Чтение онлайн

В том числе и Милютиной, которой я, всё-таки, чувствовал себя несколько обязанным. И за студию, в которой раскрылся мой новый талант, и за оформление прав на песню. И за распределение доходов. И за роялти. И за портного…

Д ни хрена я ей теперь не должен! Все мои «долги» я закрыл разом и с огромными процентами одним лишь визитом к Долгоруким. Тем, что я взял её с собой. Тем, что представил её ТАКИМ людям, как Алексей Константинович. Такие знакомства просто за деньги никак не купишь, даже за большие деньги. Притом, что «продать» их можно за деньги очень большие!

Так что, с ней мы в расчёте… или, даже, это уже она мне должна теперь!

Однако, возвращаясь к номеру телефона и адресу, подаренным мне Алексеем Константиновичем. Это испытание — да. Несомненно. Но! Почему бы не отнестись к этому, как к возможности? Тому самому «пинку», без которого гордая «птица-ёжик» летать не хочет. Могу я ничего в этом направлении не делать? Могу. Что мне за это будет? Ничего. Ничего плохого и ничего хорошего. Просто, ничего.

Могу я взяться за дело и провалиться? Могу потерпеть неудачу и крах в этом начинании? Да как два пальца обо… сфальт. И что? Да ничего! Опять же: ничего! Я всё так же останусь Юрой Долгоруким. У меня всё так же останется квартира. У меня всё так же останется Княжеское казённое содержание. У меня всё так же останутся мои навыки, мои руки и ноги — с голоду я не сдохну, и на улицу меня не выкинут.

А то, что двери того маленького «кружка по интересам» для меня закроются — так и что с того? Сам я, что ли, туда просился?

То есть, передо мной не стоит обязанность, передо мной выбор. Выбор из двух «ничего», одно из которых может принести мне новые впечатления и новый опыт. Так, почему бы и нет?

И именно с такими мыслями я встретил утро понедельника. Оттого и улыбался солнцу, испытывал эмоциональный подъём и топал в школу. А солнце улыбалось мне.

— Юр, ты слушал радио? — привычно уже для окружающих, пристроившись рядом со мной по пути от КПП до основного здания школы, после обычных приветствий, негромко и со спокойным видом начала разговор Милютина. Однако, мне, как человеку, работавшему с детьми не первый год, было видно со всей очевидностью, что девочку изнутри буквально распирает. Рвётся наружу желание поделиться с кем-нибудь, похвастаться, желание, чтобы её похвалили, ей восхитились. Желательно, тот, чьё мнение для неё имеет вес. Большой или малый — не так уж важно. Главное: хоть какой-то.

— Нет, — подавил лезущую наружу покровительственную улыбку я. — Не хотел портить себе сюрприз. А что там?

— И во Всесеть не залезал? — не поверила она.

— Нет, не залезал, — подтвердил ей. — Устроил себе день, свободный от получения информации. Разгрузочный день, так сказать… ну, насколько это вообще возможно. Уроки-то ещё никто не отменял.

— Юрий Кавер со своей песней «Стрела» попал в первую двадцатку «Русского Радио», — всё так же, старательно подавляя эмоции, ответила мне она.

— Приятно, — улыбнулся я. — А, что Алиен?

— Алиен с песней «Утро» добралась уже до пятого места! — всё ж, прорвалась гордость за себя наружу. Губы девочки таки растянулись в улыбке.

Что за Юрий Кавер и, какая ещё Алиен? Тут всё просто: не может же выступать под своей фамилией родной сын Князя? Да ещё и, не очень понятно, имеющий ли какие-то права на эту фамилию.

Так-то, может, конечно, но будут вопросы и ненужное напряжение. А вот с псевдонимом — вообще без проблем. Кому надо, тот так и так будет знать подробности. А, кому не надо — тому и не надо, логично же?

Вот и я думаю, что логично. Тем более, мне не привыкать к псевдонимам. Писателем-то я тоже, не под своей фамилией публикуюсь. Были на то свои причины, в своё время. Сейчас их уже нет, но псевдоним уже раскручен, да и привык я к нему. Не к чему теперь менять.

