Князь Вольдемар Старинов. Дилогия
Шрифт:
— Абрахим… Я рад, что ты уцелел.
— Спасибо, ваша светлость. Было нелегко.
— Но ты справился. Вот что, сейчас совершенно некогда… Иди в форт, разыщи Филлипа Норта и скажи, что от меня. Жди меня там, когда здесь всё закончится расскажешь всё подробно.
— Мне сейчас идти, милорд?
— А чего ждать? В бою от тебя никакой пользы. К тому же своё дело ты уже сделал. Давай, нечего тебе тут делать.
Абрахим слегка поклонился и поспешил уйти. Чувствовал он себя среди солдат не очень хорошо. Да и нечего ему тут делать.
Волдя отошёл с дороги, чтобы не мешать отступлению и теперь наблюдал за солдатами. Рядом остановился Лигор. Мальчик наградил его злым взглядом, но промолчал, тот же сделал вид, что ничего не заметил.
— Проклятье!!!
Володя сорвался с места и бросился вперёд. На такое он не рассчитывал. Не должно было у родезцев остаться времени на контрнаступление. Опасно очень… Либо это чья-то инициатива, либо он неверно оценил характер герцога Ансельма, но вполне себе организованные отряды родезцев перевалили через частокол и устремились следом за отступающими локхерцами. Они сейчас должны подсчитывать ущерб и зализывать раны… у них не должно быть сил на немедленную атаку… не должно…
Родезцы атаковали вопреки всем законам логики, неорганизованной толпой, но с энтузиазмом, словно стремясь отомстить за ночную атаку. Володя мельком взглянул на часы… почти шесть утра, даже уже рассвело. Эх, ещё бы минут двадцать…
Офицеры лихорадочно выстраивали заслоны из тех солдат, что подвернулись первыми, когда к ним подскочил Володя.
— Держаться! — заорал он с ходу. — Главное продержаться!
Первую атаку ополчение выдержало. Володя оглянулся — позади выстраивалась уже более основательная линия из полка Лигора. Главное немного времени выиграть, а там, медленно отступая…
Отступление недаром считалось одним из сложнейших манёвров. Войска должны быть очень дисциплинированы, чтобы не поддаться панике. Ополчение медленно пятилось под натиском, но вот один солдат оглянулся, потом второй…
— Нас окружают!!!
Кто закричал было непонятно, да уже и не важно. Побежал один… рядом стали оглядываться и вот уже второй солдат присоединился к нему, третий… Вскоре уже целые подразделения поспешно отступали.
— Задержи их!!! — заорал Володя, поймав какого-то офицера. — Всех бегущих арестовать!!!
Ясно, что глупость орал, но что делать? Володя рванулся вперёд, пытаясь организовать хоть какую-то оборону. На него насело сразу несколько человек… какая тут атака, самому уцелеть бы. Отбиваясь от сыпавшихся со всех сторон ударов, он медленно пятился, уже не надеясь уцелеть, но тут кто-то встал рядом с ним, ещё один… вот ещё присоединился… Когда стало немного полегче, мальчик с удивлением обнаружил рядом с собой один из взводов полка Лигора. Сражаясь и погибая, они давали возможность отступить остальным отрядам в относительном порядке. Мальчик встал в строй рядом с кем-то без щита, с одним посохом, пытаясь отразить удары. Его прикрывали, но ему даже некогда было поблагодарить.
Сколько прошло времени он не знал, даже передохнуть некогда было, когда из-за одного холма выскочила кавалерия Конрона и ударила во фланг наступающим родезцам. Теперь ситуация переменилась на противоположную — разрозненные отряды пехоты Родезии не могли противостоять мощному и слаженному удару тяжёлой кавалерии. Конница буквально втоптала в пыль пехотинцев и, развивая успех, продолжала наступление. Родезцы сначала пытались отступать планомерно, но вскоре не выдержали и побежали… В общем, закономерно, Володя сам бы ни за что не организовал бы такую контратаку разрозненными силами опасаясь как раз такого. Если бы ополченцы не побежали, была бы возможность полностью уничтожить преследующие их отряды, никто бы не спасся. А так… Получилось классическое заманивание притворным отступлением под фланговый удар засады тяжёлой кавалерии. Проблема только в том, что отступление оказалось совсем не притворным и обошлось это бегство очень и очень дорого.
