Чтение онлайн

Я делаю паузу. Принц смотрит на меня во все глаза. Жестом он приглашает меня продолжать.

– Королевская династия в Альдагоре - символ связи и союза между землёй и населяющими её людьми. То звено в цепи явлений, где всё обретает смысл. Если где-то происходит, скажем, падёж скота, идут к Дневной королеве, и она объясняет цепочку решений, поступков и событий, приведших к такому исходу. И она даёт указания: что делать, чтобы восстановить истинный порядок. Если не прекращается дождь или давно не было дождя, идут к Ночной королеве. Чтобы спастись из-под Мрака, идут к королеве Мрака. Королева - голос земли для людей и голос людей для земли.

– Старая королевская династия, - щурится принц. А он соображает.

– Да. Старая династия тоже была настоящей королевской династией, которая хранила землю и людей, живущих на ней. К сожалению, она пресеклась, когда ваш прадед убил короля Греона. С тех пор в Ксессе утеряна связь между землёй и людьми.

Мы молчим.

– Мне стыдно быть, - медленно говорит принц. И добавляет после паузы.
– Мне стыдно быть потомком того, кто совершил непоправимое.

Мы ещё молчим.

– Как Ксесс вообще живёт?
– спрашивает принц.
– Без волшебной связи между землёй и людьми.

– Я не знаю, заметно ли вам из ваших покоев во дворце, но на самом деле - не очень хорошо. В Альдагоре сила королевы Мрака хранит постройки от Мрака. Под Мраком проводить строительные работы, конечно, никто не будет, но если осенью заложить фундамент и оставить его под Мраком, то весной он будет сохранен и можно будет продолжить строительство. Уже имеющиеся постройки также неуязвимы для действия Мрака. А когда Мрак приходит в Ксесс, он действует на старые постройки так, как будто для них проходит не восемь недель, а восемьдесят лет. Ксесс пытается жить. Ксесс пытается познать окружающий мир, поэтому здесь есть по каждому вопросу есть консультативный совет, но даже объединённая мудрость ведущих специалистов в своём деле уступает непосредственному познанию действительности во всей её полноте, которое было у старой королевской династии. На самом деле, Ксесс в отчаянии, в тихом, не очень осознаваемом отчаянии, потому что люди видят, как тщетны их усилия перед действием Мрака, но никто не помнит, что при старой династии было иначе. Все пытаются убедить себя, что в этом и есть порядок вещей, и находят утешение в горячих ванночках. Потому что иначе действительность невыносима.

Принц опускает взгляд на свои ноги. Вынимает ноги из воды и неловким движением вытирает пледом. Надевает стоящие рядом туфли и отодвигает таз с водой от своего стола.

– Что мне делать?
– тихо спрашивает принц Лерек. Я усмехаюсь.

– Один мой друг в ответ на такой вопрос обычно переспрашивает «что делать, чтобы что?». Я осмелюсь предложить этот вопрос и вам, ваше высочество.

– Чтобы настоящим королём.

– Я не знаю, ваше высочество. Я не уверена, что такая постановка вопроса вообще уместна. Королём можно быть по праву крови, но я не знаю, как им стать.

Принц постукивает кончиками пальцев по столу.

– Тогда - как проходит коронация королев в Альдагоре? Может быть, есть какой-то обряд? Не сразу же принцесса является королевой! Она ведь становится королевой!

– Здесь тоже не всё так просто, ваше высочество. Я предлагаю вам думать о королевах Альдагора не совсем как о людях. Это промежуточное звено между природой и человеком, и их жизнь устроена по иным законам, чем обычная человеческая. Например, принцесса становится королевой ровно в день своего совершеннолетия, когда ей исполняется двадцать лет. Прежняя королева в этот день умирает, непременно умирает - от старости или от случайности. Как только рождается новая королева - днём, ночью или под Мраком, - это знак для одной из ныне живущих королев, что жить ей осталось ровно двадцать лет. И так как королевы понимают, что они являются воплощением установленного между природой и людьми порядка, они принимают это и продолжают править всё время, которое им отвела земля. И увы, мой принц, я не знаю деталей того, как происходит коронация. Я думаю, что этого никто не знает, кроме самих королев и придворных жрецов. Кстати, ваше высочество, помните ли вы, сколько сейчас принцесс в Альдагоре и каких королев они сменят?

