Чтение онлайн

– Неужели ты думаешь, что раз сегодня такая ночь и ты держишь меня в своих объятиях, я захочу спать?
– Рэй водит кончиками пальцев по чертам моего лица.

– Это не помешает твоим планам по поводу Лерека? Я ведь правильно понял, что ты хочешь предложить ему династический брак?

Рэй задумчиво смотрит поверх моей головы.

– Нет, это не помешает моим планам. Это позволит моему телу прожить много нежности. Умелой и родной для меня нежности.

В голосе Рэй звучит печаль, которую я не знаю, с чем соотнести, и не знаю, как помочь этой печали рассеяться, поэтому только крепче прижимаю Рэй к себе и тянусь поцеловать - так нежно, как умею.

– Так удивительно… - говорит Рэй после поцелуя, завораживающими чёрными глазами глядя в мои глаза.
– Мы столько раз общались с Киром Альгесом, а потом он исчез из дворца, и я приезжаю в Ксесс, вижу его - и понимаю, что это ты. И сейчас: меня обнимает тело того, кто занимается дворцовыми закупками, и, честно сказать, это не самый приятный для меня человек, но я чувствую внутри его тела тебя. Когда я закрываю глаза, я чувствую тебя.

– Я беспокоюсь о том, каково тебе будет общаться с Киром Альгесом, когда я покину его тело, - осторожно говорю я.

– Что его вид будет напоминать о тебе и о том, что ты ушёл?
– Рэй легко смеётся.
– Я думаю, что я, скорее, буду внутренне хихикать при каждой встрече, а он будет недоумевать, почему я так странно на него смотрю. Опусти меня пока, Амрис: я хочу ещё поесть.

Я бережно ставлю её на пол. Рэй берёт с подноса тарелку и ложку, и я увлекаю её в кресло, чтобы она могла сесть у меня на коленях. Рэй улыбается и принимает приглашение.

– Будешь компот?
– спрашиваю я и, дождавшись кивка, наполняю стакан из нужного кувшина.

– На самом деле, - Рэй берёт стакан, но не подносит к губам, а опирает его на краешек тарелки.
– То, что ко мне вернулась память, пожалуй, облегчает мою задачу продолжать быть живой ещё двадцать лет. Я могу относиться к происходящему как к спектаклю, в котором у меня есть роль, и внимательно играть её.

– А ты помнишь свой замысел на это воплощение?
– обдумав её слова, спрашиваю я.
– Мне любопытно узнать, из каких соображений ты выбрала воплощение в теле королевы Мрака, - если ты можешь поделиться.

Рэй пьёт компот, не сводя с меня улыбающихся глаз. А затем переводит взгляд на клубящийся Мрак за окном, и улыбка скрывается куда-то внутрь неё.

– После нашей предыдущей истории, Амрис, когда во время первого покушения на тебя я смогла то ли тебя увести от смерти, то ли смерть увести от тебя, запутать твои следы, а во время второго покушения на тебя я была слишком, непоправимо далеко и не могла сделать ничего, совсем ничего, чтобы уберечь тебя от смерти, хотя, если бы я была рядом, если бы ты не захотел, чтобы я была далеко, а я бы не согласилась с твоей волей, то, может быть, может быть, Амрис, я бы уберегла тебя от смерти, и сделала бы это ещё столько раз, сколько она приходила бы за тобой, и ты бы жил да жил, и я бы жила, рядом с тобой, следуя за тобой, и я смогла бы показать женщине, которая сказала мне, что не будет счастлива та, что полюбит тебя: смотри, вот оно, моё счастье, - так вот, после нашей предыдущей истории я решила, что я хочу уметь одно: видеть смерть на подступах, обманывать её и путать следы, - чтобы у неё никогда не получалось преждевременно забирать тех, кого я люблю. Я родилась здесь, Амрис, чтобы научиться обыгрывать смерть.

Рэй умолкает и делает ещё глоток компота. Её руки дрожат. Я беру её свободную руку в свои и подношу пальцы к губам.

