Чтение онлайн

— Всему свое время, — ответил колдун низким грудным голосом, заставившим орка содрогнуться. — Мне нужно поговорить с вами.

— С нами? — озадаченно воскликнул Раммар и поглядел на брата. — Ты слышал, мешок со шноршем? С нами хотят говорить!

Как раньше Раммар, Бальбок тоже был удивлен тем, что мир перевернулся. Кроме того, давала о себе знать рана на черепе. Он совершенно не заметил, что его брат с кем-то разговаривает.

— Ч-что случилось? — пробормотал он.

— Дурацкий вопрос, — проворчал Раммар. — Тебя обнаружили, и ты дал гномам себя завалить, и теперь мы находимся во власти колдуна.

— Колдуна? — Бальбок огляделся и, увидев мрачную фигуру старика, вздрогнул. — Рурак, — в ужасе прохрипел он.

— Что ты там бормочешь? — проворчал Раммар.

— Рурак, — повторил Бальбок.

— Чепуха. — Раммар покачал головой, хотя от этого у него голова еще сильнее заболела. — Рурака на самом деле не существует. Это просто образ из сказок, которыми пугают маленьких орчат.

— Ты в этом уверен, друг мой? — прозвучал в ответ низкий грудной голос колдуна, а то, как старик при этом посмотрел на Раммара, тому совершенно не понравилось.

Гномы захихикали, снова нацелив на орков свои пики, чтобы опять мучить пленников, как только им позволит их господин и повелитель. Они еще держались поодаль, но в их мерзком хихиканье слышалось желание унизить своих кровных врагов, орков, и доставить им ужасные страдания.

— Ру… Рурак? — бесцветным голосом спросил Раммар, испуганно разглядывая колдуна.

— Это одно из моих имен, — подтвердил тот, с достоинством кивая. — Одно из многих, которые я принимал и сбрасывал с тех пор, как брожу по этому свету. Меня радует, что орки не предали меня забвению.

— Вообще-то нет, — заверил его Раммар.

Хотя орки не ведут исторических записей и почти не интересуются прошлым, имя колдуна им тем не менее было знакомо. Во время Второй войны Рурак был одним из предводителей, боровшихся против господства эльфов, и, хотя в войне он выступал на стороне орков, его боялись сильнее, чем некоторых врагов. Рурак Палач называли они его, и имели на то основания. Колдун был известен тем, что жестоко карал непослушание и трусость перед лицом врага; говорили даже, что в приступе гнева он посадил на кол всех выживших в проигранной битве.

— В-вторая война давным-давно закончилась, — пробормотал Раммар, цепляясь за призрачную надежду, что мрачный старик просто шутит над ними. — Даже колдуны столько не живут. Или живут?

— Все зависит от того, каким волшебством они пользуются, — загадочно ответил Рурак, при этом на губах его играла хитрая ухмылка. — Но не беспокойтесь, мерзкие мои друзья. С вами ничего страшного не произойдет — по крайней мере, пока вы исполняете то, что я от вас потребую.

— П-правда? — Раммар недоверчиво заморгал; зато гномы были, казалось, разочарованы: ведь они надеялись поиграть с обоими пленниками. — А что вы потребуете от нас, о великий волшебник? — спросил орк.

— А я вам скажу, — сказал Рурак. — Но для начала покажу, что вас ждет, если вы откажетесь от моего предложения.

Из-под черной мантии волшебника высунулась похожая на лапу рука; казалось, она состояла из одних костей, морщинистой кожи и острых длинных ногтей. Он небрежно махнул ею. — Посмотрите, что находится под вами!

Раммар и Бальбок бросили взгляд на пол — но пола уже не было, только глубокая яма!

В ней клокотал кипящий гной, от которого поднимался отвратительно пахнущий едкий пар. Ослизлые щупальца высовывались из бурлящей слизи навстречу обоим братьям, и сквозь пары проглядывали жадные глаза монстра.

Оба орка пронзительно взвизгнули, не понимая, почему раньше не заметили ямы.

Визг стал громче, когда костлявая рука Рурака сделала другое движение.

— Думаю, — сказал колдун, — пришло время избавить вас от пут.

И тут цепи, на которых висели орки, со скрипом стали опускаться с потолка — и Раммар с Бальбоком полетели навстречу пузырящейся слизи и глядящим на них глазам. Их голоса смешались — так громко вопили орки. Мгновение — и братья грохнулись на твердый каменный пол.

Если бы орки не были сложены гораздо грубее некоторых людей, Раммар и Бальбок переломали бы все кости.

Яма с кипящей слизью и отвратительным монстром исчезла, а когда братья услышали раскатистый смех Рурака, то поняли, что стали жертвой иллюзии, вызванной колдуном при помощи его искусства.

Но не успели пленники перевести дух, как их снова окружили гномы с нацеленными на них копьями.

— Скажите, неловкие мои друзья, — сказал Рурак своим пленникам, пока те сидели на полу и чесали свои травмированные черепушки, — вы когда-нибудь слышали о Шакаре?

— Шакаре? — призадумался Раммар. — Нет, — сказал он через секунду.

Ответа своего брата он даже не дождался; этот умбал, кажется, был полностью занят пересчетом своих костей.

— В таком случае, я поведаю вам, о чем идет речь, — благодушно сказал Рурак. — Шакара — это такое место на севере, по ту сторону Черногорья и болот, на другой стороне Северного вала и…

— В Белой пустыне? — ошарашенно спросил Раммар — и вскрикнул. Гном кольнул его копьем, потому что он своим вопросом перебил Рурака. — Мелкий подлец! — прошипел Раммар.

— Да, в Белой пустыне, — подтвердил Рурак, повелительным жестом велев гномам держаться от пленников подальше. (Раммар бросил уничтожающий взгляд на уколовшего его поганца и потер плечо). — Там, где зима никогда не заканчивается, — продолжал Рурак, — где земля укрыта саваном вечного снега. Шакара находится посреди этой земли из звенящего льда. Это последнее из святых мест, еще сохранившихся у эльфов в этом мире.

— Х-храм? — спросил Бальбок.

— Вот именно.

— Как интересно, — притворился заинтересованным Раммар; на самом же деле ему было глубоко безразлично, чем там занимаются эльфы. После поражения во Второй войне орки научились избегать узкоглазых и гораздо охотнее занимались людьми…

— Да, интересно — верное слово, — пробормотал колдун, а глаза его загорелись странным огнем. — Как вы, вероятно, знаете, эльфам не долго уже пребывать в Землемирье. Они тоскуют о Дальних Берегах, своей потерянной родине, откуда они некогда пришли. Немало их уже исчезло в том направлении, а те, кто пока остается, ждут не дождутся момента, когда можно будет покинуть этот край. Долгое время эльфы определяли историю здешних мест, но теперь время их подходит к концу. Все больше их покидают Тиргас Дун, и с ними исчезают воспоминания о Землемирье — кроме одного.