Князь Гостомысл – славянский дед Рюрика
Шрифт:
После ужина, проходя мимо, Раннви шепнула ему:
– Жди в сарае.
Она шла на гулянье, имея готовое решение, как поступить с Раппом. Нет, рвать с ним нельзя. В их отношения замешаны родители, начнутся вопросы и допросы, люди неглупые, быстро докопаются до ее связи с рабом, и тогда их обоих ждет позорная смерть. Древние обычаи народа жестоки и неумолимы.
Она поступит хитрее: будет встречаться с Раппом, но больше для вида, лишь бы он продолжал считать ее невестой, они по-прежнему будут обмениваться вежливыми поцелуями. Она это выдержит. И так будет продолжаться до тех пор, пока Гостомысл не станет свободным. Она была уверена, что это случится скоро, очень скоро. Не может новгородский княжич долго влачить рабскую участь, отец вызволит его из плена. И тогда...
Что она уедет вместе с Гостомыслом, она решила твердо. Ей нет жизни без него. Она полюбила, он стал частицей ее жизни, и это навсегда.
Раннви думала, что будет относиться к Раппу так, как раньше. Но, увидев его, поняла, что он стал для нее не только чужим, но и ненавистным. Она видеть его не хотела, ей противна была сама мысль, что они окажутся рядом. Она подивилась перемене, которая произошла с ней, пыталась уговорить себя, что надо подойти к нему ненадолго, поболтать о том о сем и незаметно скрыться. Но едва Рапп направлялся к ней, как Раннви ныряла в кружок девушек или, подхватив какую-нибудь подружку, уходила в сторонку.
Наконец он настиг ее. Спросил сердито:
– Чего убегаешь? Или случилось что-то?
– Я? Убегаю? – постаралась как можно сильнее удивиться она. – Ничего подобного. Просто секретами и девичьими тайнами надо было поделиться с подружками.
– Нового, что ли, приметила кого?
– Вечные у тебя приступы ревности, – раздраженно проговорила она, не в силах удержать своих чувств. – Дня не проходит, чтобы к кому-нибудь не приревновал.
– Потому что люблю.
Они долго молчали, глядя по сторонам. Наконец, неприязненно взглянув на нее, он спросил:
– А чего ты по-мужски вырядилась?
Раннви это сделала, чтобы позлить его, потому что знала, как не любит он ее в таком наряде.
– Я – рыбачка. Могу и в штанах пройтись.
– Но только не на гулянье. И запомни, согласно нашим обычаям, муж имеет право развестись со своей женой, если она появляется так на людях.
– Но я тебе не жена!
– Пока – не жена!
– Может, и не пока!
– Это на что ты намекаешь?
– Я не намекаю, я говорю.
– Надумала мне сделать от ворот поворот? Не выйдет! Как родители захотят, так и будет. А они все давно решили!
– Ну это мы еще посмотрим!
Они поссорились. Рапп некоторое время стоял рядом, но потом вдруг резко развернулся и ушел прочь. Раннви с облегчением вздохнула. Наконец-то избавилась от этого зануды. Не насовсем, конечно, она его хорошо знала и была уверена, что он еще не раз подойдет, но сегодняшний вечер у нее свободен, а ей так хотелось быстрее повидаться с Гостомыслом!
Потом она на некоторое время пожалела, что поссорилась с Раппом. Ведь собиралась тихо-мирно продолжать с ним встречи, чтобы никто не догадался о ее с Гостомыслом любви. Но, видно, характер никуда не денешь, он, как шило в мешке, обязательно вылезет наружу!
Только шагнула в темноту сарая, как Гостомысл жарко обнял и стал целовать. Она тотчас ответила на его ласки, забыв обо всем на свете. Потом стали говорить, перебивая друг друга.
– Еле дождался. Так долго не было тебя...
– Я торопилась. Рапп не пускал...
– Это тот самый задумчивый?
– Он самый. Назойливый и занудный.
– А зачем встречаешься?
– Мы с ним помолвлены.
– Значит, поженитесь?
– Как же!
В сарае пахло навозом, переступала с ноги на ногу лошадь, порой шумно вздыхала корова.
– Признайся, когда я тебе понравился? – спрашивал он.
– Не знаю. Теперь мне кажется, я всю жизнь тебя любила.
– А чего тогда ругалась?
– Характер такой. Въедливый.
– Ох, как я иногда тебя ненавидел за твои придирки!
– А я готова была тебя убить, когда на озере уходил на свидание с той девицей!
– Нравилась она мне, но не любил я ее.
– А я чувствовала это!
– Правда?
– Девичье чутье не обманешь! Я всегда верила, что ты будешь со мной.
– Вон ты какая!
Внезапно по крыше начал барабанить дождь, он все больше и больше расходился, пока не перешел в ливень. Ветер задувал в щели, стало прохладно. Они теснее прижались друг к другу.
– А помнишь, как мы сидели под парусиной, когда попали в туман? – спросила она.
– Ты тогда замерзла до посинения.
– А ты хотел обнять меня.
– И ты испугалась?
– Конечно. Ни с того ни с сего, как снег на голову...
Потом начались бесконечные «А помнишь?». Недолго жили они рядом, а воспоминаний накопилось столько, что хватило на всю ночь.
Перед прощанием Раннви обняла его и сказала:
– Да хранит нас богиня красоты и любви Фрейя, прекрасная и грациозная!
– А у нас богиня любви Леля. Наши юноши и девушки молятся ей, прося счастья и благополучия.
– И она защищает влюбленных от всяких напастей?
– Да, потому что она молодая и красивая. В нее влюблен бог солнца – Ярила. В начале каждого лета мы отмечаем свадьбу Ярилы и Лели. На луга собирается молодежь, зажигаются костры, кружатся хороводы... Можешь представить, как бывает весело!
– А наша богиня любви настоящая воительница. Фрейя надевает сияющие доспехи, шлем и щит, берет с собой воинственных дев – валькирий и с мечом в руках всегда одерживает победу над темными силами. Я уверена, она и нам поможет устроить счастливую жизнь!
Хотя утром дождь закончился, но ветер не унимался, и в море выходить было опасно. Поэтому Веланд поднял молодежь только к завтраку, дав выспаться. Доедая рыбный суп, обронил:
– Надо просмолить лодку, а смола закончилась. Раннви, собирайся на рынок, купи ведро. В помощники возьми раба.
Раннви чуть не задохнулась от радости. Еще бы: они с Гостомыслом вдвоем пробудут чуть ли не целый день!
Веланд запряг телегу, и они отправились в путь. Едва поселок скрылся за холмом, как они оказались рядом друг с другом...