Князь Владимир Старинов (часть 1, Черновик)
Шрифт:
– Что значит применяться без исключений?
– Это значит не выходить за рамки тех соглашений, которые есть, даже если очень хочется что-то нарушить. Некие добровольные обязательства, которые берут на себя обе стороны.
– И ты согласишься вот так уменьшить свою власть?
– По большему счету людям нужно только одно – чтобы власти вмешивались как можно меньше в их жизнь. Именно это я и планирую сделать. Поймите, ваша светлость, это не уход в сторону, как кажется, я не собираюсь пускать все на самотек и оставлю себе столько прав, сколько нужно для возможного влияния на ситуацию. Тут и право вето на городских собраниях и верховная судебная власть остается за мной, хотя мелкие вопросы могут решать и без моего вмешательства. В любом случае общий координатор нужен будет всем.
Герцог снова задумался.
– Как я понимаю, это не твоя выдумка?
– Верно. Я взял за основу то, что существует у меня дома. В основном опирался на магдебургское право и соглашения ганзейского союза.
– Хм… Вот что, дашь мне прочитать этот твой…
– Судебник. Свод законов по уголовному и гражданскому праву, а также законы вольных городов, их права и обязанности. У вас, насколько я понял, каждый вольный город получает те права, которые сумел выторговать у феодала.
– Что-то я все равно не понимаю каким образом это тебе поможет… хотя… да нет… но… – Герцог целиком ушел в свои мысли. – Вот что, ты мне этот свой судебник потом дашь. Очень хочется ознакомиться с ним.
– А смысл? Это же только черновик. Основа, которая потом будет дополнена. Я же не знаю всех ваших законов и правил. Вдруг что-то впишу, что противоречит какому-то древнему приказу первого короля?
– Ага! Значит, ты себе все-таки оставляешь лазейку для изменения неугодных правил.
– О какой стабильности можно говорить, если кто-то может произвольно изменить правила? А любые законы не могут быть статичны. Тут главное определить механизм изменения этих правил. Он тоже должен быть для всех понятным и прозрачным.
– Ты меня совсем запутал. Я обдумаю твою идею. Кажется тут с ходу не разобраться.
– Просто представьте игру, в которую играют несколько человек. Правила, пусть даже несправедливые, должны быть общими для всех. Даже при полной несправедливости в сторону одного игру все равно можно еще как-то выиграть. А вот в игру, где правила произвольно меняются в процессе по воле кого-то играть невозможно в принципе. Никто и не будет. Можно заставить силой за отсутствием альтернативы, но любой моментально уйдет играть туда, где есть четкие правила, какие бы несправедливыми они не были.
– Хм… Весьма любопытно. Весьма… Ты заставил меня задуматься… Но довольно о деле, мы все-таки сюда отдыхать выехали, а делами потом можно заниматься. Только последний вопрос: это ты сам придумал?
– Честно говоря, нет. Это рекомендации по действию в условиях неопределенных взаимоотношений.
Герцог наградил Володя задумчивым взглядом и покачал головой.
– Весьма любопытно. Весьма. Полагаю, что раз твои учителя давали такие советы, значит ваша страна уже проходила такие неопределенные отношения.
Володя прикусил язык, но поздно. Расслабился и герцог все-таки сумел, проведя с ним доверительную беседу, выудить полезную для себя информацию. К каким выводам он придет основываясь на ней непонятно, но… Потеря инициативы в разговоре всегда плохо. Но раз уж сказал… слово не воробей…
– Это опыт многих. Всегда полезно учится на чужих ошибках, а не расшибать лоб на своих.
– Собственные ошибки лучше запоминаются, – усмехнулся герцог.
– О да. Но чужие безопаснее для собственного лба. У нас говорят, что мудрый учится на чужих ошибках, умный на своих, а дурак повторяет их из раза в раз.
– Да ты просто кладезь мудрых мыслей. Весьма любопытно. Но довольно. Я вот что хотел сказать, два дня назад от короля пришло письмо, в котором он требует моего скорейшего прибытия в столицу. Потом, как я понимаю, мы отправимся к Эриху. Откровенно говоря, я считаю, что пока все идет в нашу пользу. Эрих застрял в осаде, наши отряды небольшие и потому проявляют осторожность, действуя только на коммуникациях родезцев. Я боюсь, что стоит его величеству снова появится в войсках и даже мне не удастся сдержать его воинственный пыл – он наверняка вознамерится немедленно ринуться в битву. Благо и советчики найдутся. Из-за этого я и медлю, тяну с отъездом. Написал, что неотложные дела вынуждают меня задержаться в Тортоне для прояснения ситуации.
– Полагаете, что недавнее поражение ничему Артона… простите, его величество не научило?
– Научило, раз все же уехал из армии. Очевидно понимает, что без сдерживающей силы, способной дать отпор излишне горячим головам в его окружении, он не выдержит и снова ринется бой. Очень горячий молодой человек. Весь в отца в молодости. Полагаю, из него получится хороший король, если он научится укрощать свой нрав. Уже, надо признаться, делает успехи. Тем не менее, надолго я все равно не смогу здесь задерживаться. Еще максимум дней пять. Милорд, когда в столицу прибудете вы? Хорошо бы, если вы не будете задерживаться – будет повод удержать короля подальше от армии еще некоторое время.
Теперь уже Володя задумался.
– Мне надо еще хотя бы две недели для прояснения всех вопросов. У меня по прежнему мало данных.
– Хорошо. Пять дней пока я здесь и две недели после моего отъезда. Через двадцать дней начиная с этого я жду тебя в столице.
Это уже был прямой приказ, хотя Володя пока еще и не подчинялся герцогу, поскольку не приносил присягу. Тем не менее спорить было глупо и мальчик согласно кивнул. Дальнейший разговор снова сошел на тему искусства и новых веяниях в науке.
Постепенно по крохам Володя собирал сведения о будущем театре военных действий и о характере своего противника.
– Очень любит жену и детей?
– Да милорд, – докладывал Винкор. – Я не думаю, что это важно, но вы просили…
– Правильно, что сказал. Дальше.
– Немного импульсивный, храбрый, но не безрассудный. Те, кто воевал под его началом, отзываются о нем как о хорошем солдате. Имеет дальнее родство с правящей династией.
На эту тему его уже просветил герцог, но Володя слушал не перебивая, а Винкор продолжал сыпать сведениями, которые мальчик аккуратно заносил в тетрадь. После ухода Винкора заявился Джером со сведениями о дорогах герцогства и путях в него из столицы и они вдвоем ползали по карте, отмечая сомнительные места или наоборот, хорошие. Точнее отмечал Володя по рассказам слуги.
– Ты говоришь брод? Какое там дно? Выдержит обоз или нет?
– По рассказам купцов, нет. Песок и ил. Очень быстро разбивается колесами.
Мальчик сделал очередную пометку на карте. И отправил Джерома уточнять состояние крепостей и замков герцогства.
– Да, отыщи Винкора и передай, что я ему велел составить полный список всех дворян герцогства, а так же краткую характеристику по каждому из более-менее значимых семей. А тебе составить список городов, их основные статьи доходов, какой статус имеют, кто чего добивается. Все слухи, какие услышишь передавай мне, какими бы неправдоподобными они не были.