Чтение онлайн

— Слушайте честные христиане — обратился он к селянам. — Государь наш, князь Дмитрий Иоаннович, за морем-окияном купил сии корни за страшные деньги. Вельми нравится ему еда с сих корней. Евоный кухарь и в супы кладет его и так жарит, и еда эта вестимо полезна и сытна, самих вас ныне заморской пищей попотчевали. Князь желает, чтоб лучшие пахари взяли по мешку картошки и посадили на своей земле. Корень дает приплод самдесять, но вы люди темные и государь желает получить от вас по осени только по три мешка на каждый даденный, самого лучшего отборного картофеля. Кто по осени государю на двор привезет три мешка лучшего картофеля, тому яз лично уплачу по его воле по два рубля серебром, бо кто возьмет корни и не привезет, с того княжьей властью возьму виру в рубль.

Крестьяне, услыхав про награду в два рубля за три мешка картошки, загуторили меж собой, но услышав про штраф, несколько притихли.

— У князя есть в хозяйстве только десять мешков картошки, так кто первый возьмет, того и честь будет. — Вот тут, то я и порадовался, что сижу на высоком помосте. Энтузиазм из селян попер, как цунами, за полгода поднять два рубля, а это почти стоимость лошади или двух коров, желали все. После выяснения отношений, чуть не переросших в драку, уберегли воины, что стояли неподалеку на всякий случай, определились десять новых разводчиков картошки. В свару вмешался тиун Федор заранее определелив победителей из восьми разных селений.

— Те, кому Господь сегодня помог, идут к тиуну Липкину. Вон он стоит — указал на Фролку угличский тиун, — он вам расскажет, как сажать да ходить за корнем сим. Всю картошку, что останется опосля сдачи на княжий двор, государь жалует честным христианам в хозяйство.

Ну, вот теперь в моем уделе картошка разойдется за пару лет по всем дворам добровольно и с песней. Оставшиеся корнеплоды отдал на развод Фролке, чтоб, как и в прошлом году посадил он его на том же участке. Теперь с чистой совестью можно и в Устюжну отправляться.

Прибыв в город на реке Мологе, отпустил с наградой стрельцов, размещать сотню конных воинов в Устюжне особо негде, разве по черным избам подселить. Сам в сопровождении охраны явился к дому. Приветил жену, передал письма и отправился к Паровозному сараю. Внутри стояла платформа на стальных блестящих колесах. Прибежал Савельев, принялся хвалиться:

— Вот княже готовая тележка под огненный котел. — И Федор указал на дубовую раму, установленную над колесными парами. Каркас состоял из прямоугольных массивных брусьев, соединенных меж собой железными уголками. Опиралась эта конструкция на металлические арки с узлами крепления к стальным осям паровоза.

— Да… Федя, — протянул я — таковая тележка и елефанта выдюжит.

— А то, всеми мастерами прикидывали, как способнее раму сотворить.

— На стыках рельсов трястись паровоз станет, не ослабнет рамища?

— Не. Навсегда делали, на шипах, на клею, да и углами стальными на винтах упрочили. — Заявил Савельев.

— Чего дальше делать будем?

— То чего знаем ужо хорошо. На станках железорезных выточим паровики близнецами на обе стороны, опосля скуем топку, бо к ней приклепаем большой паровой котел. Мню с делами всими, до октября управимся.

— А подшипники на оси ставили?

— Вестимо княже, коли у аглицких людей таковая тележка бегает, так разумею без подшипников, тех вельми греется она на ступицах колесных.

— Ты вот что Федор, в июне именем государя зачнется строительство дороги великой сквозь всё Московское царство. Яз ныне царев урок задам ковалям устюженским, чтоб делали рельсы железные для царской дороги, и все, что надобно к ним из железа доброго. А тебе надобно придумать тележки для облегчения труда, чтоб лошадью возить камень битый, да шпалы, да рельсы. Чтоб одинаковые были: снял борта и вези длинные бревна, поставил борта и вези песок да щебёнку. Ты придумай, и заказ отдай на колеса и другие железные части, чтоб точильщики зачали делать. И плотникам доски укажи на днища да борта к коробам. Заказ дай на двадцать таковых телег, да чтоб одну телегу груженую по рельсам одна лошадь тащила.

На самом деле голландцы выдали приличный перечень необходимых инструментов: лопаты, кирки, чугунные катки для уплотнения основания под дорогу, тачки для грунта и т. д.

