Чтение онлайн

– Но это же так ужасно! – хозяйка тотчас поняла эти слова по-своему. – Когда такая юная девушка убивает несчастных птичек!

– Ну да, – продолжал зло ухмыляться княжич. – Несчастных маленьких птичек! Особенно тех трех, что гуляли возле нашего костра!

– Но их можно было прогнать, – упрямо поджала губы женщина. – И для этого есть мужчины.

– Ты права, Алмерина, – остановил младшего ледяным взглядом командир, и Веся с облегчением вздохнула. – Мы так в следующий раз и сделаем. А теперь нам пора собираться, темнеет.

– А я бы послушал про тех птичек, – очень тихо проворчал глава города, не вмешивавшийся в разговор, но, как выяснилось, внимательно за ним следивший.

– Мы расскажем тебе как-нибудь позже, – Берест оказался непреклонен в своём желании уехать немедленно.

– Надеюсь, у меня будет хоть полчаса, чтобы упаковать невесте Ансерта платье? Мы шили его специально для нее! И вообще я собиралась дать ей несколько советов по поводу нарядов… – Хозяйка смотрела на него, обиженно поджав губы, но куницу волновали вовсе не её советы.

Девушку насторожило заявление, что она невеста Анса. Интересно, с чего Алмерина это взяла?

– Княжна Весеника по моему совету его уже упаковала, – мгновенно ответил за брата Ансерт. – А вот браслет она пока не взяла ни у кого, как ты понимаешь, между нами не так-то просто выбрать.

Последние слова он произнёс шутливо, но Алмерину эта шутка не обманула.

– Но как же так? Она ведь едет с вами несколько дней, так же не положено! – Женщина смотрела на гостью едва ли не с ужасом.

Куница прикусила губу, чувствуя, что ещё немного и расхохочется… или выскажет этой накрахмаленной курице всё, что про нее думает. А потом выскочит из дома и свистнет Рыжа…

– Алмерина, ты на что это намекаешь? – снова вскипел Лирсет, но командир уже поднялся из-за стола.

– Извините, но нам пора.

Переодеться Весенике позволили в соседней со столовой комнате, и девушка сдёрнула юбку и блузку с такой скоростью, с какой не снимала их ни разу. И лишь натянув рубаху и куртку и затянув на талии пояс, куница почувствовала себя счастливой. И неважно, что она вполне могла бы сжевать ещё не один пирожок. Зато теперь девушка имела право с полной уверенностью заявить, что жить так, как живет эта Алмерина, она не захочет никогда.

Выезжали из двора Сидвера ястребы деловито, с видом опаздывающих на важную встречу людей, и первые десять минут ехали по городу очень торопливо. А добравшись до небольшой рыночной площади, на которой уже горел ночной фонарь и закрывались последние лавки, внезапно свернули в угол, где по утрам ставили телеги торговцы живым товаром и окружили Весенику тесным кольцом.

– Ну и как тебе понравилось гостеприимство Алмерины, куница? – осведомился Ансерт, и в его голосе Весе послышалось ехидство. И потому она ответила, не задумываясь ни на секунду:

– Так же, как и вам.

Хотя ей очень хотелось сказать, что совершенно не понравилось и что пора им решать, пойдут они в отряд Шангора или нет. А если не пойдут сами, то пусть отпустят её, она может дать честное слово, что вернется… просто постепенно приучит себя к этой необходимости.

– А ты представила себя на её месте? – пробасил Ранзел.

– А ты меня там представил? – живо заинтересовалась Весеника и тотчас задумалась, а чего это они снова затеяли?! – Но не пойму я, к чему вы клоните?!

– К тому, что зря ты на нас обижалась, – сердито фыркнул Даренс. – Я хотя и был против того, чтоб тебя отпускать, но и сам вижу, в Сером гнезде тебе будет тошно.

– Спасибо, – осторожно поблагодарила княжна, начиная понимать, что во время обеда все они думали об одном и том же. – Но я обижалась не на вас. А на дядю. И к тому же мне не кажется, будто все женщины в Сером гнезде такие зануды, как эта Алмерина. Я ведь бывала в ваших селах. И в трактирах, и в домах людей клана… и точно знаю, женщины ястребов мало чем отличаются от наших. Вот разве оружие в руки пореже берут, да суп по-другому варят.

– То есть ты готова и дальше ехать с нами и безропотно терпеть все правила, каким тебя заставят следовать? – ровно спросил Берест, и в его голосе ясно звучала горькая усталость.

– А у вас появились какие-то замыслы? – не пожелала Веся отвечать на этот каверзный вопрос.

– Да. Вон видишь переулок? Если свернуть направо, можно выехать на улочку, которая ведёт к восточным воротам. Тэрха можно привязать… или отпустить, до Шангора ты доберешься, а он сумеет тебя спрятать на три дня.

Вот оно как! – вспыхнуло в мозгу Веси понимание. – Он не поверил, будто она до конца осознает, на что пошла, согласившись ехать в их замок! И решил, что девчонка просто обиделась! Да ведь и верно, любой невесте было бы обидно, если б её бросили посреди дороги сразу пятеро красивых, сильных и знатных женихов! Только не ей… она думает иначе.

И неважно, что от предложения ястреба на сердце сразу стало тепло, как от весеннего солнышка! А стоило кунице представить, что она снова свободна, не должна никого выбирать и не зависит ни от каких обещаний, у нее в душе и цветочки расцвели. Ну а от надежды, что не придется жить в окружении мрачноватых каменных домов Серого гнезда, ходить в пышных юбках и чинно, как больная, сидеть за столом, пока мальчишка-подавальщик накладывает на тарелку еду, и вовсе сладкие ягодки созрели!

Но одновременно окончательно сложилось понимание, ради чего так нужна Илстрему сноха-куница. А с ним и твёрдое убеждение, что, случись ей послушать княжичей и сбежать, князь ястребов немедленно потребует у её отца ответа. И тот так же спешно отправит другую невесту вместо сбежавшей, лишь бы не терять с таким трудом восстановленный мир. И возможно, это будет даже не Мариля, а Ледяника, обладающая редким даром за несколько дней предсказывать зимние долгие метели и весенние пагубные заморозки. Неважно кто, важно, что сестры станут обижаться на нее… и им придется по принуждению принять ту долю, какую она выбрала добровольно.

Да и привыкла Веся за эти дни к ястребам и постепенно начала понимать, чьи недостатки не сможет перенести, а чей характер ей понятнее и ближе по духу. И почти готова сделать последний шаг… но ни в коем случае не сегодня. Ведь у нее есть в запасе ещё три дня… и она не желает их никому отдавать. Да и в дороге может произойти всякое.

Однако высказать им благодарность она намерена прямо сейчас, хоть и не так долго живет на свете, но успела понять, как права бабушка, которая всегда говорит – доброе слово немедля скажи, а злое на потом отложи.