Чтение онлайн

Граф едва заметно кивнул и приглашающее махнул гостям. Барон Турн — посланец и доверенное лицо короля Октона — важно опустился на место, его спутник последовал его примеру. Володя передвинул свой стул в сторону и сел там, словно зритель на представлении.

В течении получаса он был свидетелем занимательной дипломатической эквилибристики, где гости и хозяева наперебой пытались уверить друг друга в дружеских чувствах, но при этом каждый старался как-то подколоть другого, вытребывав что-то в свою пользу.

Володя быстро понял, что гости имели очень мало полномочий, чтобы с ними можно было всерьёз обсуждать какие-то договоры. Их цель была только ознакомиться с ситуацией и постараться вытащить герцога из передряги. Похоже Октон не очень доверял дипломатическим талантам герцога, что, судя по собранным сведениям, было не удивительно, учитывая прямоту герцога Нарского. Он был слишком честен для разных хитрых игр. В будущих переговорах именно на это Володя и делал ставку.

Поняв, что обмен любезностями будет продолжаться ещё долго, Володя поднялся и неторопливо покинул шатёр. На его уход мало кто обратил внимания: Танзани знал, что князь собирается уходить, а гости не считали его значащей фигурой в переговорах.

Парламентёры от герцога ждали в другом шатре, приготовленном специально для этого случае — Володя понимал, что как не упрям герцог, но всё равно рано или поздно вынужден будет вступить в переговоры, вот и приготовили для них всё заранее.

Представившийся графом Турнским, парламентёр удивления при виде Володи не выказал, более того, явно относился к нему без того высокомерия, свойственного старшим по отношению к младшим. Володя на миг задумался.

— Как поживает господин Раймонд? — поинтересовался он, когда обмен положенными любезностями завершился. — Последняя наша с ним встреча завершилась несколько… печально для него.

Парламентёр на миг нахмурился, потом кивнул, словно с чем-то смирившись.

— Здоров вполне, много о вас рассказывал, ваша светлость. Но я пришёл сюда чтобы обсудить условия, на которых вы согласились бы выпустить нас. Герцог готов заплатить любой выкуп…

— Ну что вы, — перебил Володя. — Какой выкуп? Мы же соседи… только вот ваш визит сюда с войском как-то не похож на дружеский и соседский.

Дальнейший обмен любезностями грозил повторить тот, что происходил в шатре между посланцами Октона и Танзани, но в данном случае граф Турнский не был расположен к такой потере времени, зная, что каждый потерянный час это чья-то возможная смерть от голода. Лишний же день грозил оставить герцога Нарского совсем без войска, а это чревато — другие соседи не прочь будут воспользоваться ослаблением конкурента. Король, конечно, вступится, но его величество далеко и когда это произойдёт. Володя об этом прекрасно знал от Танзани и Джерома и потому удивлялся упрямству герцога, пославшему парламентёра только когда терпеть дальше стало уже невозможно. Сам себе уменьшил сроки переговоров, а при спешке никогда ничего хорошего не получится. Это, судя по всему, знал и сам парламентёр и также он знал, что об этом знает сидящий напротив него юноша. Возможно он и молод, возможно не имеет опыта в дипломатических играх, но с такой позицией как у него сыграть может и самый неумелый игрок. Надо быть полным кретином, чтобы проиграть в такой ситуации, а этот новый герцог уже доказал, что дураком он не был.

Граф Турнский ещё раз взглянул на нового герцога, вздохнул и решил выложить всё начистоту, понимая, что всё равно не сообщит для собеседника ничего нового.

— Ваша светлость, вы ведь знаете о нашем положении. Оно по настоящему критическое. Количество смертей от голода ещё не очень велико — есть и кони, можно продержаться какое-то время, но… Потому не хотелось бы терять время. Давайте начистоту. Какие ваши условия?

