Чтение онлайн

чем, восхищались им, флиртовали, вздыхали по нему.

Лика, конечно же, старалась надевать платья и драгоценности при Императоре,

отвлекаться от дел, выглядеть беззаботной. Но, черт побери, ей не давали это делать!

Постоянно она была кому-то и зачем-то нужна.

Ее обязанности предполагали постоянное ношение военной формы, вечное движение,

принятие серьезных решений. В фривольных вечерних и бальных платьях это неудобно.

Шеол смотрел на нее в форме, как на бесполое существо. Это коробило, но она

надеялась, она отчаянно верила, что это временно.

А дворец с каждым днем, месяцем, годом все больше погружался в атмосферу вечного

праздника. Балы устраивались по любому поводу. Император - душа компании и

любимец подданных праздновал не только народные праздники, а и все дни рождения

своих придворных. Если не было причины для бала несколько дней, то придумывался

повод. Иногда доходило до абсурда - бал, посвященный упавшему листику, расцветшему

цветку или родам кухонной кошки.

Лика давно перестала посещать эти веселья. У нее не было возможности тратить

драгоценное время на вино и танцы. Да и желания тоже. Разговоры не о чем, вернее

пьяный бредовый трёп. Шеол не переживал по этому поводу, прекрасно развлекался с

другими женщинами. Она старалась этого не замечать, пресекала все пересуды и

утешала себя тем, что мужчины полигамны, таковыми их создала природа. Спать то он

приходит к ней! А значит не стоит опускаться до уровня ревнивой истерички.

Она все еще любила. Думала, что всему виной придворная жизнь. Он не может

принадлежать только ей, он должен принадлежать всем. А ее недовольство, и ревность -

обычный женский эгоизм. Она - его женщина и должна быть выше этого.

Но как бы человек себя не уговаривал, предел терпения наступает.

Это произошло через пару недель после очередного его дня рождения. Праздники как

обычно длились десять дней. Уже разъехались гости, замок привели в порядок, и

осталась лишь обычная придворная суета.

У Лики началась рвота. В этом мире она ни разу не болела, иммунитет был волшебным,

а яды и направленную на нее магию нейтрализовали змейки. И тут вдруг -

выворачивает!

Немного успокоившись, стала себя диагностировать. Причина обнаружилась за

светящейся белой звездой - маленький живой комочек! Ребенок, ее сын, вернее их сын,

в отце сомневаться не приходилось, после того, как она увидела Шеола впервые, других

мужчин у нее не было.

Мысли закружили вихрем. Сперва недоумение, ведь Источник сказал, что этому миру я

еще не принадлежу, и у меня не может быть детей здесь. Облегчение, ведь выходит,

этот мир дал ей свое благословение, значит основная и настоящая жизнь именно здесь,

она может выйти замуж, жить настоящей семьей. Потом радость, ведь желание стать

матерью в женщинах заложено природой, произвести на свет маленькую копию

любимого мужчины и дать продолжение его роду. Она думала, что в ее случае это

невозможно, но переиграла сама себя, она, черт ее побери, специалист по невозможному!

Волны счастья штормили в груди, дышать тяжело, в голове шум, к горлу подступает

комок, хочется разрыдаться, и в то же время смеяться громко и заливисто.

Сияя от счастья, побежала к Шеолу сообщить эту весть. Его единственный сын уже

появился в этом мире. Он реален. Он скоро будет радовать взгляд. Немного подождать, и

они увидят блеск его глаз, услышат голос, прикоснутся к маленьким ручкам, будут учить

ходить маленькие ножки, кормить с ложечки, догонять на парковых дорожках. Интересно,

а какого цвета будут у него глаза, синие отцовские или голубые матери? А он будет

брюнет, как отец или блондин, как мать? И ушки наверняка папины с удлиненным

кончиком - признак рода. Она шла, улыбаясь, и уже томилась ожиданием появления сына.

Шеол и его лепший друг и собутыльник Грей-младший надирались в библиотеке, делая

вид, что сильно работают. Вид у обоих был уже невменяемый. Они зло посмотрели на

нее, с осуждением, что посмела помешать, что отвлекает. Радость немного притихла,

сменяясь разочарованием, но отступать не хотелось, она уже пришла и скажет сейчас.

– Шеол, мне надо поговорить с тобой. Наедине.

– У меня нет от Грея секретов, говори и проваливай, ты нам мешаешь, у нас важные

дела, - смотря мимо нее, заплетающимся языком изрек Император

Следом за его словами раздалось пошкрябывание в двери и в приоткрытую щель

просочились две молоденькие, пьяно хохочущие, придворные дамочки, благоухая

духами и перегаром, сверкая драгоценностями и слишком открытыми декольте. Увидев

Лику, улыбки потухли. Они затравлено смотрели то на нее, то на Императора и не знали,

как поступить.

Злость внутри Лики поднимала свою голову. От обиды на глаза наворачивались слезы.

Она его преданно ждет в покоях с позднего совещания, у нее под сердцем его сын, она

выполняет всю грязную работу в Империи, не зная отдыха, заботится о его интересах. А

он? А у него важные дела - перетрахивание придворных женщин!

– Пошли прочь, - тихо сказала Лика, и дамочек сдуло ветром.

– Да как ты смеешь распоряжаться в моем присутствии!
– завизжал Император, брызгая

слюной и перегаром, - Да кто ты такая? Безродная шалава, тварь несущая смерть и

слезы, ненасытная сука, которая трахается со всей своей крылатой сворой и не только!

Думаешь, я не знаю, почему ты так бережешь Земли Вампиров? Ты - вампирская

подстилка, соска Кая, к тебе же прикасаться противно! Смотрю на тебя, и начинает

тошнить от отвращения.

– Утром, поговорим,- сказала Лика, поморщившись, и пошла к себе.