Почему «Кавер»? Ну… да, я знаю, что это за слово, что оно означает. Вот только, слово это существует в мире писателя. Англицизм, заимствование. Здесь его нет. Исходное английское слово «cover» существует, но переводится оно, как «покрывать» и с перепевкой его связать сложно. Тем более, и заимствования с присвоением слову нового конкретного смысла не произошло. Так, почему бы его и не использовать мне? Не успокоить немножко слегка зудящую совесть?

Сразу, самим своим именем, честно и прямо обозначить: я пою чужие песни. Даже думал назваться «Юрой Плагиатором» или «plagiarist-ом», «Плэгасом»… но «Кавер» — короче и благозвучнее.

Правда, опять же, признаюсь: самой первой мыслью было — назваться Юрой Хоем, ведь это самая первая ассоциация, что у меня выскакивает на имя Юра (следующей идёт Шатунов, потом Визбор…). Но… совесть начала не просто зудеть, а вгрызаться в плоть с брызгами и гадким чавканьем! Мол: на святое покушаешься! На имя человека!

Хотелка ей слабо и неуверенно отвечала, что мол, наоборот: делаю так, чтобы Хой действительно был жив! Жив, хотя бы в этом вот странном мире, где про него и знать-то никто не знал. Но… совесть оказалась сильнее. Поэтому: Кавер. Юрий Кавер — певец.

А почему «Алиен»? Не знаю. У Милютиной этот псевдоним уже был. Раньше. До знакомства со мной. Она под ним уже более года записывается. Могу лишь предположить, что «Алиен» — это какая-то производная от имени Алина? Ну, как самый очевидный вариант. Ну, не всерьёз же она себя по-английски инопланетянкой назвать решила? Хотя… как минимум, английский язык она очень неплохо знает. Может, именно такая изначальная задумка и была? Пусть, культура тут и другая, пусть «Супермена» здесь не придумали, и с «зоной-51» медийных скандалов не было, но в масс-культуре тема инопланетного разума достаточно популярна… Ладно, не моё дело.

— Пятое? — приподнял брови я. — Правда?

— Да, — ответила девочка. А лицо её так и кричало: «Ну, похвали меня! Ну, похвали меня! Похвали сейчас же!»

— Хотя, чему удивляться — с таким-то «серебряным» голосом и вокальным мастерством, — не стал играть на её нервах и заставлять себя упрашивать я. — Странно, что ещё не первое.

— Ещё не вечер. Месяц ещё не кончился, — довольная похвалой, ответила Алина. — Что думаешь дальше? Есть ещё песни? Наброски? Хотя бы идеи?

Вот он — главный вопрос, который её сейчас волновал! Он прозвучал. Остальное было лишь подводкой к нему. Ну, хорошо, хотя бы, не про субботний вечер — уже не плохо. Уже говорит о достаточном её уме, такте и понимании ситуации. А ещё о хороших учителях. Не надо сейчас обсуждать ту встречу. Совсем не надо. Не время и не место. Хоть, наверное, и очень хочется. Она-то, в отличии от меня, ещё будучи там, уже прекрасно понимала, кто все те люди, и сколько стоит знакомство с каждым из них. Особенно, такое «неформальное» знакомство. В такой «безгалстучной» обстановке.

Но! В том и дело — нельзя. Нельзя о таком вслух говорить. Просто, нельзя, и всё.

С другой стороны, может… для неё это и не было событием? Так, рядовая «нужная» встреча, на которой надо себя показать с хорошей стороны, не достойная того, чтобы её помнить, а тем более, упоминать. Может, у неё, по три раза в неделю такие вот вечера проходят, а это я, лопух провинциальный, напрягаюсь по ерунде? Может такое быть? Может. Есть для меня разница между этими вариантами — нет.

А, что ей ответить?..

— Есть, — улыбнулся я. — И песни, и наброски, и музыка, и идеи. Всё есть.

Улыбка, которая осветила лицо девочки, была искренней, настоящей. И такой сильной, что шансов её удержать внутри, просто не было. Никаких.

И смотреть на эту улыбку было приятно.

А ещё… быть популярным мне тоже нравилось! Место в «горячей двадцатке» на Русском Радио — ну круть же!!! Ещё хочу — «дайте две»!

* * *

Глава 44