Володя на миг задумался, даже глаза прикрыл. Потом мысленно пожал плечами: почему бы и нет? Благодаря, опять-таки, упрямству герцога он имел возможность очень долго разговаривать с графом и они успели выработать все пункты будущего соглашения. Аккуратно переписанные на лист, их Володя и выложил на стол. Граф принял лист, нахмурился, читая.

— Как видите, собственно к герцогу у меня никаких претензий нет. Всё что я хочу — быть ему хорошим соседом. Из-за мятежа в герцогстве и без войны много дел.

— Всё так, — проговорил граф. Условия и впрямь были очень почётны, учитывая положение. С герцога не требовали ни выкупа, никаких условий, унижающего его достоинства. Позволялось уйти со всеми солдатами и при оружии. — Но вот эти пункты насчёт мятежников…

— Вы считаете правильным поддерживать тех кто нарушает клятвы верности? Почему вы думаете, что они будут служить вашему королю вернее, чем служили моему?

Граф задумался. Выдать всех мятежников… В общем-то этого следовало ожидать, но герцогу этого хотелось избежать. И парламентёра-то он отправлял с наказом соглашаться на любые условия, но попытаться выторговать жизнь доверившихся ему мятежников. Но с чем тут торговаться? Лично герцогу этот юноша, которого все называли почему-то не герцогом, а князем никаких условий не выдвигал. Можно прямо сейчас сниматься с лагеря и уходить. К тому же ещё эти слухи о том, как поступили с пленными после штурма замка… Но этом сейчас лучше не говорить…

— Вы же понимаете, что я не могу принять такое решение. Я только посланец моего герцога.

— Как вы думаете, сколько времени займёт обмен письмами?

Граф печально вздохнул — крыть нечем. Если бы переговоры начались раньше, но… герцог до последнего надеялся на что-то.

— Тоже верно, но…

— Я понимаю. — Володя встал. — Простите, что перебил. Давайте сделаем так — я готов через два часа лично встретиться с герцогом Нарским между нашими позициями. Если можно, пусть на переговорах будет тир Раймонд. Я приеду ровно со столькими же людьми, сколько будет у герцога…

Володя прекрасно понимал, что герцогу деваться некуда — либо согласие на такие переговоры, либо мотание парламентёра, пока не утрясут все детали, а это может занять и сутки и двое. Выбор не из лёгких, но вполне очевидный. Потому Володя нисколько не удивился, увидев кавалькаду из пяти всадников, замерших метрах в двухстах от их позиций. Всё то время, пока противник думал над предложением он просидел на валу, погруженный в свои мысли. Виду у князя был настолько печальный, что можно было подумать будто это ему предстоит сдаваться, а не корвийцам. В таком состоянии его и застал Танзани.

— Ни о чём не договорились пока, но я их дожму, — сообщил он. — Они видят реальную ситуацию. Пока же пусть отдыхают. Я их под охраной в домик отправил, чтобы не мешались с парламентёром герцога общаться. Сослался на то, что они устали с дороги. Спорить не посмели. А ты чего такой грустный?

— Я не грустный… Просто думаю… — Володя поднял голову и оглядел небо. Граф нахмурился.

— Я видел однажды такое выражение у людей, которые готовились к смерти. Ты чего задумал?

Володя хмыкнул.

— А что? Это ведь решит многие ваши проблемы, граф. И думать ни о чём не надо будет. И мятеж усмирён.

Граф нахмурился сильнее.

— Что-то не нравится мне твой настрой.

Володя ещё раз хмыкнул и перевёл взгляд с небес на землю.

— Не переживайте, граф. Как говорят у меня на родине — не дождётесь. О, а вот и наши переговорщики. Пятеро. Граф, подыщите ещё четверых и вперёд.

Танзани проследил за спрыгнувшим с насыпи князем и покачал головой. Его настрой всё меньше и меньше ему нравился. Что же он опять задумал? Действительно ведь словно прощался со всеми…