Чтение онлайн

Я уже практически на автомате залечивал раны, ссадины, ожоги. Срастил пару сломанных костей. Очищение от негативной энергии возвращало мне потраченные силы, и я переходил к следующему пациенту.

— Ну что, настало время для утреннего кофе? — спросил Герасимов, бодро потирая руки, когда мы закончили. Такое впечатление, что он, как следует, выспался, а не вертелся в приёмном со всеми остальными, распределяя пациентов по сложности работы и сам впрягаясь в работу.

— Думаете? — зачем-то спросил я и посмотрел на часы. Полвосьмого.

— А чего тут думать, — ухмыльнулся Анатолий Фёдорович. — Спать уже нет смысла ложиться, рабочий день практически начался.

— Надеюсь, что нам оплатят сверхурочное дежурство? — спросил отчаянно зевающий Василий Анатольевич. — Тем более за такое.

— Заплатят, не переживай, — махнул рукой Герасимов.

— По двойному тарифу? — не успокаивался Василий Анатольевич.

— Ага, как же, по тройному! — выпалил Герасимов и рассмеялся. — У нас и так повышенный коэффициент из-за близости к Аномалии.

— Эх, — тяжело вздохнул Василий Анатольевич и угрюмо поплёлся обратно в ординаторскую.

— Чайник поставь! — крикнул ему вслед Герасимов. Потом добавил тише, больше для меня: — Кофе попьём. Мне тут одна бабулька вчера вечером печенье самодельное принесла, как раз попробуем. До завтрака ещё дожить надо.

— Отличное начало дня! — сказал я, улыбаясь.

Заведующий тоже направился в ординаторскую, а я решил выйти на крыльцо. Не сразу, правда, вспомнил, что Зевса там больше нет, больше его хотел увидеть. Зато увидел, как по сочно-голубому совершенно безоблачному небу поднимается солнце. Роса на траве уже практически испарилась, оставив лишь кое-где яркие блёстки. Утро, как говорится, в расцвете сил, начало нового дня, возможно, такого же нелёгкого, как прошедшая под флагом аврала ночь.

Я уже собрался уходить, когда заметил меж деревьев аллеи одинокую фигуру. В сторону крыльца уверенно шагал тот самый парень, который вдруг решил стать целителем. Идея-то сама по себе хорошая, но вот получится ли у него? Ведь одного желания недостаточно.

— Доброе утро! — сказал парень, подойдя поближе, и робко улыбнулся.

— Доброе! — улыбнулся я ему в ответ. — Рано ты сегодня. Не спится? Или мама рано разбудила?

— Я сам по будильнику встаю, — несколько обиженно пробормотал парень. — Немаленький уже, без мамки давно справляюсь.

— Что ж, похвально, — сказал я и одобрительно кивнул. — Раз пришёл, значит, не передумал, да?

— Не передумал, — уверенно ответил парень.

— Хорошо, — сказал я. — Тебя как зовут-то?

— Костя, — ответил парень.

— Константин, значит, — снова улыбнулся я. — Отличное имя. Ну, иди за мной, раз пришёл.

Мы дошли до ординаторской, я попросил парня подождать снаружи, а сам заглянул и нашёл взглядом шефа.

— Заходи, Вань, чего замешкался? — спросил заведующий, вдыхая носом аромат свежезаваренного кофе. — Наливай себе, взбодрись.

— Там тот парнишка пришёл, про которого я вчера говорил, — сказал я, кивком приглашая наставника на выход.

— Вот так всегда, — вздохнул Анатолий Фёдорович, поднимаясь с дивана и ставя кружку на стол. — Только разгубастишься и тут на тебе. Ну идём, поговорим.

Только сейчас я подумал: а куда мы пойдём, интересно? У Герасимова, в отличие от других заведующих отделением, своего личного кабинета не было. Я до этого раньше и не задумывался, воспринимал, как данность.

— Это ты, что ли, медик-доброволец? — спросил заведующий у паренька, тот молча кивнул. — Иди за мной.

Герасимов пошёл направо по коридору, а мне уже стало интересно, куда же мы идём. К моему удивлению, он повернул в манипуляционную, подождал, когда мы войдём, и закрыл дверь изнутри.

— А с чего это ты решил целителем стать, малец? — спросил Анатолий Фёдорович, присев на подоконник. Мы с Костей остановились возле манипуляционного стола, словно оба пришли с ответом.

— Я раньше об этом часто думал, — пожал плечами парень. — А тут посмотрел, как ваши люди работают, и загорелся. Не всем же монстров валить пачками…

— А у тебя родители медики разве? — спросил шеф, сложив руки на груди. — Что-то ты ни на кого не похож из тех, кого я знаю.

— Нет, господин целитель, — уже не так уверенно пробормотал парень.

— Анатолий Фёдорович меня зовут, — ухмыльнулся шеф. — И можно без господина. Так кем родители-то работают?

— Мама — дояркой на ферме на юге от Каменска, а папа — рабочий на заводе, — пролепетал парень, уже догадавшись о подвохе в вопросе.

— Ну и с какого ляда ты целитель? — вдруг достаточно жёстко спросил Герасимов. — Я ведь правильно понимаю, что у вас нет никакого «семейного святилища» с источником силы?

Парень угрюмо покачал головой, но по взгляду было понятно, что просто так сдаваться он не собирается.

— Вы говорили, что можно проверить наличие дара, — попытался я вступиться за парня.

Мне его настойчивость понравилась. Чем-то он напоминал мне меня самого, когда я так же упёрся, несмотря на несогласие с моей точкой зрения родителей.

— Есть способ проверки, — кивнул Герасимов, сурово глядя на побледневшего бедолагу. — Только от этой проверки он может умереть. Ты готов, Ваня, нести за него ответственность? Что мы его матери скажем, если он не переживёт инициацию?

После слов Анатолия Фёдоровича о возможном завершении инициации летальным исходом, парень призадумался, но в глазах была всё та же упёртость.

— Так что иди-ка ты лучше, мальчик, домой, — подвёл итог Герасимов уже более снисходительным тоном, без нагнетания напряжения. — Помогай родителям, выучись на токаря. Так и жив останешься, и пользы от тебя больше будет.

— Я готов, — тихо сказал Константин.

— Ну так иди, раз готов, — махнул рукой Герасимов. — Ваня, открой парню дверь.

— Я готов пройти инициацию, — чуть громче сказал парень, не двинувшись с места.

— Тебе жить, что ли, надоело? — вскинул брови заведующий.

— Нет, не надоело, — парень медленно покачал головой. — Но я хочу стать целителем. Хочу пройти инициацию, несмотря на риск.

— Слушай, Ваня, а он довольно трезво рассуждает, — сказал Герасимов после некоторой паузы, удивлённо посмотрев на меня. — Прямо как взрослый. То есть ты готов рискнуть жизнью, чтобы понять, сможешь ты стать целителем или нет? При этом еще осознавая, что, возможно, ты слабый маг, раз дар не проявился никак раньше?