Чтение онлайн

— Что, не понравилось? — усмехнулся я. — А если так? — Я вынул свою саблю и влил в неё энергию Аннулета. Оружие в моих руках засветилось, переливаясь всеми цветами радуги. И почему я раньше так не делал! Резко шагнув вперёд, я с размаху ударил по воронке, разрубив её на две части. Затем ещё раз, и ещё. После первого удара прорыв уменьшился. После второго и третьего скукожился до размера теннисного мячика, а потом с оглушающим хлопком исчез.

На меня сразу накатило непередаваемое облегчение. Магия начала возвращаться. Голова прояснилась, плечи распрямились, а по лицу расплылась улыбка. Я смог, я сделал это!

— Я опять свалился? — раздался позади голос, полный разочарования. Обернувшись, я увидел Араслана, сидящего на снегу и с недоумением поглядывающего на меня, — ничего не помню. Шёл, казалось, нормально держусь, а потом — раз, сижу на снегу, а ты рядом стоишь с саблей, — он потряс головой, — что я пропустил?

— Свалился, — подтвердил Павел, протягивая ему руку и помогая подняться на ноги, — было очень тяжело, но наш глава справился. Порубил в мелкие клочки этот клятый прорыв.

— Ты его видел? — удивился я.

— После первого твоего удара воронка стала видимой. Хотя у меня уже всё плыло перед глазами, — признался он, — жуткое зрелище.

— Ну, отлично, — отряхиваясь от налипшего снега, проворчал Араслан, — опять я всё пропустил.

Сделав пару шагов, я прошёл там, где располагалась воронка.

— Ничего не чувствую. Если не знать, что здесь был прорыв, даже не догадаешься. Никаких следов, — разочарованно произнёс я. Честно признаться, надеялся, что получу какую-нибудь энергию, но нет, было совершенно пусто.

— В каком-то из этих домов был алтарь, — напомнил мне Араслан. Он достаточно быстро оправился.

Пока мы стояли и разговаривали, до нас добрались Самохин с двумя «мастерами».

— Справился, — констатировал он, остановившись рядом со мной.

— Угу.

— Ищем алтарь? — напомнил о себе Павел.

— Давайте!

Мы разбрелись по площади, заглядывая в дома. Их тут было примерно десять. Все очень старые, одноэтажные, но при этом достаточно хорошо сохранившиеся. Окна были целы, как и двери. Скорее всего, люди покидали это место хоть и в спешка, но достаточно организованно, и успели забрать большую часть своих вещей.

Араслан спокойно ломал замки на рамах, которые уже порядком рассохлись, поэтому хватало пары ударов, чтобы их открыть.

— Здесь! — услышал я крик Павла. Он стоял у ничем не примечательного здания, расположенного практически на краю обрыва. Подойдя к нему, я обнаружил, что у этого дома даже нет двери.

Зайдя в единственную комнату, я увидел на постаменте алтарь — почерневший и сильно растрескавшийся камень. Точнее, груду мелких камней, которая до сих пор каким-то образом сохраняла былую форму. Ткнул пальцем — и они рассыпались. Здесь не было ни капли энергии.

— Вот и весь алтарь, — с грустью произнёс я, глядя на обломки, лежащие под моими ногами.

— Он не выдержал энергии прорыва. Жалко, — Самохин покачал головой, — что будем теперь делать?

— В плане? — Я вышел из дома и остановился, любуясь открывшимся мне видом. Передо мной лежали горы, покрытые снегом. Солнце поднялось уже достаточно высоко и освещало ярким светом долину, отражаясь от заснеженных склонов. Снега пока было не очень много, и то тут, то там выглядывали чёрные камни, облепившие склон, как мелкие букашки.

— Ты закрыл прорыв. Можешь подать заявку на родовые земли, — пояснил он.

— Имеет смысл?

— Нет. Придётся платить налоги, да ещё и обустраивать. Ты же теперь князь. Не положено держать свои земли в запустении.

— Вот и ответ. Закрыл и закрыл. Потренировался. Сделал доброе и полезное для Империи дело.

— Да уж… — протянул задумчиво Самохин, — молодец. Но, с другой стороны, есть жирный минус. Где ты теперь будешь тренироваться? Это был самый близкий к дому прорыв. К тому же, небольшого размера. Достаточно безопасное место.

— Не стоило спешить, — поддержал его Араслан, — я, конечно, найду другой и договорюсь. Но на следующем, боюсь, от тебя уже будут ждать, что ты его тоже закроешь.

— Ладно, поехали домой. Что-нибудь придумаем!

У небольшой сторожки со шлагбаумом, преграждающим вход в прорыв, за столом, расположенным под навесом, собрался десяток солдат. Было время обеда, и они наворачивали суп из тарелок, поглядывая на нашу группу. Мы приблизились, и старший по званию лениво поднялся из-за стола нам навстречу.

— Все живы? — Он оглядел нас, обратив внимание на бинты, которые были на каждом из нашей группы. — С крысами познакомились, — немного снисходительно ухмыльнулся старший.

— Отбились, — кивнул ему Самохин.

— Молодцы, — он начал разворачиваться, желая поскорее сесть обратно за стол.

— Прорыв закрыт, — решил вставить своё слово я.

— Как? — Военный вопросительно взглянул на меня, потом перевёл взгляд на Самохина, инстинктивно почуяв в нём родственную душу.

— Совсем, — кивнул Александр, — так что готовьте доклад. Закрыл князь Шувалов Виталий Алексеевич, — он кивнул в мою сторону.

— А… — завис на мгновение военный, — это что, нас теперь отсюда уберут?

— Безусловно! Хорошей службы! — попрощался с ним Самохин, и мы направились к машинам, оставив за спиной озадаченного военного.

По дороге домой обсуждали, стоит ли и дальше закрывать прорывы. Самохин настаивал, что я должен просто тренироваться и осваивать огненную магию. Его основной аргумент: пока род не встал крепко на ноги, не следует привлекать к себе лишнее внимание. На моё возражение, что внимание мне и так обеспечено, и вообще, его работа — как раз разбираться с возможными проблемами, Сан Саныч заявил, что тогда надо собирать нормальную родовую дружину. Оснащать её всем необходимым. Предоставлять жильё. А это — время и деньги. Пришлось признать, что он прав, — пока не стоит торопиться.

Араслан, напротив, желал закрывать прорывы. Он заявил, что в следующий раз точно сможет совладать с давлением и лично примет участие в ликвидации прорыва.

Павел поддержал их обоих. Мол, тренировки — это хорошо, но, если будет возможность и попадётся подобный прорыв, почему бы его и не закрыть? Мы этим никому не мешаем, а Пётр Корсаков наверняка придумает, как из этого извлечь прибыль!

В итоге, так и решили. Если прорыв будет небольшой, и мы сможем нашей маленькой компанией одолеть его, то закрываем, а если здоровый, как был в Ахтарке, — не будем усердствовать. В том походе погибло три человека, и это при том, что с нами была Нино. Не стоит лезть на рожон.