Чтение онлайн

— Ну и как ты это мыслишь? — спросил Кирилл серьезно. — Или хочешь, чтобы я соврал?

— Попробуй только! Тогда сама этим займусь. И не ухмыляйся, всерьез говорю.

Ратибор подтвердил через плечо:

— Ты, княже, впредь не сомневайся — если она что пообещала, то так и будет.

— …Брат Савва этого Афанасия «повел» на отдалении, а кто от врат к нему присоединился — еще не извещали.

Коротко поклонившись, брат Иов умолк. Отец Варнава взглянул на отца Власия — архимандрит сердито дернул бородою:

— Ведаешь ведь — чем меньше знаю человека, тем хуже вижу. От незнакомцев же только опасность могу почуять, да и то не всякий раз. И на том поблагодари.

— Я и благодарю. Брат Иов, первые же вести объявятся — немедленно ко мне. Даже среди ночи. Теперь к этому поединку вернемся. Рана князя случайной была или все же преднамеренной?

— Случайной, отец игумен. Ручаюсь.

— Добро… Ратиборе, ты что добавишь?

— Те люди, которые разбили лагерь на полуденном краю Хорева Урочища, — два шатра, восемь человек — никаких подозрительных действий по-прежнему не предпринимают. Описание Афанасия братом Иовом ни к кому из них не подходит. И пока непонятно, это обычные подорожные люди или нет. Мы наблюдаем. О новом даре Виданы завтра же извещу Ворона, как только он возвратится. Я еще понадоблюсь сегодня, отче Варнаво?

— Разве что у себя в дубраве. Спасибо тебе, Ратиборе. С Богом, брат Иов…

Оставшись наедине с отцом Власием, настоятель высвободился из кресла и зашагал по келии:

— Что ни день — то новое. Ворон вернется — вот удивится-то!

— Ворон для нас с тобою удивление изображает, батюшка игумен, — отозвался маленький архимандрит. — Да сядь ты наконец, Бога ради, — у меня уже шея от твоих хождений скрипит да голова кругом идет.

— А ты не гляди.

— А я не могу — давно привычку такую выработал: во все глаза глядеть. Весьма полезную привычку, заметь.

— У меня самого который день голова кругом идет. Еще и князю в Гуров съездить вздумалось.

— Ты и помыслить не мог, что вздумается — так, что ли? Теперь мети пред ним дорожку веничком да коврами устилай. Хе-хе…

— Где на все эти заботы мне людей сыскать?

— Сыщешь — куда ты денешься. Планида у тебя такая. В Гурове-то как дела обстоят?

— Да там всё в порядке… — с каким-то недовольством ответил отец Варнава.

— Брат Иов пусть начеку пребывает неусыпно.

— Он по-иному и не умеет. Как мыслишь: зачем кому-то мог понадобиться образец письма князя?

— Давай погадаем, хорошее дело. А на чем гадать будем: на воске, костях или по Псалтири? И кто первым начнет — ты или я?

— Ладно, ладно. Разошелся…

— О! Гости к тебе грядут, — проговорил отец Власий, уставясь в потолок. — У врат послушники Андрей и Нифонт чьих-то коней принимают — вижу плохо. Ратников каких-то, что ли… А с ними княжич молодой, лицо знакомое. Седло покинул, приседает да прыгает — либо отсидел что-то, либо в пляс пуститься наладился. Ишь ты, ишь ты!

Отец Варнава досадливо дернул головой:

— Погоди резвиться, отец архимандрит. Похоже, то князь Стерх княжича Держана прислал — что же всё, Господи помилуй, не ко времени-то так. Ведь договаривались… Постой, постой! А ты, коль живописуешь столь подробно, стало быть, видел его прежде?

— Ну… Были мы с мастером Георгием прошлым летом в Белой Кринице. До него слухи дошли об отроке с золотыми руками — заинтересовался. Я такоже решил поглядеть: а вдруг и по нашей части дары сыщутся?

— Сыскались?

— Нет.

Отец Варнава остановился напротив кресла отца Власия, хлопнул себя по лбу:

— Вспомнил! Рассказывал князь Стерх о приезде некоего иногороднего мастера со внимательным архимандритом при нем. Так то, оказывается, были вы, соратнички мои дорогие!

И он стремительно положил глубокий поясной поклон:

— Спаси тебя Господи, что хоть сейчас надумал известить меня об этом!

Отец Власий заерзал, замахал руками и неожиданно зашелся в долгом приступе кашля.

На выходе Видана потеребила Кирилла за рукав, спросила озабоченно:

— Ну что? Досталось от отца Варнавы или как?

— Ага, огрёб маленько. А после меня он с тобою о чем говорил?

— Да сам-то он больше слушал. Это отец Власий расспрашивал: как я боль почувствовала, да как поняла, что твоя она. Да глазами всё то так, то эдак в меня, будто…

— Княже-е-е! — перебил ее радостный вопль со стороны.

Наперерез по дорожке, раскинув руки, бежал княжич Держан. За ним вразвалку поспешал огромный Василий, сотник князя Стерха.

— Держа-а-ан! — заорал Кирилл, срываясь ему навстречу и ответно раскидывая руки. — Ух ты! До чего же я рад снова видеть тебя!

— А я-то!

Они порывисто приобнялись и захлопали друг дружку по спине. Каждый последующий хлопок был и звучнее, и сильнее предыдущего.

— Отчего вдруг ты здесь — уже на обучение прибыл? Вроде как рановато еще.

— Отец так решил. Мне не пояснял ничего, а отцу Варнаве письмо передать велел… — Держан постучал указательным пальцем по правой стороне груди и добавил, спохватившись:

— Помнишь, я отдариться обещал? Привез с собою, привез! Потом покажу.

Он оглянулся на брата Иова с Ратибором, почтительно поклонился им. Понизив голос, предложил:

— Давай-ка отойдем в сторонку. Я ничему не помешал, а?

— Нет.

— С рукою-то что случилось?

Кирилл поморщился и отмахнулся, поленившись в который раз рассказывать одно и то же.

— Какой огнебой для тебя сладил — залюбуешься! — сообщил с восторгом Держан. — Другого такого пока на свете нет!

Кирилл наладился было ответить что-то вроде: «Эка невидаль — огнебой!», но рассмотрев нечто в радостном блеске глаз друга, передумал.

— У отца Варнавы только побываем, вещи разберем — и сразу к тебе. О! Ты глянь, княже, как эта дубравка конопатая на меня косится — по нраву, что ли, я ей пришелся? Забавная девка, но ладненькая: всё при ней… Ты чего?

— Да ничего.

Под кожей лица вдруг засуетились, забегали колкие мурашки, а руки стали тяжелы и неуклюжи. Кирилл постарался, чтобы голос звучал ровно:

— Ты просто слегка узду на язык накинь — так, на всякий случай.

Держан отстранился, бросил еще один короткий взгляд на Видану, зато внимательно пригляделся к его лицу.

— Ага… — негромко произнес он как бы про себя. — Кажись, понимаю. Повину прими, княже: как ведать-то мог? Мы по-прежнему — друзья-товарищи?

— По-прежнему.