Чтение онлайн

А вот сейчас Максим сказал, и я замер. Осознание сказанного им потрясло до глубины души. Ведь, получается, я теперь… буду жить долго? Не восемьдесят — сто двадцать лет, как рассчитывал раньше, а сто пятьдесят, двести, триста и больше? А, если прибавить возможность того, что «петля» не была разовым стечением неизвестных мне мировых обстоятельств, а является моей постоянной способностью, то… вообще бессмертен? Пока живо моё тело в другом мире, по крайней мере.

Это обстоятельство надо было осознать. Осознать и переварить.

А вот Борятинская восприняла мою реакцию иначе. Своим, женским способом её истолковав.

— Что, Юра, о этой своей вертихвостке задумался? — с ядом в голосе обратилась ко мне она.

А я… даже и не услышал, что она ко мне обращается. Слишком был погружён в себя и осознание собственной «бессмертности». Это ведь шокирует ничуть не меньше, чем понимание смертности в пять лет, считающееся психологами одним из тяжелейших личностных кризисов человека. Ведь, кто-то там, может быть — и хрен бы с ним. Он где-то там. А вот, когда не кто-то, не где-то, а именно ты и здесь — это сокрушает и сбивает с толку.

— О том, каким сморщенным черносливом она будет выглядеть всего через тридцать-сорок лет? — продолжила, тем временем, девочка, сидящая рядом. — Да какие тридцать! Уже через десяток она раздуется, обрюзгнет и обвиснет, а всё лицо уже будет в морщинах…

— Мари, — поморщился я, как от зубной боли — последняя часть её фразы всё-таки достигла моего внимания. — Не перебарщивай. Злословие тебя не красит. Да и я уже объяснил: Алина — мой друг и деловой партнёр.

— Конечно, — прикрыла глазки и понизила голос она, практически, один в один, повторив известный мем с лохмато-бородатым Тором, распространённый в сети мира писателя. — Конечно…

Я только вздохнул. Доказывать что-то женщине? Бесполезно. Заранее обречённое на провал занятие.

Повезло, что, как раз в это время подошёл официант, доставивший часть нашего с Максимом заказа. Его появление прервало разговор. И, пока он расставлял тарелки, мы, все трое, сидели молча. Потом свой заказ делала уже Мари.

После ухода официанта, разговор, хоть и продолжился, но острых тем уже не затрагивал. Да и продлился не слишком долго. Мой рацион слегка удивил Максима, но оставил равнодушной Мари. В принципе, ничего необычного — Мари-то уже жила в Кремле какое-то время, о моих пищевых чудачествах знала. Тверской… да ему, в целом, до лампочки, как я питаюсь. Бросил только пару обычных, для таких случаев, фраз, мол: «Ноги таскать не будешь» и «Долго ли на одной траве хищник продержится?».

А дальше, обед уже заканчивался. Покинула нас Мари. Мы сами поднялись и пошли на следующее по нынешнему расписанию занятие. К конюшням.

Лошади, верховая езда… в целом, меня не пугали. Я, и как Княжич, и как писатель, был достаточно неплохо знаком с этим делом. Княжича этому в Кремле учили, а писатель сам интересовался, на ипподром захаживал, частные уроки брал… ну и пару историй, с этим связанных в прошлом имел. Так что, нет — не пугала меня верховая езда… пока я не увидел, на КОМ предстоит ездить!

Здешние кони были с «Советского тяжеловоза» размером и… имели крылья!

К сожалению, или к счастью, но я ошибся — у самих коней крыльев не было. При этом, они всё равно умудрялись подниматься в воздух. Как? Очень просто: «крылья» им «приделывал» наездник, имеющий Дар Стихии Воздуха. Именно наездник давал коню возможность полёта.

И первый же вопрос, который возник у меня в голове, когда я это обстоятельство увидел вблизи, был — на фига? Ну, то есть, зачем? Зачем приделывать что-то коню, тратить на него внимание и силы, если можно «приделать» это же самое самому себе и взлететь без коня, самостоятельно? Нафига в этом уравнении конь?!

Ответ на этот вопрос я получил чуть позже. И он мне не понравился.

Помните, что именно было изображено на Печати Великих магистров Ордена бедных воинов Христа и храма Соломона… более известных, как «тамплиеры»? Я вот помню. Не то, чтобы это имело такое уж важное значение для моей жизни, просто, как забавный исторический факт: мол, чего в жизни не бывает?

Там изображён конь (или лошадь, хрен его разберёт, в том качестве, каком рисунок выполнен — он же схематичный), на котором едут… два рыцаря. Два!!!

Почему именно такой символ — версий несколько, какая из них ближе к реальности, мне не известно. Факт, что он есть, и им пользовались на протяжении всего существования Ордена.

Эм, так к чему я об этом вспомнил? К тому, что и здесь, уже в наше время, у нас на занятии, на каждом «тяжеловозе» сидело по ДВА человека! По два седока!

Один с Даром Стихии Воздуха, способный поднять коня в небо, а второй — с любой другой боевой Стихией.

Догадайтесь, кто мне попался в «напарники»? Сложный вопрос, не правда ли? Сразу такая масса вариантов в голове появляется… угу.

Естественно — Тверской. Можно было даже не гадать — не зря же вместе шли, состоим в одной учебной группе и даже живём в одной комнате…

Но, в реальности, не в этом было всё дело. А в том, что Воздушников слишком мало, чтобы было из кого выбирать и иметь возможность привередничать. Не то, чтобы это был такой уж редкий «класс» — ничуть не реже любой другой Стихии сродство с Воздухом и Ветром встречается. Но именно: не реже! Не реже… но и не чаще. А Стихий много. На всех представителей других «классов» Воздушников никак не хватит.

Так что, занятие было организовано следующим образом: трое Одарённых Стихии Воздуха из нашей группы по очереди «катали» на «окрылённых» конях одногруппников. Соответственно, в небо поднимались за раз только шестеро человек. Остальные… разбивались на пары и совершенствовали свои навыки верховой езды на земле. По двое на лошади. Вполне себе логичное построение урока.

Да и вообще — ездить вдвоём оказалось не так уж стрёмно, как думалось сначала. Конь, как я уже раньше упоминал, размером с «Советского тяжеловоза». Кто не знает, эти «лошадки» от семи центнеров до тонны живого веса имеют. А те, на которых занимались мы, были ещё больше и тяжелее. В общем, на его спине таких, как я, трое уместиться могло. А обычных, не «медведеобразных» пацанов и все четверо.

Да ещё и седло оказалось хитрым — двухместным. Я, до этого, даже и не знал, что такие вообще существуют. А тут вот были.

В общем, сидеть удобно, держаться есть за что, стремена для ног имеются. Правит, правда, этим «транспортом» только один ездок. Тот, который сзади сидит — у него поводья, специальным образом сделанные, в руках находятся. Но это и хорошо, ведь сидящий впереди Одарённый, во время «наземной отработки элементов полёта», не просто пассивным пассажиром был, а Стихийные атаки по установленным в рядочек мишеням отрабатывал.