Чтение онлайн

И тут же, повернувшись к Габриэль, добавил:

– Я и тебе принес, возьми, пожалуйста.

В руки легла коробка, завернутая в хрустящую коричневую бумагу и перетянутая шелковой белой ленточкой.

– Что это?

Ответом мне была привычная уже кривая улыбка, только глаза остались серьезными. Уже не впервые у меня возникало чувство, что Альберт смотрит на меня не так, как на прочих. На Габриэль он поглядывал заинтересованно и добродушно. На Аделаиду – просто добродушно. На ар Мориша – с легким презрением. А на меня… Время от времени Альберт бросал такие взгляды, словно хотел рассмотреть во мне нечто большее, чем я была или могла казаться, и тогда я невольно вспоминала нашу встречу в темных коридорах замка, и снова неприятный холодок по позвоночнику…

– Это конфеты, Ильса. Мы сегодня с одним парнем были в городе, вот, подумал, что вам будет приятно.

– Люблю конфеты, - подала голос Габриэль, - спасибо!

Альберт посмотрел на нее – и опять его взгляд сделался просто заинтересованным, как может молодой мужчина смотреть на юную женщину.

– Спасибо, - пробормотала я, нерешительно потянув за конец ленточки.

– То, что наставник напоролся на хоршей в Долине, такое бывает, и не редко, - неожиданно сказал мне Альберт, - хорошо, что вам удалось уйти. Но вот хорша в нашем мире… Это что-то новенькое. О подобном я никогда не слышал.

Габриэль вздохнула и начала накрывать на стол. Расстелила полотянную скатерть, поставила чашки. Оставалось сходить за кипятком.

– А что наставники говорят? – спросила она уже с чайником в руках.

– Меня целый день не было в замке, - Альберт пожал плечами, - но! – тут он поднял вверх указательный палец, - тебе, Ильса, это будет полезно услышать.

Я невольно поежилась. Хорошие новости так не сообщают.

– Примерно час назад я проходил мимо конюшни, - загадочным тоном сказал Альберт, - и, угадайте, что я там наблюдал?

– Мы не знаем, - шепнула я, в замешательстве вцепившись в коробку с конфетами.

– Там пороли ар Мориша, - с глубочайшим удовлетворением в голосе сказал Альберт.

– Как это – пороли? – не удержалась я.

В самом деле, вот как? Разве такое возможно… с герцогом, пусть и ненаследным?

– Ну как, вот так, - Альберт весело хохотнул, - привязали к лавке, взяли розги – и к делу. Разве ты не знаешь, как порют розгами?

– Ох, - только и сказала я.

А Альберт, подарив мне свою кривую лучезарную улыбку, повернулся на каблуках к Габриэль.

– Пойдем, сходим за кипятком. Уже поздно, одной не нужно ходить.

Габриэль мгновенно сделалась пунцовой, выдавила совершенно несчастную улыбку.

– И в самом деле, - звякнул колокольчиком ее голос, - у нас же тут убивают… Направо и налево.

Потом они довольно долго ходили за кипятком на кухню, а я сидела на кровати, забравшись туда с ногами, и задумчиво жевала конфеты, почти не ощущая их вкуса.

В голове не укладывалось все происшедшее – начиная от наших злоключений в Долине Сна и заканчивая показательной поркой ар Мориша. Возможно, теперь он в самом деле больше не будет ко мне цепляться? Но мысли текли в совершенно ином направлении. Теперь мне начало казаться, что ар Мориш окончательно окрысится на меня и обязательно учудит какую-нибудь особенно мерзкую гадость.

Наверное, мне не стоит ходить одной по замку…

Но ходить с Габриэль не всегда получается, вот как в этот раз, когда шла с индивидуального занятия.

Что же делать?

Альберт и Габриэль вернулись веселые и довольные. Еще с час мы пили чай с конфетами, и на сердце немного отлегло. Спать я укладывалась с мыслью о том, что надо обязательно спросить у Винсента, его ли рук дело – хорша?

Но внезапно я проснулась уже утром, так и не попав в домик.

Что случилось? Винсент не хотел меня видеть? Или с ним самим что-то произошло?

Спохватившись, я сжала в кулаке кулон. Нет, он был теплый, очень теплый, и это значило, что мой друг жив. Но почему же тогда?.. Обиделся?

Но что я могла ему сделать дурного? Или, быть может, он подумал, что я сама спровоцировала ар Мориша?

– Ильса, - позвала меня Габриэль.

Я повернула голову, все еще сжимая хрустальный шарик. Габриэль сидела на краю кровати, в ночной сорочке, босая, растрепанная со сна.

Подозрительно бледная.

– Что? – я поспешно улыбнулась. Вспомнила, как подруга утешала меня вечером.

– Как вы вчера сходили за кипятком?
– спросила я.

– Я не об этом, Ильса, - она указала пальцем куда-то мне под кровать, - откуда это у тебя?

– Что?..

Дыхание мгновенно взялось колючей ледяной коркой и как будто застряло в груди. Свесившись вниз, я заглянула под кровать и едва не свалилась на пол. Стало как-то очень холодно в комнате, и рот наполнился кислой слюной.

Под кроватью, там, где ни пылинки, ни соринки, лежала крупная роза на длинном стебле. Сочного бордового цвета, с глянцевыми темно-зелеными листьями.

Я знала, где растут такие розы. Видела их много раз…

– Откуда это? – чуть ли не заикаясь, повторила Габриэль.

– Но… - если бы я знала, откуда! Впрочем, некоторые подозрения все же были, - может быть, кто-то ночью зашел и принес?

Мое беспомощное предположение, казалось, повеселило Габриэль.

Девушка поднялась с кровати, босиком прошлепала к двери.

– Кто зашел, Ильса? Посмотри, дверь-то мы заперли перед сном.

Я пожала плечами и развела руками.

– Тогда… я тоже не понимаю, - пробормотала, опуская глаза.

Было немного стыдно, что привираю Габриэль, которая так утешала меня вчера.

Но я… в самом деле не понимала.

Если Винсент в самом деле был здесь ночью, почему не разбудил меня? И что, в таком случае, вообще мешает ему вернуться, если он может вот так запросто уходить из Долины? 

Тем же утром, до завтрака, мне устроили допрос. Габриэль не побоялась позвать Аделаиду, а потом они вдвоем сходили в мужское крыло и привели Альберта, сонного, весь вид которого говорил – ах, зачем вы меня стащили с кровати в такую рань?

Пока они ходили, я достала розу из-под кровати, уселась с ней за стол и долго бездумно разглядывала темные, словно бархатные лепестки. С досадой ловила себя на том, что мне очень хочется, чтобы роза была от Винсента, и в то же время – если от него, то почему никак не дал о себе знать? Наоборот, даже не пустил в наш с ним домик?

– Вот, - Габриэль ткнула пальцем в розу, умудряясь при этом умоляюще заглядывать в глаза Альберту.

– Красивая, - мечтательно заявил тот, - послушайте, у нас ведь завтрак скоро. Может, обсудим позже?