Чтение онлайн

Зеркало прибыло через два часа. Через три, я, примерев свой старый лик, обмывшись и переодевшись, шёл навстречу многочисленной толпе студентов. Ребята спешили на занятия, весёлые, жизнерадостные и немного заспанные. Большинство из них не знало и никогда не узнает историю обо мне и той семье, что сегодня едва пережила возможно самый страшный день в своей жизни.

Двигаясь против потока, внимательно вглядываюсь в лица, в надежде не увидеть тех, кого тут точно не должно быть. Ария, сегодня, я впервые нарушил её приказ, в реальной форме сделать это не составило особого труда. Пожелай я того, мог прямо сейчас стать свободным, отправиться в мир и земли рогатых демонов, чудовищ, битв, крови и прочего. Вот только мне не хотелось этого. Всю свою жизнь провёл в обществе людей. Людей я понимал, мне нравились наши женщины, простые и естественные. С двумя грудями, с жопкой, чтоб подержаться можно было, в общем, с телом человеческим, а не той козлиной полутушей, которую я по катакомбам размазал. Да и город местный пришёлся по вкусу. Не люблю историю и старину, но вот местная архитектура, вид одежды, стиль и то, как спокойно пьяные в здешних местах слоняются по городу, вызывало внутри меня эстетическое удовольствие. Здесь я мог почувствовать себя не в рот ебанным аристократом, после, использовав зеркало, побыть пьянчугой забулдыгой, после, солдатом. Магия, она давала мне столько возможностей, а сила, которой наделено это тело, делала любую детскую и даже взрослую мечту реальной. Впервые я мог стать кем пожелаю, хоть королём, только предстояло чутка поднапрячься, поучиться, добиться титулов, уважения, эм… Учить дворянские семьи, и… Нет, не хочу быть простым королём, слишком много учить, слишком геморрно. Я… Точно, я хочу быть не простым королём, а королём преступным, Королём преступного, мать его, мира!

Силы в руках хоть локомотивы тягай, есть верная (как для демона) секретарша, небольшой бизнес для отмывания черного нала, кое-какие связи с буржуа и теми же преступниками, что приглядывали за Блекберри. Иными словами, всё необходимое дня начала есть, а жертвы из рядов мафии всегда можно списать на Апостолов. Они повсюду, их много, и наверняка вскоре вновь всплывут их грязные делишки.

Решено, днём я буду продолжать играть роль «защитника человечества», пай мальчика, всюду следующего и восхваляющего свою госпожу. А ночью, используя все знания и возможности заполученные днём, буду жить исключительно для себя. Буду пить, есть, заниматься сексом, порабощать и убивать во имя своего собственного блага. Двуличность… Да, это точно она. Изменщик, вор, убийца, двуличность позволяла мне быть тем, кем я захочу в определенный момент. Мне нравится подобное, такой подход отлично слаживается с ублюдским характером человека вроде меня. Я ведь не герой, не принц, а скорее наоборот, злой и страшный дракон, заточивший себя в одной башне с принцессой.

Рассуждая о драконах, у входа в лавку вижу целую толпу злых мужиков. Азиаты Тау, вместе с принцессой и старыми Егерями Жозет, исполнили обещанное. Грудью своей встали напротив окруживших их Коронетов и Софии. Человек семьдесят, вооруженных до зубов, прожигающих друг друга взглядами. Хоть наших и меньше, они смело смотрят в глаза врага, ждут команды «фас», полностью игнорируя мечущихся между ними законников. Что-что, а кровожадности в этом мире у людей побольше, чем в нашем. Местные власти бессильны, старший офицер, прибывший с горстью стражи, пытается о чём-то договориться со Второй принцессой Штольбурга, но девушка отказывается даже слушать.

— За убийство, грабеж и запугивание я требую власти Бавонии немедленно арестовать Шень Тау! — Размахивая палочкой в руках, кричит беловолосая София.

— Капитан, эта девушка преступница! — Стоя за спинами солдат, обвиняет в ответ Софию Шень. — Её люди желают причинить вред семейству Блекберри, а я, как их союзник, только и делаю, что защищаюсь. Пусть мы и окружены, нас меньше, но не думайте, что мы вот так вот сложим оружие, отдав вам наши жизни и головы!

— Лгунья, ты убила моего брата! — Орёт София. Кажется, Шалли где-то всё же прокололась.

— Клевета, я только и защищала Арию! — Отстаивает свою невиновность Шень.

— Значит это сделали твои люди, стража, чего вы стоите, арестуйте!

— Довольно! — Пробираясь сквозь толпу кричу. — Принцесса София, прекратите немедленно. Как вы смеете оскорблять Тау и тех, кто откликнулся на нашу просьбу о защите?

