену автор рыцарских романов Рустичано из Пизы. Он-то и стал записывать рассказы венецианца и, надо полагать, делал это без удовольствия. Так родилось произведение, которому сам Марко Поло не дал никакого названия. Сейчас его называют просто "Книгой".
Любопытно отметить, что Поло и Рустичано говорили на разных диалектах (единый итальянский язык в то время еще не сложился). Поэтому "Книга" писалась на старофранцузском языке. Семь столетий назад он считался языком международным.
Конечно, даже человек с острой памятью, какой был наделен Марко Поло, не смог бы запомнить такое обилие географических названий, фамилий, дат, названия животных и растений. Он пользовался краткими записями, которые вел во время путешествия. Известно, что из тюрьмы он посылал га ними кого-то в Венецию. О том, что Поло обращался к этим записям, есть упоминание в самой "Книге": Марко "старался быть как можно внимательнее, примечая и записывая все то новое и необыкновенное, что приходилось слышать или видеть".
...В Тебризе Марко впервые увидел величайший в мире рынок жемчуга. В Саве он записывает замысловатую легенду о почитании огня у персов. В цветущей долине Ирана его поразили быки с белыми горбами и овцы с жирными хвостами, "хвосты у них толстые, большие, в ином весу фунтов тридцать!"
О себе путешественник говорил очень мало. Почти не упоминал о трудностях, которые пришлось преодолеть купцам, прежде чем они добрались до великого хана: голод, жажда, снега горных перевалов, огромные пространства знойных пустынь, нападения разбойников и суеверный страх перед неизвестным. Воля, выносливость, терпение и предусмотрительность дали возможность Марко Поло и его спутникам благополучно завершить путешествие.
...Шли дни плена. Прибавлялись и прибавлялись главы о неведомых странах. Персия, Средняя Азия, Китай, Цейлон, Ява, Суматра, Индия. И всюду Марко Поло подмечает что-то необычное, яркое, своеобразное. Поведал путешественник и о Памире, о том, как тускло горит на этой высоте костер, о том, что здесь не видно птиц: "из-за холода они не поднимаются так высоко в горы". Неожиданностью оказалась для него и встреча с дикими овцами.
Он говорит о неведомой в Европе охоте на китов в Индийском океане при помощи гарпуна, о змеях с ногами (крокодилах) и способах их ловли. На Мадагаскаре, слышал Марко Поло, водится гигантская птица Рух. "Если она расправит крылья, так в них тридцать шагов..." Это было воспринято читателями как очередная небылица, сказочный вымысел. Только в XIX в. ученые узнали о некогда жившей на Мадагаскаре гигантской птице. Тогда были найдены кости и остатки яичной скорлупы. Птица-исполин, правда, не могла поднять и унести слона, как утверждал Марко, но рост ее достигал трех метров- а это высота слона. Эпиорнис - так назвали эту птицу, теперь уже ископаемую (но Марко Поло мог ее видеть).