Мальчик, тяжело дыша, облокотился о посох, потом медленно сполз по нему на землю, закружилась голова.
— Милорд, вы ранены, — встревожено заметил кто-то.
— Ранен? — Мальчик коснулся голову и с удивлением обнаружил кровь… и когда успели? — Ерунда. Если бы что-то серьёзное, я бы и стоять не мог. — Мальчик попытался встать, но голова закружилась и он стал заваливаться назад. Если бы не солдат, точно бы упал.
Рядом остановился Конрон.
— Ты как? — Встревожено спросил он.
— Нормально. Конрон, только не увлекайтесь! И отправь кого в тыл, надо остановить бегущих, иначе совсем плохо будет.
— Не беспокойся, я уже отправил один отряд. Самых прытких задержат. И тут уже возвращаются.
Кавалеристы и правда не стали далеко преследовать родезцев. Отбив их атаку, они стали возвращаться, прикрывая фланги отступающей пехоты. Впрочем, родезцы тоже не горели желанием продолжать бой и дальнейшее отступление прошло более менее спокойно. Сам же Володя, пока его перевязывали, успел разослать несколько гонцов с приказами: узнать как прошло отступление по морю, задержать бегущих ополченцев, выяснить подробности боя от наблюдателей на холме, уточнить потери. Находящийся рядом Конрон только головой удивлённо помотал, но вмешиваться не стал, понимая состояние друга и необходимость для него хоть как-то скинуть напряжение боя. Пусть будет в такой вот форме послебоевой активности.
В конце концов даже он не выдержал и ухватил мальчика за плечо, когда тот собрался бежать в форт, чтобы проверить его готовность к бою.
— Ладно, — согласно кивнул Володя, выслушав тираду Конрона. — В таком случае ты разбирайся тут, а я на холм. Как будет ясно с первым отрядом, сообщи. Кстати, спасибо за охрану… тот солдат спас мне жизнь…
Больше не слушая возражений, мальчик бесцеремонно реквизировал коня у какого-то конника и отправился в сторону форта. На холме он подскочил к частоколу и сразу схватился за бинокль. В первую очередь флот — именно он был главной целью.
Горелые доски, головы солдат в море… кажется только что погиб ещё один корабль, иначе столько пловцов не было бы. Вообще флот представлял собой довольно жалкое зрелище — скученность, разнородность состава, отсутствие единого командования и управления, плохая дисциплина… в критической ситуации всё это вместе сыграло роковую роль. Судя по всему погибло больше половины кораблей, ещё несколько выбросилось на берег чтобы избежать огня. Некоторые из них ещё можно будет спустить на воду, но остальные… проломанные днище, выгоревшие мачты и паруса. Ещё несколько кораблей поспешно отошло в открытое море, часть прижалось к берегу рядом с холмом.
— «Скорпионы» навести на эти корабли! — указал Володя. — Заряжай зажигательными. Стрельба по команде. Требуше по лагерю приготовиться. — Мальчик перевёл взгляд туда. По выжженной поляне бродили солдат, собирая то, что ещё можно спасти. Восстанавливали палатки, собирали убитых и раненных, которых сносили в восстановленные палатки. А вот и остальные солдаты вернулись. Ну просто замечательно собрались. — Начали!
Первый требуше вздрогнул, груз пошёл вниз… Володя, не отрываясь от бинокля, проследил полёт двадцатикилограммового камня. Вот он рухнул на поляну, подпрыгнул и прокатился прямо по выстроившимся в шеренгу людям. Поднялась паника, солдаты заметались, ещё не понимая откуда идёт обстрел. Вот рухнул второй камень, смяв палатку, третий разнёс в щепы какое-то устройство, чудом уцелевшее при штурме. Четвёртый камень ушёл в сторону без всякого ущерба, а вот пятый снова хорошо лёг, снеся ещё одну палатку.