Чтение онлайн

Мы слушали, затаив дыхание.

— Тебе не говорили, что из тебя вышел бы отличный бард?

— Я не умею петь, — рассмеялась Стефания.

— Зато умеешь рассказывать истории, — сказала Лара. — Слышала бы ты ту чушь, что несли барды в Бухте Буеграда.

— Они плохо пели? — спросила Иляна.

— Пели-то они отлично, но все время про одно и то же: драконы, девицы, воины. Дело ведь не только в пении. Историю тоже нужно уметь рассказать.

— Не думаю, что карьера барда для меня, — улыбнулась Стефания. — Хотя было бы неплохо пригласить одного в поселение, для поднятия духа. Что думаешь, Василий?

— Барда? — переспросил я. — Музыканта, что ли?

— О, да! — оживилась Иляна. — Я люблю музыку. Мы в лесах сами ее сочиняли.

— У меня в голове только одна картина: какой-то парень с лютней ходит за мной по пятам и бренчит песни.

— По сути, это и есть бард, — сказала Лара. — Хорошее развлечение для спокойных дней. К тому же, у Тихомира с Росьяной скоро пополнение, так что артист не помешает.

— Это правда. Если наткнемся на толкового, можно подумать. Хотя сомневаюсь, что их много.

— Почему?

— Потому что в этом мире каждый день — борьба за выживание. Пока я думаю, как защитить поселение, кто-то другой учится играть на лютне? — я усмехнулся. — Сомнительная трата времени для большинства.

— Ты ведь теперь не боишься шуметь, Здоровяк? — спросила Иляна.

— О, нет, — твердо ответил я. — С этого момента шум это последнее, о чем я беспокоюсь. На нас наткнулись, и мы уничтожили целое поселение. Пусть только сунутся.

— Муж!

Я обнял Забаву, когда она практически прыгнула на меня, обхватив ногами и осыпав поцелуями. Меня тут же окутал запах ее волос, тепло ее тела. Как же я скучал по этому.

Однако, от стремительности ее напора, я чуть не упал, но почувствовал облегчение мгновение спустя, когда она отпустила меня и поспешила к остальным моим женам, особенно к Стефании, и притянула их к себе.

— Я так рада видеть, что вы все живы!

Видеть, как они обнимаются, смеются, делятся пережитым — картина простого семейного счастья, да, пожалуй это и есть единственное то, за что действительно стоит бороться.

Через несколько минут мы уже подходили к дереву.

Родные земли встречали нас тишиной и покоем — полной противоположностью тому дикому аду и хаосу, через которые пришлось пройти в чужих краях.

— Как шли дела в поселении пока нас не было?

— Здесь все шло хорошо. У нас не было никаких проблем, — тут же ответила Забава.

— Рад это слышать.

— Ну, если бы не Кузьма, я бы точно пропала.

— Ценю добрые слова, — со стороны домовой приблизился к нам. — Мне пришлось перестроить график дозоров в твое отсутствие, Василий, но кроме этого урожай развивается прекрасно.

— Отлично, — я оглядел свои земли. — Все просто отлично…

Я дал своим женам немного времени расслабиться после того, что они пережили, и отправился в обход с Кузьмой, возвращаясь в нормальный ритм жизни после пережитого безумия.

Как и говорила Забава, здесь все действительно было хорошо. На землях все было тихо: урожай рос, лошади паслись, Прохор воздерживался от создания проблем в своей лачуге, и благодаря средствам от торговли лазуриком место начинало всё больше ощущаться как дом не только для меня, но и для моих людей.

Союз с солнцепоклонниками кардинально менял сложившуюся ситуацию. Теперь у нас была защита с севера, торговые возможности и военная поддержка. Но главное, благодаря этому мы получили время на развитие. Можно было сосредоточиться на расширении, а не только на выживании.

К тому времени, как я поговорил со всеми и вернулся в домик на дереве, из живота донесся громкий звук. Голод давал о себе знать. К счастью, у нас было много мяса тауремов и рыбы.

Полчаса спустя я уже пребывал в привычной уютной атмосфере поселения, а в воздухе витал аппетитный запах жареной еды, шкорчащей на сковороде. К нему примешивалась комбинация специй, с помидорами и морковью.

Еда еще готовилась, и пока жены хлопотали над ней неподалеку от дерева, у меня было время обсудить с домовым еще один вопрос.

Я махнул ему рукой, направившись к ближайшему наблюдательному пункту.

Открыл инвентарь и достал из него нужный сверток из ткани.

— Что это? — спросил Кузьма. — Украшение для моего дома?

— Не совсем, — я развернул ткань, приподняв ее для лучшего обозрения. На большой прочной материи было вышито ярко сияющее оранжевое солнце.

— Погоди, это что знамя поселения?

— Солнцепоклонников.

— Ого. Кажется, тебе есть что мне рассказать.

— Светозар подтвердил, что теперь является нашим союзником.

— Это очень хорошо, — кивнул Кузьма, поглаживая свою кустистую бороду. — Тогда, чтобы подчеркнуть наше единство, предлагаю разместить его с нашим собственным знаменем. В этом случае, даже самые недалекие поймут, что мы хорошо защищены даже от сильных потенциальных угроз.

— Звучит как чертовски хорошая новость. Заставим передумать противников от нападения еще на подходе, — усмехнулся, но тут же нахмурился. — Единственная проблема в том, что у нас еще нет собственного знамени.

— У Владыки Незмира было одно до твоего прибытия, но в нем чувствуется недостаток фантазии. Поэтому предлагаю нам разработать собственное.

— Отлично. Тогда дело остается за малым, разработать макет, заказать вышивку у портного, после чего сможем выставить их на всех наших территориях.

Кузьма улыбнулся, переведя взгляд на тропу в лес.

— А оборона это единственное, что у тебя на уме?

— Оборона — основа всего. Но теперь, когда у нас есть надежная защита, пора задуматься о следующих шагах. О развитии, — я оперся о перила платформы. — Золотые запасы от торговли лазуриком дали нам стартовый толчок, но полученное богатство должно работать дальше без простаивания. По хорошему нам нужно построить торговые маршруты, наладить поставки скота и урожая, запустить полноценную добычу руды на новых землях. Только такие действия сделают экономику нашего поселения стабильной.

— Хм… Это достаточно серьезное расширение нашей деятельности, — глаза Кузьмы будто наполнились проницательным светом. — Богдан и Данила сильны, но если мы планируем перемещать большие количества товаров, нам определенно нужно увеличить наши ряды.

— Я уже все обдумал. Варианты роста поселения ограничены: захват, рабство или освобождение порабощенных. Захватывать союзников глупо, так как нам нужны добровольцы, а не враги. Рабство я принципиально исключаю, поэтому нам остается только третий путь.