Чтение онлайн

– А чего ты ко мне на шар не поднялся?

– Пытался. Думаю, на яхту ты тоже не сможешь попасть.

Я стал мысленно перебирать свой инвентарь, тем более, там не так уж много всего.

– Есть один вариант, – вспомнив о жуке на булавке, тихо произнёс я.

Блудов, встрепенувшись, с надеждой посмотрел на меня.

– У тебя в инвентаре бумага и карандаш найдутся? – спросил я.

Блудов моргнул. Вопрос «откуда ты вообще знаешь про инвентари» явно вертелся у него на языке. Но он уже устал удивляться при общении со мной – просто выдал упаковку бумаги и прочие мелкие канцелярские принадлежности. Карандаша не нашлось. Мне оставалось надеяться, что прошедший со мной не одну дорогу маркер подойдёт для отрисовки карты острова.

На всякий случай, пока делал карту, попросил Блудова убрать труп птицы.

Запрыгнул в корзину. Каждый раз радуюсь усилению мышц.

Разложил на полу листы, скрепив их клеящим карандашом.

«Надо будет спросить у напарника, зачем он всё это таскает с собой», – подумал я, направляя шар вверх.

Достигнув высоты, когда весь остров оказался как на ладони, я достал маркер.

Постарался отпечатать в памяти береговую линию. Провёл первую черту. Прикрыл глаза, вспоминая очертания. Маркер выскользнул из руки и начал самостоятельную работу. Через пару минут передо мной лежала идеально выполненная карта острова.

Маркер закончил бегать по листам и упал.

– Надо будет, выходя на следующую дорогу, набрать в инвентарь как можно больше полезных вещей, – тихо проговорил я, выкладывая жука в центр карты.

В проколах мне удавалось использовать потоки энергии. Частично восстановленные каналы позволяли не терять сознание. Я направил в жука чуток энергии, как показывал Тайво.

Он медленно пополз по расширяющейся спирали. На четвёртом круге замер, чуть подался в сторону и рассыпался пылью. Булавка, торчащая в нём, пригвоздила карту в этом месте к полу.

Спустился к ожидающему меня Блудову. Выложил карту на песок.

– Ну ты мастер, – воскликнул тот. – Так точно вычертить – это мощно.

Через пару часов мы стояли на месте. Блудов сложил правую руку в мудру, и песок стал растекаться в разные стороны. Яма углублялась. Его работа вызывала восхищение. Так точно работать с энергией – высший пилотаж.

Углубившись на полметра, он сложил левую руку в мудру воздуха, и осколок бирюзового камня неправильной формы лёг у наших ног.

Блудов убрал его в инвентарь.

Мы замерли в ожидании портала обратно. Через пять минут молча опустились на песок.

– Нам здорово не повезло, – снова приуныл Блудов.

– Пояснения будут?

– В этом проколе остались живые чудовища. Пока всех не перебьём, арка портала не появится.

Сидеть и страдать я не любил и в прошлой жизни. А в этой времени не было. Направился к воздушному шару.

– Ты куда? – вскинулся Блудов.

– Осмотрюсь, – ответил я, залезая в корзину.

Через час мы снова сидели на песочке в глубоких раздумьях. Я насчитал больше ста островов. Плюс, в воде плавали существа размером с синего кита.

Блудов, выдав нецензурное выражение, просто откинулся на песок в позе морской звезды. Я сидел, пытаясь найти выход из той глубокой тёмной дыры, в которую мы угодили. Попытка выйти в астрал не удалась. Зато перед глазами высветилась иконка осеннего парка. Видимо, так Алиса приглашала меня в гости.

Решив использовать эту возможность, задумался о подарке. Идти в гости к Алисе с пустыми руками было нежелательно, тем более, я рассчитывал взять в нагрузку Блудова.

Вскочив, отправился к воздушному шару. Блудов даже не дёрнулся, видимо, думал.

Проводя разведку, я заприметил остров, усеянный цветами протея. В прошлой жизни, будучи на островах Океании, я поражался их размерами. Этот цветок похож на огромное воздушное пирожное в упаковке из розовых острых листьев.

Остров цветов встретил меня безумным смешением запахов. Зависнув над полянкой, заросшей протеями, я почувствовал, как организм начинает наполняться энергией. Мир вокруг перестал быть враждебным. Он с готовностью принимал меня в свои объятья. Завораживающе красиво смотрелась картина, где балдеющего от счастья ящера, похожего на гигантского крокодила, медленно поедали кувшинки Непентес Раджа.

Шар, повинуясь моим командам, ринулся в направлении этих милых цветков. Появившаяся рядом дракоша закружила причудливый танец вокруг моей головы и выдохнула омерзительный запах. Я перегнулся через бортик, и мой организм занялся самоочищением.

Мир хрустального счастья пошел трещинами и, расколовшись, показал своё неприятно мерзкое нутро.

Надпись перекрыла страшную картину трапезы хищных растений:

Вы отступили на один шаг из шести на тропе Силы Духа

Убрав надпись, я с кривой улыбкой поприветствовал дракошу.

– Уф, сработало, – выдохнула дракоша, на это раз без запаха. – Ты куда забрался? Даже у меня от феромонов счастья мозги плавятся.

– А ты как здесь вообще оказалась? Я точно помню, что не призывал фамильяров.

– Так Потапыч неожиданно почувствовал смертельную опасность. Но сам переместиться не смог. Мал ещё, – тут она опустилась мне на плечо и приняла горделивую позу. – А я взрослая девочка. Гуляю где хочу. Так чего ты сюда полез?

– Букет хотел собрать.

Дракоша удивлённо посмотрела на меня:

– Это кто ж тебе так насолил, что ты ей такую пакость подарить решил?

– Я не этих хищников нарвать собирался. Вообще, странно. На меня не должны действовать ни яды, ни ментальные атаки.

– Так здесь нету ни ядов, ни ментала. Тут только всё лечебное. Запах этих цветочков, наоборот, улучшает состояние организма и дарит кусочек счастья, просто зашкаливающий, – просветила меня дракоша.

Она помогла собрать протеи и смылась к Потапычу. Я вернулся на наш остров. Блудов всё так же валялся на песочке. Увидев у меня в руках букет, он страшно удивился:

– Ты зачем цветы принёс?

Моя фраза, что мы идем в гости к даме, вообще выбила его из колеи. Пришлось вначале подробно всё рассказать и объяснить. Наконец Блудов дал добро на столь экстравагантный эксперимент.

Взяв его за руку, я активизировал значок приглашения в мир Алисы.

Возле пустой скамейки перед оградой парка стояла золотая клетка с попугаем-метаморфом. Увидев меня, нехорошая птичка начала рассказывать Блудову, какой дрянной человек стоит рядом с ним. Приличными в этой речи были только предлоги.