– Ты знаешь, Кан-Гиор тогда тоже очень тяжело пережил мою смерть. Принял решение «я без него не могу», вскоре умер и остался ещё на один круг на Земле, чтобы отменить своё решение и восстановить наслаждение жизнью и свою полную силу. Он, кстати, достиг заметных высот в исцелении следов тех событий - не только для себя, но и для других.

– Ты предлагаешь мне обратиться за психотерапией к Кан-Гиору?
– брови Рэй взлетают, а тон таков, будто она не верит своим ушам.

– Может быть. Может быть, когда-нибудь, поговорить с ним о том, как я тогда умер. Я думаю, что Кан-Гиор поймёт, как мало кто другой. И одиночество, в котором ты оказалась, закончилось бы, потому что ты бы узнала, что есть ещё кто-то, кто знает вкус того же горя.

Рэй смотрит на меня долгим взглядом.

– Может быть. Если ты так уверен в этом, Амрис, - может быть, когда-нибудь.

Кстати, о Кан-Гиоре. Была какая-то цель, связанная с ним, из-за которой я пришёл к Рэй.

А, вспомнил.

Договориться с Рэй, отдать ей кольцо для связи, и на галерее меня будет ждать Кан-Гиор.

– Рэй, возвращаясь к здешним делам - нам нужно договориться о дальнейших действиях и о том, как мы будем поддерживать связь, пока я ещё здесь. Не думаю, что часто будет выпадать возможность вот так встречаться.

Рэй дотягивается и ставит на поднос тарелку и стакан, встаёт с моих колен. Идёт к балкону. Опирается руками на бортик чаши и смотрит в тьму снаружи.

– Первый день Мрака, Амрис. Уж не знаю, о чём ты предлагаешь договариваться. Я могу сказать одно: не загадывай под Мраком.

– Звучит зловеще, - улыбаюсь я, но Рэй будто не слышит меня.

– И ты знаешь, Амрис? С точки зрения моего замысла я ведь очень хорошо выбрала, где и как родиться. И даже – когда родиться. Если я хочу научиться обманывать смерть, обыгрывать смерть, родиться принцессой Мрака, чтобы здесь и сейчас быть в тех обстоятельствах, в которых мы есть, - очень красивый выбор. Я молодец.

Рэй сжимает бортик чаши, и руки её подрагивают.

– Но как ты можешь обманывать смерть, Рэй? Это же… смерть.

Рэй поворачивает голову, так, чтобы я в профиль видел, что она улыбается, прикрыв глаза.

– Во-первых, есть королевская магия. С помощью неё десяток человек я спасу от смерти, пару десятков – от тяжких телесных повреждений, а ещё сотни полторы – просто вытащу из-под Мрака. И они доживут до весны, посеют зерно, встретят пару, родят детей. Быть королевой Мрака, Амрис, - это и свидетельствовать суд и смерть, и выводить из-под смерти. А во-вторых…

Рэй поворачивается ко мне, и в её глазах клубится Мрак. Однако на лице – улыбка.

– …что ты думаешь о том, чтобы натравить нашего милейшего регента на Орден Мрака? Направить его неуёмную энергию на уничтожение дестабилизирующих систему элементов - а не на опоры, на которых она держится. М?

– Кстати, об Ордене Мрака. Что с ним сейчас? Что сейчас происходит в Альдагоре?

Лицо Рэй медленно заволакивает тонкой пеленой Мрака.

– Мы чувствовали со старой королевой Мрака, что готовится попытка свержения королевской власти. Стали готовиться за год. Она соткала альдагорский гобелен, я – ксесский. Так как то, что в день своего двадцатилетия я становлюсь королевой Мрака, а старая королева умирает, - это закон, мы стали думать, как лучше использовать эту дату. Во дворце осталась девушка-мой двойник, копия чаши для лотереи и альдагорский гобелен, настоящий. Но без чаши он не действует. Позавчера ночью я тайно выехала из Альдагора. Вчера ночью жрецы ордена захватили дворец. Сегодня, в первый день Мрака, когда должно было начаться царствование королевы Мрака, старую королеву убили. Девушку, скорее всего, тоже убили, поняв, что это не я. Мне некуда возвращаться, Амрис. Я королева без королевства. Мрак – моё королевство.