Чтение онлайн

Несколько раз пытался остановиться, но что-то заставляло гнать коня дальше и дальше. Солнце уже зависло в зените, а он в злом нетерпении вглядывался в даль. Ну хотя бы что-нибудь! Боги, подайте знак! Что-нибудь помимо выскакивающих зайцев, жирных птиц, кроме белеющих в траве костей задранных волками оленей…

Он в самом деле взял повод и собирался остановить коня. На этот раз остановит и повернется… И тут лесные стены начали раздвигаться. Лесная просека стала шире. И дальше, похоже, она расширялась еще больше.

– Победа, – прошептал он с великим облегчением. – Боги, это и есть знак, какой я ждал!

Солнце зависло над обрием, когда он на взмыленном коне выехал на место встречи. Сердце дрогнуло, затем в груди стало холодно, как в могиле. При его приближении вспорхнула стая птиц, но сколько ни кружил, ни всматривался в примятую траву, но отыскать удалось следы Леха и Совы только в одну сторону.

– Боги, – взмолился он отчаянно. – Не дайте им погибнуть! О Лех! Почему не я поехал по левой просеке! Это было уготовано мне… Что бы ты ни встретил, это ждало меня, только меня…

Руки в бессилии упали. Он чувствовал, как в усталое тело вливается новая мертвящая тяжесть, словно весь пропитался свинцом из преисподней. Даже дышать стало трудно, а горло сжала незримая рука врага.

– Я никуда отсюда не уйду! – закричал он яростно. – Слышите, боги? Я не уйду! Вдруг им еще понадобится моя помощь? А Чех завтра все равно будет здесь. С дозором, с дружиной!

Он слез с седла, ослабил подпруги и пустил коня по траве – отдохнет и малость подкормится. Бесцельно щупал палицу, кусал губы, и вдруг настороженные уши уловили едва слышный перестук копыт.

В мгновение ока оказался в седле, подпруги уже затянуты, палица в руке, копыта уже не стучат, а гремят, и он боялся поверить, потому что узнал знакомый топот, а немного погодя из-за темного клина деревьев вынырнул всадник на красном, как закат, как пролитая кровь, коне.

– Лех!!!

Он заорал, кинулся, обнял с такой страстью, что сперва едва не сшиб, а потом едва не задавил. Лех, слегка побледневший, вяло отбивался:

– Ну чего ты так? Как ребенок, право.

– Лех, ты цел…

– Цел, – буркнул Лех, он кое-как отпихнулся от Руса. – А что могло случиться? Земли-то пустые! С той поры как Род сотворил эти земли, нога человека не ступала.

– Ну, – сказал Рус счастливо, – могли неведомые звери… Няня рассказывала о грифонах, что как раз в этих землях живут и плодятся! За тридевять земель – это же здесь? Еще муравьи тут ростом каждый с теленка, что золото из-под земли выносят. Самородки с кулак, право!.. А то и чужие боги могли осерчать.

Лех похлопал брата по плечу:

– Разве что приняли бы меня за тебя. Я у них ничего не крал. А где Сова?

Рус оглянулся:

– Теперь верю, что и Сова отыщется. Но почему так долго, что стряслось?

– Понимаешь, – сказал Лех со смешком, – я мчался, мчался, мчался… А трава тянется везде одинаковая, сосняк сменяется ельником, березняком, затем снова лиственницы, дубы, да все такие ровные, что глазу зацепиться не за что. Уже и солнце перевалило за середину, а мне как-то вернуться нелепо… Надо, понимаю, а не могу.

– Ну и?.. – спросил Рус со стесненным сердцем.

– А потом, поверишь, просека начала медленно расширяться. Я доехал до холма, посмотрел с вершинки… Поверишь ли, дальше вообще долина без всякого леса! А лес отступил, от одной стены до другой не меньше пяти выстрелов из хорошего лука. А как съездил ты?

– Лех, – ответил Рус упавшим голосом, – не нравится мне такое внезапное счастье.

Вдвоем возвращались к стану, когда на небе высыпали звезды, а костры уже разгоняли поздние сумерки. Вартовые выехали навстречу, собранные и настороженные. Передний сразу крикнул предостерегающе:

– Лех, Рус!.. А кто это скачет там, вдали?

Они остановили коней. В тишине слышался стук копыт. В лунном свете поблескивали искры на блестящем металле. Всадник гнал коня ровным, неторопливым галопом. Когда лунный свет упал на лицо, Рус узнал Сову:

– Ура!.. Отыскался!

Сова выглядел усталым, но голос звучал весело:

– Вы даже не представляете, что я отыскал!

Навстречу с оружием в руках вышли мужчины. Суровые, темные в ночи, они окружили всех троих, молчали. Тут же раздался мощный возглас, и к братьям протолкался Чех. От него пахло потом и почему-то кровью. Он сразу вскрикнул встревоженно:

– Людские следы?

Сове подали бурдюк с холодной водой. Он напился, проливая струйки на грудь. Чех свирепо прожигал его взором, вожак каторжников слишком уж выказывает непочтение; наконец Сова отлепился от бурдюка, шумно перевел дух, вытер рот рукавом:

– Откуда люди в забытой богами земле?

Люди окружили, посыпались вопросы:

– Песиголовцы?

– Великаны?

– Лешаки?

– А Змеи есть? Змеев видели?

Сова отмахнулся:

– Сами вы… Удивительнее. И желаннее. Бескрайняя… нет, края есть, зато бесконечная равнина с сочной травой и ручьями, какими ручьями… А в тех ручьях воды не видно, столько рыбы.

Чех шумно перевел дух. Повернулся к братьям, ­нахму­рился:

– А что стряслось у вас? Какие беды?

Рус развел руками, а Лех ответил сильным звонким голосом:

– Какие беды, ежели с нами мечи?

– У Руса палица, – напомнил Чех сварливо.

– Зато какая! Брат, наши рассказы до тошноты одинаковы. У нас все то же. Боги как сговорились. Все три просеки прорубили что вширь, что в длину… Правда, до конца мы не дошли, но и так едва коней не загнали! Теперь нам только следы упрятать. Ежели погоня, то чтоб не поняли, какую дорогу мы избрали.

Чех зыркнул из-под нависших бровей на одного, другого, сопел в раздумье. Вокруг все ждали затаив дыхание. Наконец Чех громыхнул:

– Отдыхайте. Утро вечера мудренее.

Сквозь тонкие стены шатра Чеха всю ночь желтело мутное пятно светильника. Изредка мелькала гигантская тень, хищно хватала жбан с квасом, снова исчезала. Появлялись другие тени, в одной Рус опознал сутулую фигуру Гойтосира. Тени смыкались огромными головами, превращались в неведомое чудище, что душными ночами является во сне и садится на грудь.