Князь/Грязь
Шрифт:
Моя люлька стояла в комнате с телевизором. Поначалу дед редко включал этот аппарат. Однако зимой мело всё сильнее, и пожилой человек вечерами стал всё чаще засыпать под изображение и бубнёж этой странной рамки.
– Сегодня состоялся приём нашего Альмахана с генерал-губернатором Северо-Уральской губернии князем Александром Лавинским. Глава государства выслушал отчёт и дал указание о решение проблем… – вещал женский голос.
– Сашка-то вырос. Эх, выскочила бы Ефроська за него, а не за этого Чудору, может и сложилось бы всё иначе, – проворчал дед и что-то выпил, после чего шумно вдохнул или выдохнул воздух.
– На севере Аланской волости Кавказской Губернии удалось закрыть магический прорыв трещины и истребить вырвавшихся чудовищ. Во время операции погибло шесть отважных чудотворцев-героев, которые спасли тысячи жизней. Семьи получат компенсацию…
– Шесть… жаль ребят. Жаль не знаю имён. Да спокойно вам Там будет, – дед снова что-то громко выпил и занюхал солёным огурцом. А потом добавил ещё тише. – Если бы не парнишка, рванул бы на службу. Тут всё равно слишком много мыслей лезет в голову, а настойка ничего не даст. Сорок дней… Ефроська… ну почему, милая?
Отчего-то на душе стало тоскливо за этого мужчину.
***
Когда началась оттепель, а могучий, как оказалось, дед вынес меня в люльке на свежий воздух, я радовался солнышку.
– Аирчик, смотри какая прекрасная погода, – шёл вперёд пожилой мужчина и сюсюкал. Однако лучше бы нёс меня плавно, а не как школьник сменку! Я не заказывал такого аттракциона!
«Аирчик», как я понял, моё прозвище или имя.
Если отбросить уменьшительно-ласкательный суффикс, то я, оказывается, «аир»?
Что это? За что меня так?
Ведь я слушал новости. Там нормальные имена! Сергей, Александр, Денис, Даниил…
Ладно. Там были и необычные для меня: Феофан, Мефодий, Автандил, Еремея, Евпатий…
Однако странные тоже были. При этом носили они необычные титулы – преальмы: Калган Бельский, Сапсан Курский, Василёк Уральский…
В сумме это мне ничего не говорило.
Тем временем меня укачало, и я вырубился.
Очнулся я уже на коленях деда, который с кем-то, кого загораживал козырёк люльки, разговаривал на повышенных тонах.
– Пётр Пётрович, ну поймите, мне нужно подготовить сына к академии, а кто как не Вы сможет вбить в голову Алёшеньке знания? Я оплачу все расходы! – говорил немного заискивающе чужой голос.
– Граф, я уже говорил по телефону Вашему человеку, что теперь я в отставке, как в приказе, так и в академии. Теперь всё моё внимание будет направлено на Аирчика, – ответил дед.
– Если Вы не хотите ехать в Москву или в моё имение, то я могу предложить ту же оплату, но мой оболтус будет у Вас.
– Хм, – хмыкнул родственник моего тела, а я видел, как глаза деда блеснули какой-то золотистой искоркой. – А вот это мне уже интересно. Только не смейте с ним посылать слуг.
– Как это?
– А пусть Алёшенька научится дисциплине и труду. Впереди много работы. А ему, как магу земли, это ой как пригодится.
– Пётр Петрович, но мой мальчик абсолютно домашний.
– Алексей Алексеевич, в этом и проблема. Академия – геенна огненная для всех, кого не одарило могучим даром. А Ваш сын степенный и домашний увалень. Ему нужно подтянуть не только магию, но и физическую форму. А в моей деревне воздух чист, благотворен, а работа честна и грязна. Это позволит повысить понимание стихии земли. Планету до поступления не освоим, но спутник до максимума, то есть на грань прорыва, до сентября успеем. Гарантирую!
– Пётр Петрович, правда, гарантируете?
– Если не осилит, то я платы не возьму. Но будет лениться, то Вы знаете. Выпорю или на горох.
– Про это я его предупреждал.
– Не удивлюсь, граф, что Вы мной Алёшеньку запугивали, вспоминая своё обучение в московской Академии и наши дополнительные занятия с вами, лоботрясами.
– Не скрою, всех детей Вами пугал. Но дочки к магии талантов не имели, а вот первый сын потенциально силён, а артефакт на нём сработал хорошо. Не бытовик, а натуральный боевик. А там и в промысел приспособлю, – раздался голос с усмешкой, после которой последовала небольшая отдышка.
– Граф, да и Вам бы неплохо в форму прийти. Можете с сыном приезжать, семь потов сгоню.
– Ха-ха, – нервно усмехнулся Алексей Алексеевич, – Пётр Петрович, извините, но не могу. Еле вырвался, мимо проезжал. Чуть севернее закончилась стройка рыбного хозяйства, там карп, тилапия и осётр будут расти. Будет нужно, обращайтесь!
– Граф, не уводите тему. Когда сможете сына прислать?
– Он этот год пропустил, так как январский. Да и устроить его вовремя не удалось. Так что вернусь в Москву, объясню ему всё, а через неделю он сюда и доберётся.
– Добро. Так, Обломов, внука я выгулял, теперь пошли я тебе покажу гостеприимство.
– Не откажусь, – начал граф, затем куда-то крикнул. – Митька, неси гостинцы!
– Да не ори ты, охламон. Аирчика разбудишь.
– Простите, учитель.
Дальше оба отчего-то заржали.
Затем меня вернули в тепло, выдали козье молоко в бутылочке, а сами начали трапезничать чем-то весьма ароматным под звон бокалов.
В какой-то момент я уснул, так и не услышав ничего кроме коротких тостов и нахваливания грибов, капусты, настойки и кабанчика.
***
Алёшенькой оказался невысокий толстячок лет девяти-десяти со светлыми волосами и испуганным взглядом.
Он появился тогда, когда снег обнажил множество тропинок, но остался под деревьями и в массе других малосолнечных мест. Намёка на почки или травку при этом пока не было.
Однако «работой» для него оказалось весьма странное мероприятие: заниматься рассадой, гулять, неся мою люльку по деревне и читать вслух основы магии.
Не скрою, последний пункт был мне интересен.
После того, как я прослушал нудный бубнёж несколько раз, я уснул.
Проснулся я от звука подзатыльника и громкого голоса деда:
– Читай чётко! Иначе никакого ужина, а выгул Аирчика заменим на колку дров.
– Магические этапы делятся на нулевой (человек), – испуганно начал Алёшенька, проговаривая каждую буковку. – Затем идёт спутник, после него планета, затем звезда, а после этого система. Редко кто достигает уровня созвездия. Единицы – галактики. Наивысший уровень – вселенная. Он исключителен. В поколении всей планеты мастеров, что до него добираются очень и очень мало.