Чтение онлайн

– Они согласились помочь нам бежать, - скороговоркой пересказал Даня Павлу.
– Ох, Абель, прошу вас, говорите, что вы там решили?

– Решили отправить вас не позже послезавтрашнего вечера, вернее, ночи, - обратился уже прямо к нему Абель.
– Нужно, чтоб это было в нашу смену. Ведь вас приводят к шахтам раньше, чем приходим мы, и уводят уже после того, как мы кончили работу и поднялись на поверхность. Так?

– Так, так, - подтвердил Даня, наскоро переводя Павлу то, что говорил Абель.

– Значит, довели вас до шахты, пересчитали, как стадо, втолкнули в клеть, и до свиданья, до позднего вечера?
– продолжал Абель.

– Да-да, именно так, - кивал Даня.

– Вот Шарль и считает: надо, чтобы вы ушли из шахты вместе с нами. Если мы вас переоденем в наше платье, дадим вам лампочки, шлемы, вы, пожалуй, сможете выбраться посреди нашей толкучки незамеченными.

– Правильно! Здорово придумано!
– одобрил Павел.
– Наверняка пройдем.

– А дальше как?
– спросил Ганчевский.
– Куда и как пойдут ребята?

– Дальше мы дадим им адреса наших людей, раздобудем для них карту. Компас у меня есть, - продолжал Абель.
– Надо дать адреса таких людей, у которых они могли бы укрыться, если их будут преследовать или если они попадутся на глаза бошам по дороге. Всем известно: кордоны стоят не только на шоссе, но часто и на проселках. Наткнешься на такой кордон - пиши пропало. А в Аррасе, Сен-Кантене и других городах побольше - всюду немецкие комендатуры и гестапо... Шарль советует все это заранее хорошенько продумать, чтоб не подвести ребят. Ведь они штрафники. Если попадутся теперь - им гроб!

Флоден длинно и мучительно закашлялся - уголь так забил ему горло, что мешал говорить.

– Ребятам надо подаваться туда, где нет бошей, в неоккупированную зону, - прохрипел он наконец.
– Мой совет тебе, Дени, пробираться быстрее к границе Швейцарии. Удастся вам перейти границу, - вы спасены. Сможете там отсидеться до конца войны.

– Да что вы говорите, Флоден!
– возмутился Даня.
– Разве мы для того бежим, чтобы где-то отсиживаться, пережидать войну? Наоборот, мы хотим как можно скорее попасть туда, где воюют. Мы хотим сражаться. Разве вы думаете, что мы меньше вас ненавидим фашизм?!

Он повернулся к Павлу:

– Понимаешь, Флоден предлагает, чтоб мы бежали в Швейцарию и там отсиживались до окончания войны!

– Пускай он такие свои идейки бросит, - сердито сказал Павел.
– За кого он нас принимает, в конце концов? Что мы, дезертиры, что ли?!

Флоден засмеялся, увидев сердитые лица ребят: он и без перевода все понял.

– У, какие храбрые утята!
– Он явно подтрунивал над двумя пареньками.
– Ты слышишь, Абель, они непременно хотят воевать. Что ты на это скажешь?

– Скажу, что одобряю ребят, - отозвался Абель.
– Вот я кое-что принес вам обоим.

Он вынул из внутреннего кармана комбинезона листок бумаги. Бумага была потрепанная, сильно потертая на сгибах, как будто ее много раз развертывали и читали. А может, носили глубоко запрятанной под рубашкой...

Но все это пришло в голову Дане много позже. А в тот миг, в штольне, он увидел под светом шахтерской лампочки расплывшийся фиолетовый карандаш, и по глазам ему ударили давно не виденные русские буквы.

Павел с любопытством глянул через Данино плечо.

– Что за листочки? Ба, гляди, по-нашему написано! Дай-ка сюда!

Он выдернул листок из рук Дани. Медленно, запинаясь, с трудом разбирая расплывшиеся буквы, он прочел:

– "Выполняя свой долг перед Советской Родиной, я одновременно обязуюсь честно и верно служить интересам французского народа, на чьей земле я защищаю интересы своей Родины. Всеми силами я буду поддерживать моих братьев-французов в борьбе против нашего общего врага - немецких оккупантов". Все.
– Павел поднял голову.
– Ни подписи, ни числа нет. Что это такое, Данька, как ты думаешь? И кто это писал?

– По-моему, что-то вроде присяги, - неуверенно сказал Даня. Он обратился к шахтеру: - Где вы это взяли, Абель? И что это такое?

– Неужто не догадался?
– Абель посмотрел на "маленького русского". Таких, как вы, немало сейчас у нас во Франции. Вот ваши люди и дают такое обещание, когда вступают в отряды франтиреров.

– Как, значит...
– начал Даня.
– Значит...

– Да, есть у нас ваши люди, - кивнул Абель.
– Сам я, правда, с ними не встречался, но знаю, что они сражаются вместе с нашими. Кажется, Шарль встречал многих русских.

– Так ваш Шарль может...
– Даня запнулся.

– Шарль считает, что вам надо пробираться в Париж, - решительно прервал его Абель.
– Там есть нужные люди, вам помогут с ними связаться. В Париже вы получите указания и сможете войти в одну из групп.

– В Париж?
– переспросил невольно Даня.
– Неужто идти в Париж?

– Да. А теперь за дело!
– И Абель опять вытащил что-то из внутреннего кармана своего бездонного комбинезона. На этот раз это была небольшая карта.
– Благодарите Флодена, это он уломал сынишку отдать вам свою карту с календариком.

Флоден засмеялся:

– Ну, моего Пьера уговаривать не пришлось. Как только я напустил на себя таинственный вид и сказал, что мне нужна карта для двух русских товарищей, он сейчас же отдал ее мне.

Пять голов склонилось над картой. Черный палец Абеля медленно передвигался по красным и зеленым квадратам, и за ним внимательно следили четыре пары глаз. Абель немного нервничал: надо было объяснить ребятам все как можно подробнее и понятнее, а до конца смены оставалось около часа. К тому же с минуты на минуту мог появиться кто-нибудь из начальства.

– Выйдете отсюда боковыми улицами на южную дорогу.
– Глухой голос Абеля стал еще глуше.
– Компас я вам дам. Держитесь лесов и кустарников, а приблизитесь к городам, пробирайтесь окраинами или старайтесь их обойти. Главных магистралей избегайте, сельские проселки куда надежнее. Дорога ваша, я вам уже показал, идет на Аррас, Боме, Бапом. Оттуда двинетесь на Перонн, Сен-Кантен, Лаон.

– В Аррасе и Перонне и вообще во всех городках покрупнее непременно есть немецкие комендатуры и гестапо, - вмешался Флоден.
– Там, если попадетесь, крышка!