Первый участок дороги от Коломны через Москву до Троицкого монастыря составит около двухсот верст. Устюженские ковали в нескольких больших домнах могут выплавлять в год от семи до девяти тысяч тонн железа, тут проблема в добыче и доставке сырья. Погонный аршин рельса получился чуть тяжелее двух пудов, то есть четыре пуда на метр пути. По цене пятнадцать алтын за пуд за погонный аршин пути это будет без малого два рубля. Государь Федор Иоаннович дал на царскую дорогу сто тысяч рублей, Борис Федорович ещё тридцать тысяч. Мои доходы от всех местечек, городов, промыслов, долей в доменных печах, переработки свинца, суконных и стекольных мануфактур, и главное зеркальной мастерской с выделкой оконного стекла и зеркал составляли без малого восемьдесят шесть тысяч рублей. На обиход угличского двора и содержание стрелецкой сотни в год уходило около тысячи рублей серебром. На технологические изыскания еще около шести сотен, Ждан Тучков имел неограниченный лимит на покупку хлеба впрок, что стоило еще около двадцати тысяч рублей. Таким образом, сейчас у меня было более шестидесяти тысяч свободных денег в год. Но тут есть узкое место, спрос на дорогое стекло и большие зеркала должен будет упасть, рынок насытится и все, тогда либо снижай цену, либо за море торгуй. Так что даже если мой нынешний взнос будет великим сейчас, то через пару лет он неминуемо снизится. Короче в ближайшие годы бюджет стройки составит до двухсот тысяч рублей в год или около ста верст пути, на большее денег нет. В голодные годы будет множество безработных людей, вот тогда Годунов обещал потрясти государевой казной и увеличить финансирование в несколько раз. Строить можно летом, а зимой возить грузы паровой тягой. Кстати государев заказ на железную дорогу поддержит угличских кузнецов на фоне падения спроса от купечества. Торговаться с ковалями отправил Тучкова, он в этом деле дока.

Сам же отправился к станочникам. Станок для обработки массивных изделий имел длину около восьми аршин. Огромный бронзовый маховик располагался с обратной стороны от зажимного устройства, где должна будет крепиться заготовка, по замыслу конструктора Петра Кособокова его инерция позволит сглаживать нагрузку от резца.

На станке по настоянию мастера Савельева уже расточили оси для паровоза, но за пушки ещё не брались. На первом пробном орудии я решил не изгаляться над наружной поверхностью. Сейчас было нужно понять какой длины надо делать ствол, чтоб он был наиболее коротким, но бил аршин на триста дальше лучшей шведской пушки.

Процесс высверливания канала ствола был многоступенчатым и медленным. Сначала на десять-пятнадцать вершков в теле отливки высверливалось отверстие в два вершка диметром, затем несколькими сверлами оно рассверливалось до десяти вершков, затем на удлиненной оправке снова сверлилось двухвершковое отверстие. Окончательно двенадцати вершковый калибр рассверлили за один проход. Таким образом, за несколько дней пробная пушка с двух аршинным стволом и конической зарядной каморой была готова.

Стрельбы показали дальность в три с лишним версты. Как нынешние пушкари палили на такие расстояния, было не понятно. Оказалось, никак. По пояснениям оставленных боярином Лапушкиным артиллеристов, из орудий в поле обычно не палили, они применялись в основном для осад. Пушкарь, участвовавший в последней русско-шведской войне, поведал, что полевых пушек у шведов было мало, десять или двадцать штук и их калибр не превышал девяти вершков. Стреляли они ядрами либо ежовым выстрелом, то есть картечью из рубленого свинца и железа. Стрельбы проводились только прямой наводкой в виду неприятеля. Таким образом, дальность в 2–3 версты была абсолютно бесполезна, так как цели видно не было, а цена выстрела высока.

После трех этапов отстрела пушки с отпиливанием частей ствола пришли к тому, что длина канала в шестьдесят вершков оказалась маловата, а один аршин, который был у образца до того как у него отпилили очередную часть, в самый раз.

Таким образом, токарям был дан приказ выточить из заготовки пушечный ствол, с длиной канала ствола в один аршин, утолщением стенок в казенной части и постепенным сходом к устью дула, по образцу литых орудий. Недели через две обещали закончить.

Ждан уломал ковалей на цену рельсов по двенадцать алтын за пуд, ведь работа состояла только в отливке стальной детали без дополнительных кузнечных работ. Кузнецы сделали несколько десятков массивных разборных железных коробов, куда в песчано-глинистые формы, после доменной плавки заливалась сталь, при этом излишки металла сгонялись скребками, а из готового рельса выбивались керамические закладки под отверстия, соединяющей на стыках рельсы через накладки клепки. Плюсом этой технологии было то, что шлаки, какие оставались в металле всплывали вверх и удалялись скребком, либо оставались в верхней подошвенной части перевернутого рельса.

На годовщину свадьбы, любимой жене подарил телескоп. Инструмент давал сильно увеличенное, но искаженное по краям изображение. Луна через прибор была великолепна. Новые видимые на спутнике Земли детали вызвали множество вопросов. Пришлось преподать супруге скорректированную версию астрономии.

На звероферме в конце апреля несколько самок соболя принесли приплод. Звери были крайне беспокойны из-за городского шума, пришлось предприятие с берега реки перенести вглубь леса рядом с усадьбой. В хозяйстве с приплодом было сорок зверей, так, что в этом году на прибыль можно не рассчитывать. Тучков пока был не очень доволен затеей: жрут много, а толку нет.