Чтение онлайн

— Возможно, джентльмены объяснят, какого чёрта тут происходит, и почему мне сейчас придётся разрушать эту приятную утреннюю тишину выстрелом из дробовика?

— Выходите из машины. Всё барахло в ней теперь наше! — тявкнул кто-то с задних рядов.

— Почему это вдруг? Это не барахло, это наши вещи. И нашими они и останутся, заверяю вас.

— Погоди, вы не от Ослоповского? — нахмурился альбинос и резко выдохнул, как будто избавившись от поднятой штанги.

Элементаль тут же рассеялся, похоже, расстроившись от тупости призвавшего его алхимика. Несколько человек опустили стволы.

— В душе не… в курсе, кто такое Ослоповский, — продолжил я. — Так мне стрелять? Патроны у меня не только серебряные, если что.

— Это же его машина! Этого говнюка-банкира! — продолжал хмуриться альбинос. — А это — наша земля! Наша заправка!

Я начинал закипать. Меня не столько бесило, что на меня смотрят стволы каких-то мелких говнюков, сколько их тупость.

— Парень, я не в курсе, кто ты, что за Ослоповский, но давай уясним. Машина уже сутки как моя. И еду я на ней в своё поместье. И буду ездить по маршруту до города и заправляться на этой вашей заправке ещё много-много раз. Поэтому либо мы сейчас все запомним эту информацию и прекратим этот досадный инцидент, либо…

Я многозначительно приподнял свой дробовик.

— Ладно, — брезгливо ответил альбинос и повернулся с своей шобле. — Обознатушки пацаны, эт не они.

— Пусть платят! За проход! Через перекрёсток! — сказал кто-то с заднего ряда.

А другой подошёл к альбиносу и о чём-то тихо ему сказал. Но фамилию «Замойский» и фразу «это не понравится» я отчётливо услышал.

— А, кое-что проясняется, — произнес я. — Вы на службе у Замойского, не так ли? Парни, я не знаю, кто вы такие, и знать не хочу. Но поместье я у него честно выиграл в карты. Так что мне глубоко плевать, что и кому не понравится. Теперь здесь живу я, и остальным лучше найти в себе силы и с этим смириться.

Алхимик-альбинос ещё раз недовольно зыркнул на меня. Потом прыгнул на байк и махнул стволом своим парням.

— Погнали.

А потом вырулил на шоссе и свалили куда-то.

— В пору заводить специальный блокнот со списком всех неприятных личностей, с которыми придётся однажды разобраться, — пробормотал я засовывая обрез обратно в кобуру. — Черный такой. И страниц чтоб побольше…

— Ежели так ваша милость пожелает, то кто же вас остановит? — буркнул Рустам, поставив автомат на предохранитель. — А пока что надо нам ехать. Недалеко уже.

Итак, мы свернули с парковки, проехали мостик через ручей Первый и въехали в долину Лауры. Она протянулась с востока на запад на километров пятьдесят. С юга и севера были холмы с небольшими скалами и редколесьем, гасившими сильные ветра. По берегам речушки раскинулись небольшие поля вперемешку с садами. За садами виднелись поместья, и явно жилые, и не очень. Холма были превращены в рукотворные террасы, заброшенные, но точно когда-то используемые…Для чего-то очень интересного. Но пока что я своих догадок команде не озвучивал.

— Так… скоро второй ручей, за ним третий, — инструктировала по карте Ангелина. — За ним повернуть, и… ой… мы, кажется, его спугнули.

Навстречу ехал дедок на каком-то драндулете — завидев нас мигом свернул куда-то в кусты. Страшные мы! Бояться нас! Ну, в принципе верно.

Я не сразу понял, что мы приехали. Что башенка, торчащая из-за крон высоких деревьев, и стены, овитые плющом — теперь мои.

Мы припарковались, и Ангелина первая выпрыгнула наружу.

— Дом, милый дом! — прокомментировала она. — Ну чего, давайте ворота открывать, вродь не заржавели…

Потянула за ручку, и что-то лязгнуло. Я сам не сразу понял, что именно.

И только через две секунды сообразил, скомандовав:

— Ложиись!

Я понял, что в нас начали стрелять.

Возможно, только это Ангелину и сберегло. Она сгруппировалась, юркнула под прикрытие каменной стены, и следующая пуля, пролетевшая между прутьями ворот, приземлилась прямо перед капотом машины.

Я понял, откуда стреляют — с той самой башенки, которая виднелась из-за деревьев.

Где-то далеко, у речки, послышался женский крик.

Рустам резво переключил скорости и сдал назад на пару метров — так, что только кусок крыши «Антилопы Гну» попадал под зону обстрела.

Я тоже ушёл под укрытие, осмотрелся. Дробовик с такого расстояния не возьмёт. А вот пистолет при метком глазе…

Ангелина тоже присмотрелась пару раз и выстрелила. Куда-то метко, судя по всему — стрельба тут же прекратилась.

— Готов? Кто это?

— Мужик какой-то в башне. Не, я его не убила. Разве что ранила.

— Тогда — поспешим. Идёмте. Если он спускается вниз — у нас минуты две-три.

Ангелина смога справиться в ржавыми воротами, открыла створку, Рустам быстро перепарковался и рванул через ворота.

Дорожка, вымощенная булыжниками, явно уже давно не чистилась и не пропалывалась.

А впереди, за цветущими зарослями плодово-ягодных, вырастало в своём великолепии поместье Фламберг. Моё поместье.

Мы встали у глухой стены, я помнил по картам, где парадный вход, но обходить пришлось бы прилично. Рустам тут же выкатился, прошёлся боком до ближайшей стены, задрав ствол вверх.

Откуда-то сверху снова пальнули — пару раз. Не то с балконов, не то, с галереи. Рустам ответил короткой очередью.

Снова тишина. Ангелина пятилась от машины куда-то в кусты, я махнул рукой, показав жестом — «проверь справа».

Рустам кивнул, шагнул, заглянул за угол слева. Показал «ОК», то есть — «чисто».

А потом послышался стук открываемой двери, и Ангелина закричала:

— Вон он! Уходит! Ха-ха!

И сделала пару выстрелов.

Я тоже бегом прыгнул к ней, наставив дробовик, а следом Рустам, тоже принялся палить. Только через пару секунд я разглядел нашего противника и скомандовал:

— Отставить стрельбу! Опустить стволы!

Потому что выглядел он вовсе не как грозный противник, а как типичный деревенский старик, в рваных портках и грязной футболке, с патлатой сединой. Он бежал по полю через пролом в каменной изгороди, держа ружьё на вытянутой руке и что-то орал, я даже не сразу расслышал.

— Я сторож! Я сторож! Я сторож!

Пришлось и крикнуть в ответ:

— Вали давай! Это теперь наш дом!

Пару минут мы ждали, не объявится ли кто-то ещё. Потом обошли периметр.