– Одна принцесса, которая сменит старую королеву Мрака, - немедленно отвечает принц.

– Верно. Причём совсем скоро. Мрак наступает через четыре дня, а она родилась в первый день Мрака, как вы, ваше высочество, в первый день Света, и через четыре дня старая королева умрёт, и новая воцарится и будет воплощать суд и милость.

Принц молчит.

– Так что такое на самом деле Королевская Лотерея?
– наконец спрашивает он.
– Мы начали с этого вопроса, но вы так и не ответили на него.

– Здесь, к сожалению, у меня нет исчерпывающего знания, но я отвечу, как знаю. В течение года королева Мрака ткёт гобелен. Гобелен является моделью королевства со всеми его обитателями. Пока королева ткёт его, каждым переплетением нитей она устанавливает связь с каждым из обитателей королевства. Население Альдагора - всего около десяти тысяч человек, это не так много. Когда все жители, желающие получить спасение из-под Мрака, положили свои листочки со своими именами в чашу, начинается сама лотерея. Вешают гобелен, и королева начинает доставать листочки из сосуда. Как только листочек вытащен, на гобелене рвутся нити. Дело в том, что Мрак также устанавливает связь с каждым из жителей Альдагора. Королева своей магией снимает её с человека и отводит на гобелен, потому что что-то всё равно должно разрушиться под действием Мрака. И пусть это будет гобелен. Королевская лотерея заканчивается, когда изорванный гобелен сам падает на землю.

– Настоящая магия, - впечатлённый, говорит принц.

– Да, ваше высочество, настоящая королевская магия.

– По сравнению с королевами Альдагора, я обычный человек, только почему-то называющий себя принцем.

– Да, ваше высочество, - только и могу ответить я.

Принц поднимает на меня светлые и печальные глаза, и я не отвожу взгляд.

– Спасибо, Гина. Я думаю, что это был самый важный из всех уроков, которые вы мне когда-то дали. Я надеюсь, что это не последний урок, и у нас ещё будет возможность поговорить. А сейчас вы можете идти.

У меня щемит в груди от того, как легко этот молодой человек говорит о своей возможной скорой смерти и каким хорошим королём он мог бы быть для Ксесса, - если бы это только было возможно. Вслух я говорю только:

– К вашим услугам, ваше высочество.

Откланиваюсь и ухожу.

Ухожу, однако, я недалеко.

За дверями классной комнаты меня ждёт секретарь Регентского совета, сын лорда Теллери. Его зовут Ангир. Получается, родной дядя принца. Однако если лорд Теллери-старший – пожилой безжалостный интриган, а принц Лерек - светлый юноша с большой печалью внутри, Ангир Теллери не похож ни на одного из них. На вид он чуть помладше меня, высокий, с короткими светлыми волосами, весь квадратный, и меня - как бывшего хорошего секретаря в одном из воплощений - коробит при мысли, что этот человек работает секретарём. Мне гораздо легче представить его в роли вышибалы в ночном клубе.

– Мадам Альвара, - кивает он мне, прерывая работу моего воображения.

– Лорд Теллери, - лёгким поклоном, уместным при нашей разнице в рангах, приветствую его я.
– Чем обязана столь редкому удовольствию встречи с вами?

Я надеюсь, он уловил мою интонацию: чем реже происходят наши встречи, тем больше удовольствия я в них нахожу, - однако я не уверена, что вышибалы в ночных клубах способны улавливать интонацию. Виду он, по крайней мере, не подал.

– Сиятельный лорд-регент приглашает вас в свой кабинет для краткого разговора.

– Скажите сразу, приготовил ли он петухов или другую живность для выразительных представлений, подобных вчерашнему?

Возможно, мне всё же следует придержать язык. Всё-таки сын регента, дядя принца. Однако Ангир мотает головой с неожиданным жаром.

– Ой, и не говорите: это было ужасно. Я чуть не… ну да ладно.

Невольно смеюсь. Насколько я видела в архиве памяти Гины Альвары, она редко пересекалась с Ангиром, поэтому я мало представляю, что он за человек. В такие моменты, как сейчас, он кажется чуть ли не безобидным.