Чтение онлайн

— А, это ты, — действительно скучающе отозвалась я. — Я думала, этот амбал тебя уже прикончил из ревности.

— Ты ревнуешь? — притворно удивился Аркудов. — А я-то думал...

— Такая потеря для мирового сообщества, — не менее удачно притворилась я. — С меня бы спросили.

Подошедшая официантка поставила перед нами заказ: кофе с булочкой, по виду мне ровесницей, салатик и кофе для Аркудова.

— И ты бы осталась единственной звездой мировой фотографии в нашей деревне, Диана,

— кивнул Аркудов. — Могла бы хорошо развернуться, никто бы тебе не мешал. — Мне показалось, или в его голосе прозвучала издевка? — Приятного аппетита, солнышко, булочками не увлекайся.

— Мне можно все, — усмехнулась я и нарочно откусила от булочки столько, сколько влезло в рот.

— А мне доброе слово?

— Не ешь салат.

Нет, Аркудов, я сейчас не пошутила. Попортить бы тебе хваленую твою харизму, чтобы ты и в самом деле мне не мешал.

— Куда ты сам-то собрался? — спросила я, кивая на камеру. — Тут ничего для нас с тобой интересного. Надо брать проводника, спускаться туда, — я указала вниз, где шумела тайга, — искать точки...

— У меня особенное мероприятие, — хмыкнул Аркудов, — для сильных духом мужчин.

— Тогда салат тем более не ешь.

— Да дался тебе этот салат?.. Ты сама вообще сейчас чем занята?

Я глотнула кофе и посмотрела на тучу.

— Отдыхаю.

— Это я понял. Я спрашиваю — вообще.

— Тебе-то какая разница? Как и все, у меня, знаешь ли, масса контрактов. Рынок внутреннего туризма переживает свой золотой час. Но могу я просто поездить, не таская с собой рюкзак и сто объективов? Страна красивая.

Аркудов ковырялся в салате, то ли и вправду с ним было что-то не то, то ли просто невкусный. А я думала, что одно дерьмо другим не отравится. Меня не удивляло то, что он скопировал мой проект, поражало, с какой непосредственностью он со мной разговаривал. Еще хуже человек, чем я считала, воткнет нож в спину в любой момент, буду падать в пропасть, только поможет. Наверное, даже у Мимимишика есть кодекс чести, а вот у нас, у порядочных бизнесменов, его все -таки нет. Все хвалимся только тем, какие у нас соцпакеты и как идеально мы платим налоги, все это тоже отретушированная фотография, потому что копни поглубже, и сколько утопленных в болоте «друзей» у каждого наберется — кто знает.

Обратно мы доехали без приключений и в разных кабинках. Группа наелась, некоторые даже уснули, и гид о чем -то тихо говорила с водителем, Иван прикорнул, я отчаялась поймать стабильный сигнал и просто читала книжку, скачанную на смартфон, и ничего из веселых приключений героев в меня не лезло, я бездумно пялилась на слова, не понимая их смысла, и только посматривала на небо. Туча близилась, но не так быстро, как я могла бы ожидать.

Мы приехали на площадку, и люди в микроавтобусе воодушевились. Вид двух вертолетов скинул с них сонную задумчивость, кто-то начал говорить, что готов заплатить за такую экскурсию. Я присмотрелась — возле первого вертолета стояли высокие темнокожие парни с видеокамерами и какими-то логотипами на куртках, гид, замученный и уставший, и пилот с планшетом в руке. Видимо, это была иностранная группа, возможно, профессиональная видеосъемка, какой-нибудь «Гринпис» или вообще ООН, туристы сейчас и не въедут, да и вертолет их выглядел посолиднее и поновее, чем наш.

— Савицкая, Аркудов, Денисов плюс один! — воззвала к нашей совести гид. — Нет-нет, такую экскурсию организуют наши партнеры! Нет, ее у меня заказать нельзя!