— Защите, они… — Найдя меня в толпе, голубоглазка велит страже расступиться, пропустить меня. — Люциус, мой брат и бастард дома Штильферн зверски убиты. Их казнили, словно преступников обезглавили прямо у вашей лавки. Хотя я…

— Вы что, велели ему взять нас в заложники? — Переспрашиваю я, глядя в большие синие глаза. У меня нет стопроцентного доверия к Софии и Коронетам. Хочу оставить нас в роли партнёров, не рассориться, но и показать, что не одними ими богаты ряды знати Бавонии.

— Чушь, я ваш друг, я…

— Это он, дилижанс вашего брата? — Кивком указываю в сторонку, туда, где, подпирая стену, стоит Шалли. — Куда делся со званного ужина ваш брат, почему дилижанс здесь, во сколько и где были найдены тела? — Спрашиваю я, видя как София, бегая глазками, в мозгу пытается собрать картину происходящего воедино.

— Он говорил о делах, о встрече и…

— А что видели свидетели, когда его карету заметили на этой улице? — Не слезая с той, задаю ещё один вопрос. — Лучше разберитесь со своей семьей и лишь потом лезьте в нашу. Я лично попросил принцессу Шень Тау обеспечить нам защиту этой ночью. Я видел, кого вы привели и поставили нам в защиту. Кларк Штильферн, избранный вами, не заслужил моего доверия, а ваш проступок, из-за которого лавка подверглась нападению со стороны Марлини, стал финальной точкой. Вы не сдержали своего слова, принцесса. Не выполнили обещания и теперь, пришли на порог чужого дома, бряцая оружием, осыпая оскорблениями и лживыми обвинениями. Чего вы добиваетесь, хотите насильно подмять семью Блекберри и после использовать мою силу лишь себе во благо?

Последнее слово, о благах и использовании меня, попало прямо в точку. София умела лгать, могла отпираться, но напрямую, глядя мне в глаза, скрыть эмоций не смогла.

— Конечно же нет, я не собиралась вас использовать! — Аура её дрогнула, порвалась, а тёмная рожица постыдно отвела взгляд в сторону.

— Вы лжете, принцесса. Я отчётливо вижу это по вашей ауре, точно так же, как видел, что аристократу Кларку Штильферну нельзя доверять. Вам нужен убийца брата, хорошо, обратитесь к Констеблю Езефу Маркусу, этому человеку найдётся что сказать.

— Экзаменатор… А он тут причём?

Я собираюсь подойти к Софии, но стражник кладёт мне руку на плечо, останавливает. Девушка, кинув на своего защитника недовольный взгляд, подходит сама.

— Спрошу ещё раз, причём тут Маркус?

— При том… Моим словам вы не поверите. А словам академии, церкви, армии, может даже короля, поверить придётся. — Отвечаю я. София колеблется. Ненависть, обида, гнев и стыд перемешались с любопытством.

— Допустим, я поверю, говори.

Мне не удалось сдержать улыбки. Рассмеявшись, посмотрел на напрягшихся мордоворотов, на девочку, игравшую в принцессу, ох…

— Зря тратите время, но, раз просите… Кларк Штильферн — старший брат и Первый апостол Секты поклонников Одиннадцатой Княжны тьмы Агонии. — Едва я произнёс это, все стражники, включая Софию, охнули.

— Да как ты смеешь! — Звонкая пощёчина, шлепок, даже не почувствовал, но все перепугались. Стража Тау, законники и воины Софии, конфликт обострился. — Ублюдок, ты…

— Не тратьте время на оскорбления, вы же принцесса. — Она сорвалась, перешла на неподобающий тон. Похоже, я зацепил её, задел за живое или больное, то, что буквально заставило малую взорваться. Стоило скорее закончить этот конфликт, пока София окончательно не утратила лицо, не кинулась на меня с кулаками и очередной порцией обвинений, брани, за которую потом ей будет ой как стыдно.

Мысль мою понял и главный стражник, мужик — мордоворот со сдвинутой влево челюстью и шрамом, проходившим по переносице. Кажется, он был личным сержантом принцессы. Его я чаще других видел в окружении Софии. Обратившись к госпоже, напомнив об опасности нападать и бить кого-либо из аристократов, он оттягивает поливающую меня грязью Софию. Кем я теперь для неё только не был: и «грязным животным», «безмозглым фамильяром» и «ублюдком в человеческом обличье». Не оскорбления, а именно связь убитого с культом дьяволопоклонников больше всего оскорбили принцессу. Видимо, в здешних местах подобное очень и очень страшно наказывается, либо же осуждается. А я не знал и ляпнул, ещё и на людях.