Чтение онлайн

обычно, на конечной остановке автобуса, расположенной перед зданием Аэропорта. Под

лавкой, свернувшись клубком, дрожала псинка. За грязью угадывалась белая шерстка,

одно черное ухо и настороженные глаза. В сумке кстати находился не съеденный в

обед бутерброд, аппетит приходил редко.

– На, поешь, легче станет...

Подсунула под нос хлеб с колбасой. Собака не взяла, смотрела внимательно, слушала,

но не прикоснулась к еде.

– Не бойся, не отравлено. Я от души. Поверь, пожалуйста...

Псинка подползла ближе, понюхала, и начала аккуратно откусывать по маленькому

кусочку. Съев, опять отползла вглубь под лавку.

– Не дело тебе здесь лежать, обидеть могут. Собаколовы поймать и на мыло отправить,

или пьяные издеваться. Время к ночи. Люди не все добрые, наркоманья отмороженного

развелось, район тут не спокойный. Случайно под колеса угодить можешь. Откуда ты

только тут взялась? Видно же, что умная, а не дикая приблуда. Домой пригласить не могу,

у меня живут два дворовых пса - сторожа, не примут они тебя. Но и здесь оставаться

опасно. Я домой через парк иду. Попробуем найти там место суше, теплее и спокойнее?

Ты как? Пойдешь со мной?

Собака вылезла из-под лавки, стала рядом, заглядывая в лицо. Поняла. Доверилась. А

она славная. Роста среднего, обычная дворняжка, но ладная такая! Впервые за

последний месяц в душе Лики зашевелились чувства и интерес. Захотелось сделать для

собачки все возможное и невозможное.

От остановки пошли вглубь парка. Лика зажгла светлячок. А что? Собака не понимает,

не расскажет, не сочтет опасной или сумасшедшей. Людей рядом нет. Зачем отказывать

в удобствах? Нашли заросли кустов погуще. Лика переплела ветки, чтоб получился

вместительный, даже для человека, шалашик, сделала непромокаемым, просушила

внутри землю и траву, намагичила постоянный подогрев почвы. В углу вызвала из земли

родничок, вокруг сложила чашей камешки для удобства пить свежую водичку. Она была

счастлива, так ее захватила забота о собачке, такой же как она, потерянной и одинокой.

Ей ничего не стоит изменить собачью жизнь. С сегодняшнего дня она будет о ней

заботиться – приносить еду, проводить вместе свободное время, гулять, играть.

В шалашике собака осмотрелась, принюхалась и легла по-хозяйски, расслабленно

вытянув лапы. Лика, довольная как питон, развалилась рядом, гладила по грязной

шерстке, смотрела в потолок и наслаждалась. Прошептала очищающее и высушивающее

заклинание, рукой аккуратно вынимала репей, расплетала клубки сбитой шерсти и

любовалась преображением девочки. Наколдовала по углам цветочки для красоты, уюта

и приятного запаха. Дамы они или как?

Собака разнежилась и начала дремать. К тому времени дождь прекратился и совсем

стемнело.

– Уже поздно. Мне пора. Утром я принесу поесть. Будешь ждать меня здесь?

Собака кивнула. Вообще бомба, какая она понятливая!

– А можно я буду звать тебя Норой?

Собака вильнула хвостом и опять кивнула головой.

Лика почесала ее за ухом на прощание, вышла из теплого убежища, наложила

защитные щиты, чтоб никто не увидел, не проник, не потревожил и, улыбаясь, потопала

домой.

Так началась их дружба. Каждый получил в ней то, в чем нуждался больше всего. У

Норы появилась своя безопасная конура. У Лики существо, при котором можно быть

самой собой и делиться всем. Каждое утро она приносила Норе еду, потом та провожала

ее на автобус и шла по своим собачьим делам. Вечером, точно зная, когда Лика вернется,

встречала на остановке. Шли в шалашик ужинать купленными вкусняшками и проводили

время вместе до темноты. По выходным важно гуляли по району, гоняли наперегонки по

парку, играли с палкой и мячом, валялись расслабленно в шалашике. И Лика говорила.

Много. Выплескивала все года в Безвременье, жаловалась, хвасталась, смеялась,

плакала. Столько всего было! Нора внимательно слушала, идя рядом, сидя или лежа,

положив голову ей на колени, или ходя кругами. Она никогда не была безучастной.

Мимикой, движениями, лаем, поскуливанием переживала истории вместе с Ликой.

Самый настоящий друг, ну и что, что собака!

Так прошли осень, зима. Наступила весна. Первые теплые деньки. Люди

приободрились и начали всё ремонтировать, подкрашивать, перестраивать. В Аэропорту

тоже копошились какие-то рабочие, приближая здание и территорию к европейским

стандартам.

В середине марта на одном из складов случился пожар. Местное телевидение в

экстренных новостях показывало, как доблестные пожарные борются с огнем, как

участковый пытается разобраться в причинах. Лика порадовалась, что защита на их с

Норой убежище была от всех стихий и вмешательств, огонь не может принести вреда,

чужаки увидеть и разрушить.

Утром, собрав еду, понеслась кормить подругу и успокаивать, наверняка,

перепугавшуюся ночного шума. Но Норы в шалашике не было. Наплевав на занятия в

институте, она облазила весь парк, обыскала территорию и здание Аэропорта, оббежала

окрестности, где они обычно гуляли, искала, звала. Нора не отзывалась.

"Господи, неужели убежала, испугалась? Я ведь ничего не знаю о ней! Как она

оказалась на улице? А если из-за пожара? И теперь животный страх унес ее подальше

от этого места. Где же ты, Нора?! Вернешься ли? Выживешь ли?"

Истерика, подкормленная неизвестностью, начала набирать обороты. Отчаявшись

найти, решила посмотреть на место пожара, который погнал прочь ее единственную

подругу.