Я попрощалась с Иваном, подхватила рюкзак и вышла. В принципе, я предположила верно: Мимимишик и его пассия, Аркудов и я. И лицо Аркудова было мрачным. Я улыбнулась.

— Здравствуйте, — подошел к нам высокий накачанный парень лет тридцати. — Я Роман, ваш пилот и гид. — Гид упихала обозленную группу в микроавтобус, и он теперь разворачивался. Мимимишик оберегал свой рюкзак и бросал многозначительные взгляды на Аркудова: свои пять тысяч тот еще не отработал. — К сожалению, у меня для вас скверные новости. Мы никуда сегодня не полетим.

У меня возникало подобное опасение, за тучей я наблюдала не зря. Летала я много, чтобы делать определенные выводы, и даже в аэропорт нередко не торопилась, понимая, что из -за прогноза погоды вместо трех часов до взлета проведу там все семь.

Аркудов только пожал плечами и проследил, куда смотрит Роман: на часть неба, окутанную вселенской тьмой. Мимимишик безразлично отмахнулся, хотя я ожидала, что он начнет препираться и уповать на то, что деньги он потратил.

— Разумеется, экскурсия состоится, — улыбнулся Роман, — только не сейчас. Не сегодня. Вас разместят в гостинице по вашему выбору, скидка тридцать процентов на номер и посещение сауны бесплатно на два часа.

Сауна — это именно то, что мне сейчас нужно, и похоже, что так думали все остальные, прикидывая, кто сдастся стихии первым. Я вытянула шею, рассматривая за деревьями невысокий отель. Не «Мариотт», но его тут никто и не ищет, хорошо если туалет в номере и тепло.

И в этот самый момент, когда Роман уже перевел дух и решил, что обойдется без скандала, Милена схватила его за рукав.

— Но они летят! — она выпучила накрашенные глаза и ткнула пальцем в вертолет иностранцев. Роман неохотно повернул голову, посмотрел, как лопасти начинают вращаться, и усмехнулся.

— Это специальная межгосударственная программа. Там сотни причин, начиная от визового режима до каких-то докладов черт знает где. Они понимают все риски, и им за это и платят.

— А мы вам не платим, да? Мимимишик!

У меня сложилось впечатление, что Мимимишику все эти покатушки наскучили еще в те времена, когда анекдот про сафари, козлов и джипы был как нельзя актуален. Лицо у него было и так равнодушное, оживился он только, когда поймал Аркудова и стал его донимать, и упоминание о сауне немного скинуло с него сонное безразличие. Я уже подхватила рюкзачок и начала мысленно заниматься делами, опять же надеясь, что в отеле будет если не устойчивый мобильный сигнал, то хотя бы вай -фай, Аркудов стоял, расставив ноги, покачивался и молчал, а Милена входила в раж, и я сунула руку за телефоном.

Не всегда я могу продать снимок на сток. Не всегда я могу разместить фото в портфолио. Не всегда я могу нарушить тысячу неписаных и узаконенных правил, но никто не мне запретит держать в «облаке» особую папку, в которой любой художник найдет себе нужные черты лица, позу, экспрессию, эмоции. И человека потом не узнать, персонаж создается из десятка таких фотографий, этакий «монстр Франкенштейна», и рисунок бьет все рекорды, особенно если идет в продажу. И я получаю от этого свой процент — негласно, но безоговорочно.

— Люська, хорош орать, — поморщился Мимимишик и обратился уже к Роману: — Пожрать тут есть? А выпить?

— Да, разумеется, — ответил тот, — только пить не рекомендую, в нетрезвом состоянии я вас на борт не возьму.

Мимимишик кивнул, со всем соглашаясь, Милена не успокаивалась.

— Они же летят! Почему мы должны тут торчать? Тут дыра, наверное, какая -то, я здесь не останусь! А вы что молчите? — накинулась она теперь уже на нас. — Вы что, не платите ему деньги? Нормально? Зачем я сюда приехала?